Страница 16 из 17
-Да. Просто ересь в голове.
Мы снова замолкаем. Я прокручиваю наше знакомство. Вновь улыбаюсь.
-«Сойду с ума в хорошие руки» - тихо цитирую, проводя пальцем по предплечью.
Рука его напрягается. Он перехватывает мою руку. Разворачивается ко мне лицом, переворачиваясь на бок и не отпуская моей руки.
Забирает из-под щеки вторую мою ладошку. Подносит к губам.
Мамочки...воздух перехватило.
-У вас хорошие руки, мисс Дарсия, - тихо говорит он, - Мне нравятся.
Сердце замирает. Хочется плакать. И от счастья и от тоски. От того, что я поняла, почему он одинок и как ему было плохо.
-Я не хочу знать, что стало с твоей семьей. Не хочу знать о твоем прошлом и о том, кто ты, чем занимаешься...
-Возможно я и ошибаюсь, но все же знаю, почему ты один...
Он замирает с моими руками у своих губ.
Смотрю в его серо-синие глаза.
-Ты живешь одним днем, - слова срываются на шепот.
-Ты военнообязанный. Ты служишь стране, каждая твоя клеточка принадлежит ей, каждое твое действие и слово отслеживается, - делаю короткую паузу и продолжаю.
-Я видела две фотографии, прости. Заходила за бумагой и не удержалась, - он напрягся.
-Там ты счастливый. Ты улыбаешься широко и искренне. Твой отряд — твоя семья. Такие отряды создаются не просто так, Рой. Я знаю это...
-Представь, что ты встретил свою половинку. Ту, что вернула бы ту искреннюю улыбку на твое прекрасное лицо, - замолкаю. Смотрю на его отстраненное лицо, на сдвинутые брови. От сжал челюсти. Но остановится я не могу. Или сейчас, или никогда.
-Ты живешь. Ты воскрес. Любовь вновь оживила вас. Но вторая твоя жизнь никуда не делась. Ты давал клятву.
-Звонки, Рой. Тебе постоянно вызывают. Посмотри. Даже в отпуске. Даже отсюда тебя забирают.
-И ты едешь туда, как в последний раз, выполняешь свой долг родине, - я все шепчу и шепчу, глядя в серо-синие омуты...
-А дома ждет тебя твоя половинка. Она ждет и молится, чтобы с тобой ничего не случилось. И так каждый раз, - я снова замолкаю. Слезы набираются на глазах. И я уже не просто шепчу, а едва говорю осевшим голосом.
-Но не что не вечно, Рой. И ты не вечен. Тебя могут убить. Представь какая боль... - больше не могу. Глубоко вздыхаю.
-Нет смысла отрицать, что мы с тобой уже не обычные знакомые. Я, например, даже спать спокойно больше не могу без тебя... - вдруг говорит он, пальцы обжигает горячим дыханием.
-Если ты погибнешь, мне вернут тебя в гробу, покрытым флагом. Вручат форму, флаг, почести, красиво похоронят. Тебе будет уже все равно. Ты мертв, а я без тебя сойду с ума, да рядом и застрелюсь. Вот и все. Поэтому ты один, да? Так ты себе представляешь жизнь с кем-либо?
-Да, - коротко кидает он, продолжая глядеть на меня. Зачем я все это сказала?
-А я нет, - высвобождаю руки, и сама его целую. Легко, едва касаясь напряженных теплых губ.
Он тут же отвечает, словно сорвавшись с цепи. Пес, получивший свободу...
Страсть и желание захватывают нас обоих, и мы ныряем в этот похотливый омут с головой и на долго.
-Смотри, Дарсия, - он стоит сзади, а мне хочется сесть. Вот чего его потянуло меня учить пользоваться этой странной штукой. Не нож, а сплошное недоразумение. И разбирается странно и непонятно. Вертеть его еще надо, прежде чем открыть! Головоломка какая-то, а не нож...
У меня вообще еще отходняк после такого бурного утра. Все тело ломит в сладкой истоме, а он меня ножом учит пользоваться.
По щекам пополз румянец от воспоминаний... блин, не верится даже.
А с первого взгляда и не скажешь, что он такой...хм...горячий и...изобретательный.
Думала эта сладкая пытка никогда не кончится. Хотя я и не хотела, чтоб она заканчивалась.
Зато теперь наш завтрак состоялся в пятом часу дня. Здорово...
-Дарсия, ты меня слушаешь? - мурлычет на ухо, обманчиво нежным голосом.
-Неет... - довольно жмурюсь. Рой упрямо и тяжело выдыхает мне в ухо. Я глупо хихикаю и поворачиваюсь.
-Не дуйся, - шепчу, аккуратно обнимая его грудь, сцепив руки за его спиной.
-Просто я не совсем понимаю, зачем мне нож, и не совсем в состоянии сейчас что-то учить, - тихонько пытаюсь двигаться обратно к ванной. Он не замечает. Правильно, кто ж спиной заметит?
-Затем, чтобы защищаться. Я тебе еще пару приемов покажу, - упрямо поджал губы. Губы...он их так сладко облизывает, когда волнуется. Хотя раньше я считала, что это прерогатива девушек...
Поднимаюсь на цыпочки, наклоняя рукой его голову ко мне. Ишь, высоким заделался, черт ногу сломит, пока до губ его доберется...
-Дарс... тебё...мен..не отвле.. - он еще и говорить пытается. Самый упрямый мужчина, который мне встречался на моем жизненном пути.
Рой, ведомый мной, спиной упирается в дверь ванной.
-Не желаете принять душ, мистер Рой? - открываю дверь, вталкивая его внутрь.
-Дарсия, - тяжело дышит. Так, так, кого там отвлечь нельзя? Хехехе!
-Отказы не принимаются! - едва успеваю захлопнуть дверь, как меня к ней и прижимают, поднимая за бедра.
О, эти сильные руки...
кажется теперь и ко мне можно отнести фразу «сойду с ума в хорошие руки»...хорошие, превосходные руки!
Я издаю стон, врезаясь ногтями в упругие ягодицы Роя, когда он доходит до моей возбужденной груди.
Все эти грубые ласки умелыми руками, чуть шершавые пальцы, страстные голодные губы, рвущаяся в бой плоть...
черт, кажется сегодня помыться нам не суждено...
Сижу, ем мороженку, листаю новости мира в ноутбуке. Хотя глаза мои точно не в экране. Рой что-то готовит.
Мы все-таки умудрились помыться. С полотенцем на бедрах и мокрыми волосами он становится еще более сексуальным и желанным. А синяки придают ему абалденный мужественный шарм...
И это синякастое чудо все мое... ням-ням.
Хотя ко мне это тоже можно отнести. Например, теперь на моих бедрах и запястьях недели две можно будет наблюдать широкие следы от пальцев.
Страстный сукин сын...