Страница 1 из 5
love_short
sf_history
Дарья
Александровна
Рослова
.Егерь.
[email protected]
Засохшие незабудки
Когда просыпаешься в неизвестных телах, ты впадаешь в панику, а когда еще и умирать начинаешь в них, постоянно перескакивая их человека в человека, наступает момент ужаса и отчаяния. Наша героиня как раз попала в такую ситуацию, и она не знает, что делать. Но, кажется, у Судьбы свои методы наставления на верный путь. Героиня должна сама справиться с недугом, либо умереть, а ее душа решит жизненные проблемы сама.
ru
ru
Your
Name
FictionBook Editor Release 2.6
07 June 2015
99921EAB-F17B-424F-BB26-91D722B4CDE3
1.0
Она лежала на белой постели. Волосы были коротко острижены профессиональной рукой, а на правой стороне головы и вовсе сбриты. И среди коротких волосков виднелось несколько некрасивых шрамов. В углу стояло кресло, рядом столик с засохшими незабудками. Ее любимые цветы. Еще две недели назад их принесла ее мама.
Маленькие цветочки были яркими и свежими, такими нежными, что казались единственно счастливыми среди белизны палаты. Собственно, так оно и было...
А сейчас и они завяли, засохли, утратили нежную голубую яркость. Они стали такими же как все в этой палате, удручая еще больше.
И странно было, что уже давно мед сестры их не выкинули, а мать не принесла новых и не заменила.
Но она делала это. Каждую неделю она приходила. Разговаривала с дочерью, вытирала тайком слезы, как будто прячась, словно дочь сейчас откроет глаза и увидит эти слезы. Но изо дня в день этого не происходило, из недели в неделю все это повторялось.
А нынче даже мама не пришла. Она была не в силах больше наблюдать этих серых кругов под закрытыми глазами, на которых даже ресницы не подрагивали, за этими бледными щеками и сероватыми, сухими губами.
Отец лишь только в начале ходил, но он сдался раньше, хоть и мужчина...не выдержал он.
Брат молчаливо наблюдал за сестрой первую неделю каждый день, а потом перестал. Он не успевал учиться и работать, чтобы помогать родителям. Когда дочь попала в больницу, расходы увеличились. Жених ее тоже приходил всего пару раз и потом перестал, потеряв быстро веру.
Все потуги родителей и врачей были бессильны. Медицина зашла в тупик. Девушка в коме, и вытащить ее оттуда врачи не в состоянии. Она должна сама справиться с недугом, либо умереть.
Вокруг кровати стояли различные приборы, капельница, на лице маска искусственной доставки кислорода. По палате разносился равнодушный писк аппарата, что отображает сердечный ритм.
А ее душа вот уже полгода мучается, переживая все новую и новую смерть.
Это началось почти сразу, как только девушка впала в кому.
Она не очнулась, не проснулась, но нашла себя в неизвестном месте, и даже больше! В неизвестном теле! Теле мужчины.
Ему было больно, он был ранен, он полулежал в каком-то сарае и пытался перезарядить заевшую винтовку. Но затвор не желал подчиняться слабой раненой руке, а в двери показалась фигура.
Девушка почувствовала страх. Он был липким и противным, все обволакивающим… От него нельзя было убежать или спрятаться. Он был там повсюду.
Но его перебивало другое чувство. Это было что-то непередаваемое…
Словно мужчина горел желанием умереть! Умереть не за себя, а за родину, спасая что-то неведанное, но имеющее место быть. Он знал, что сейчас ему придет конец. Он это четко осознавал, когда вытаскивал запасной пистолет из кобуры на поясе, а в раненой руке сжимал фотокарточку.
Лишь об одном жалел тогда неизвестный ей мужчина.
Дома у него осталась семья: молодая жена с маленькой дочуркой. Он не жалел о том, что они остаются одни. Все же планета огромна и жена сможет пережить горе, найдет себе другого мужа, а дочь вырастет, все же помня своего отца, но не о том он жалел. А о том, что больше никогда не увидит, как растет его маленькое чудо с коричневыми кудряшками, что не сможет в старости увидеть морщинок своей любимой жены, что не сможет подкинуть в воздух своих внуков и не сможет согнуться от старости...
Он тогда выпустил всю обойму в неизвестного ей и ему человека в камуфляжной форме. Человек дергался от каждого выстрела, а из каждой раны выскакивала яркая алая струя. Но он все же успел швырнуть в сарай, где находился неизвестный мужчина, гранату. Девушке навсегда запомнила секунду душевной тишины и спокойствия самого мужчины и непреодолимый страх — свой, а потом вспышка и она уже в другом теле.
Таких смертей за полгода душа пережила очень много. Даже слишком. Она успела пережить столько страха, успела пожалеть о стольких несбывшихся мечтах, успела столько мыслей о не осуществившихся мечтах перечитать, что сейчас она уже была рада бы умереть вместе с тем, в кого вселялась.
Но этого не происходило. Сразу после смерти, она переселялась в другое тело человека, что должен был умереть вот-вот сейчас. Переживала эту смерть и уходила. Снова и снова...
Поэтому, когда она очнулась в теле очередной девушки и после ее смерти никуда не переселилась, она очень удивилась.
Она полежала с пол часа на диване, ожидая смены обстановки, но ничего не происходило.
«Неужели все? Неужели я так и останусь тут?» - впервые в ее голове пронеслись ее мысли.
Девушка поднялась огляделась. На журнальном столике было разбросано невероятное количество стандартов таблеток, разных упаковок, да и просто таблетки. Они некрасиво белели на прозрачном стекле стола, поэтому девушка тут же поднялась с дивана, сгребла все это в коробку, нашедшуюся под столом и отнесла на кухню, в помойное ведро, ведомая рефлексами нового тела.
Она стояла и смотрела на ведро, немного ошеломленная всем, она прикрывала рот ладонью.
Кто она? Где она живет? Что это за страна? Ведь все это время она не побывала разве что в аду, куда эти самые умирающие души уходят.