Служанка двух господ

Глава 26

— Да, милорды, — Хлоя присела в реверансе, послала мне уже привычный довольный взгляд и вышла.

Я же, не дав Морвейнам ничего сказать, сразу обратилась к Эрсанну:

— Ты ничего про своих родителей не говорил. Они где-то есть?

Лорес подошёл, вручил мне книгу и уселся рядом на диван, положив мои ноги к себе на колени. Его ладони легли на лодыжки, чуть сдвинув край халата, и пальцы начала вроде как в рассеяности поглаживать. Ой. Немедленно захотелось снять чулок и почувствовать тепло прикосновений без всяких преград, но озвучить желания постеснялась. Сейчас вообще-то горничные придут, а я тут без чулок буду валяться!

— Ты не спрашивала, — ответил старший лорд, и его губы дрогнули в улыбке. — Конечно, есть, папа посол в одной из соседних стран. Приезжает один-два раза в год, иногда с мамой. А так, живёт в посольстве. Ты с ними познакомишься, обязательно, Яна, — усмешка стала шире.

М-м-м, то есть вопрос «хочу-не хочу» не обсуждается. Ладно. Надеюсь, эта встреча всё же не так скоро случится, боюсь даже представить, какой у Лореса дедушка, если судить по самому Эрсанну.

— А как он отнесётся к моему появлению? — осторожно спросила я, совсем распластавшись на диване, положив локти на маленькую подушечку и опустив подбородок на руки.

Эрсанн изогнул бровь, в глазах мелькнула ласковая насмешка. То, что ладони Лореса блуждали уже гораздо выше лодыжки, не смущало ни разу, только волнение тихонько щекотало изнутри мягкой кисточкой.

— Ян, я уже большой мальчик, — со смешком произнёс он. — Как бы ни отнёсся, я решения не меняю. Но не думаю, что твоё появление здесь как-то его заденет.

В дверь раздался деликатный стук, я от неожиданности отдёрнула ноги с колен Лореса — точнее, попыталась это сделать. Младший Морвейн ловко поймал за щиколотки и водворил на место. Я тут же вспомнила, что на мне один тонкий шёлковый халат, под которым бельё, и занервничала. Что тут говорится о том, как дозволяется ходить дома? Это у себя я хоть голиком могла рассекать, одна ведь жила. А тут… слуги. Тем более, девчонки меня знают.

— Тих-х-хо, — негромко сказал Лорес, глянув на меня. — Что такое, Яна?

— Ну… горничные, — пробормотала я, напряжённым взглядом наблюдая, как в комнату вошли две служанки с подносами с посудой.

Лорес подождал, пока они расставят тарелки и разложат приборы, и потом ответил:

— И что? Мы дома, Яна, и можем вести себя, как захотим, и ты тоже, — он снова погладил лодыжку. — Что тебя смущает?

Что, что, вопросы твои! Для меня горничные — посторонние люди! А тут я, в халате, с ногами на твоих коленях… Блин.

— Вопрос приличия, — выдавила из себя, зная, что отмалчиваться мне не дадут.

Эрсанн тихо рассмеялся, а хулиган Лорес вкрадчиво поинтересовался:

— М-м-м, а я делаю что-то неприличное, Яночка? — и его палец легонько провёл по стопе — я взвизгнула от неожиданности и дёрнула ногой.

— Лор!.. — вырвалось у меня, под взглядом лорда министра я совсем стушевалась.

— Ян, не происходит ничего такого, о чём было бы стыдно рассказать кому-то, — весело ответил Эрсанн. — Тем более, те, кто работает в нашем доме, сплетни не распространяют и хозяев не обсуждают за пределами этого дома.

— Понятно, — да, Хлоя говорила то же самое, но… между собой наверняка говорят.

Хотя до сих пор я не поймала ни одного неприязненного или осуждающего взгляда, и мелких пакостей от горничных тоже не видела. Ещё с того времени, как работала экономкой, знала, что слуги убирают в комнатах, когда там никого нет, и поэтому действительно их почти не видно, только если вызовешь.

— А… а то, что я в халате? — невольно плотнее запахнула ворот, мужественно продолжив выяснять границы дозволенного дома.

— И что? — снова ответил Лорес. — Гостей нет, уже вечер, и нигде не написано, что ты обязана ходить дома в платье, — покосилась на него, словила многообещающую улыбочку, и щёки потеплели. — Тем более, у тебя много других интересных вещей, которые можно носить вместо платья, — чуть понизив голос, добавил он.

Если он о тех нескольких изысканных штучках, которые и халатами-то сложно назвать, хотя под категорию платьев они тоже не подходят, то… я рискну надеть их только в пределах спальни. Пусть рукава там длинные, и сам наряд даже с застёжкой — спереди длинный ряд жемчужных пуговиц, аж до самых колен, — однако под кружевом, пусть даже плотным и украшенным тем же жемчугом, больше ничего нет. Ну, то есть, кружево оно кружево и есть, не такое тонкое, как на белье, и воображение будоражило. Как и низкий круглый вырез. Если под это ещё и надеть что-нибудь соответствующее, то из спальни лучше не выходить. Мысль пошла дальше, к симпатчному корсету из плотного узорчатого шёлка, который мне тоже выбрали — вообще, судя по отсутствию крючков и лентам только спереди, для ношения под платье он не предназначался. Надо сказать, из того, что купили в магазине белья, многое носило чисто прикладной характер. То есть, надел — и сразу снял. Ну или с тебя сняли. Или… или не сняли…

Дабы унять смущение, я открыла книгу и углубилась в чтение, в ожидании ужина. Отвлекусь немного и успокоюсь, а то что-то снова волноваться и нервничать начала. Солнце-то садилось всё ниже, скоро уже и свечи со светильниками зажгут. В гостиной царила умиротворяющая тишина, Морвейны молчали, я читала. Чуть погодя снова пришли горничные, уже с ужином, и пришлось отложить книжку. Мы переместились за стол.

— Какие планы на завтра? — спросил Лорес, открыв крышку с большого блюда — там лежали маленькие мясные котлетки в соусе и что-то вроде жареного картофеля с грибами и зеленью.

— Проверяющий из департамента по переселенцам придёт к часу, — ответил Эрсанн, налив мне морса. — Потом принесут покупки, думаю, где-то часам к трём освободимся.

— А потом? — Лорес как-то уж слишком внимательно посмотрел на отца, и я заподозрила подвох.

— Потом, — Эрсанн перевёл взгляд на меня, задумчивый, пристальный, — потом у нас состоится беседа, очень важная. Да, Яна?

А… Ну наверное. И про мой новый статус поговорить, и… и про переезд, и про много чего ещё. Я кивнула, уткнувшись в тарелку.

— Ну а после — в департамент, там тоже дел много, — закончил Эрсанн. — Ты же вроде тоже рвался на работу, Лор, — весело добавил он. — Что-то изменилось?

— Нет, — невозмутимо ответил младшенький. — Изменится завтра. И тогда я буду ходить на работу с ещё большим удовольствием, — а вот эти слова, сказанные с явным предвкушением, насторожили.

Осторожно покосилась на Лореса, поймала его взгляд, в котором плавали синие искорки, и смешалась. Вот о чём они сейчас?! Чувствую себя неуютно, не понимая предмета беседы.

— Закончим там, если не поздно будет, в конюшни заедем, договоримся об уроке в ближайшее время, — Эрсанн, оказывается, ещё не закончил озвучивать планы на завтрашний день, который, судя по его словам, будет очень насыщенным для меня. Во всех смыслах. — Ещё кстати мне во дворец надо заехать, беседу с его величеством откладывать не стоит.

— Отлично, — Лорес кивнул. — Театр когда точно?

— Через три дня, — Эрсанн прожевал котлетку. — И охота, кстати. Король наверняка пришлёт приглашения.

Закралась мысль, что не буду я сидеть тихонько дома, во время этого мероприятия — не зря же меня ещё и верховой езде взялись обучать. Ох, я не научусь за столь короткое время сносно держаться на лошади, чтобы самостоятельно ездить! Хотя, если тренироваться каждый день… Кто его знает. Может и освою азы умения.

— Ян, а что за колечко? — Эрсанн резко сменил тему беседы, и от его вопроса я несильно вздрогнула, взгляд метнулся к изящной золотой веточке на пальце.