Страница 84 из 197
Раненых складывали отдельно прямо на земле у стены. Распорядитель вызвал врача, только после его осмотра будет решено, кого лечить, а кого - заколоть кинжа-лами.
Айвар устал настолько, что и сам был не прочь лечь рядом с остальными. Ничего не хотелось совершенно, даже радоваться тому, что жив. Жажда, вот, мучила неми-лосердно, это да. Пить хотелось, сохли губы и рот, может, потому, что всё никак не удавалось отдышаться и воздух приходилось хватать широко открытым ртом.
А ещё невыносимо болела левая рука. Меч Антирпа пришёлся на неё хоть и после всего, ударил плашмя, но зато с такой силой, что, видимо, перебило кости предпле-чья.
Ощупывая руку прямо через рукав, Айвар и сам почувствовал, как сильно распухла она на месте перелома, и лёгкое похрустывание костей тоже слышалось.
Плохо дело, что перелом. Одно лишь хорошо: боль, острая, неотступная боль не давала потерять сознание, состояние усталого отупения благодаря этой боли не сменялось беспамятством, боль заставляла сохранять хоть какую-то бодрость и яс-ность в голове. А перед глазами всё равно всё плыло и качалось.
И всё же Айвар подошёл к тем, кому сейчас было много хуже, скользнул по лицам почти равнодушным взглядом. Но Шарши узнал. Крайний справа. С ранением в грудь.
- Шарши!..- позвал, тяжело опускаясь рядом на колени.- Эй, парень...
Лезвие меча вошло между рёбер, колющая рана, опасная, но лёгкое не было задето, потому что удар пришёлся больше в бок. Явно, метили в печень...
Кровь большим пятном расползлась по ткани кафтана, подтекала под спину и всё ещё продолжала выступать. Айвар закрыл рану ладонью правой руки, зашептал что-то.
Никому до них не было никакого дела. Каждый знал свои обязанности, для них это было не впервой.
Чья-то тень упала вайдару на лицо как раз в тот момент, когда Шарши начал при-ходить в себя. Айвара оторвали бесцеремонно, заставили подняться на ноги. Встре-тившись с глазами Аридиса, он заговорил:
- Он будет жить, господин... Не убивайте его... Вон, посмотрите, даже кровь боль-ше не идёт...
- Ко мне в кабинет проводите!- приказал охране Аридис. К Айвару, как к чужой собственности, он уже потерял интерес, отвернулся.
* * *
Варвар стоял посреди комнаты, позволяя разглядывать себя со всех сторон. И Кэйдар со спокойным сдержанным любопытством смотрел на него, никуда не спеша, хоть спросить о самом важном прямо-таки подмывало. Но... Всему своё время!
Нелепое жалкое зрелище! Сейчас бы и Лидас не узнал своего телохранителя. В грязной окровавленной варварской одежде, устало ссутулившийся, прижимающий к груди явно повреждённую в бою руку. Чуть живой после всего пережитого. Но глаза из-под грязных свисающих на лицо волос смотрели исподлобья, недобро и как на равного себе, без всякого страха.
Кэйдар еле сдержал себя, так ему хотелось ударить его, этого варвара. Неприятие до открытой ненависти искало выхода. И вместе с тем здравая мысль останавливала: перед тобой всего лишь раб, безмозглое тупое животное. Как можно ненавидеть собаку, которая тебе служит? Лошадь, которая, тебя возит? Корову, которая даёт молоко? Это по меньшей мере глупо, а для тебя, будущего владыки, в особенности.
- Ну, что, не ожидал?- первым спросил Кэйдар, а про себя подумал почему-то: а если он и дальше продолжит разыгрывать перед тобой немого? Но варвар хмыкнул громко, разлепил сухие в запёкшейся крови губы:
- Могу представить, кто из нас не ожидал больше...
Наглец! Пальцы сами стискивались в кулаки, Кэйдар еле сдерживался. Его выво-дил из себя ровный почти без акцента голос раба, его насмешливая ухмылка, его взгляд исподлобья. Как он смеет вообще смотреть на меня? Как на равного! Он - варвар и раб, да будь он хоть трижды марагом и царевичем?!
- Да, конечно!- Кэйдар принуждённо рассмеялся, стараясь быть небрежным. От-вернулся, отошёл до самого окна, будто расстояние между ним и марагом могло унять раздражение.- Да, я удивлён! Я приказал отправить тебя на каменоломни... Но это не твоя забота! Не в тебе вовсе дело, что ты оказался здесь. Но это хорошо, хорошо для меня, что ты всё ещё жив,- Кэйдар ловко развернулся на пятках к варва-ру лицом, продолжил, чуть повышая голос:- Зато меня другое в тебе не удивляет нисколько! Это твоё знание языка и способность говорить! Уж это точно для меня не новость... А ещё я знаю, что ты не виэл... Ты - марагский царевич!
- И что это меняет? Мой хозяин...
- Теперь я твой хозяин!- оборвал раба Кэйдар.- С этого вот самого момента...
- И что я должен...- Варвар дерзко вздёрнул подбородок, смеривая своего нового господина взглядом. Уж этого Кэйдар не стерпел. Как он смеет, этот подлец, при-сматриваться ко мне с таким видом, будто это он нанимается ко мне в компаньоны?! Ударил варвара с левой руки, а потому неожиданно, так, что тот на ногах не удер-жался, грохнулся на пол тяжело, без всякой ловкости, будто и не он сам совсем не-давно сумел одолеть великолепного Антирпа.
Поднялся не сразу, будто ещё ждал удара, пинка под рёбра, и потому закрывал собой сломанную руку. Выпрямился, стирая тыльной стороной ладони кровь с раз-битых губ, взглянул уже настороженно.
- Запомни главное на будущее, раб!- заговорил опять Кэйдар, морщась не от боли, а от презрения, он растирал костяшки пальцев.- Я не Лидас! Твои выходки я терпеть не намерен. Я не собираюсь закрывать глаза на все твои подлые делишки. У меня с дерзкими рабами один язык - язык плётки! И его понимают все! И мараги тоже! И немые! И безъязыкие!
И если хочешь, чтоб твой хозяин был доволен, ты ответишь на все мои вопросы.
- Я ни на чьи вопросы отвечать не собираюсь, а уж тем более на ваши, господин,- отозвался варвар с насмешкой, с издёвкой даже. Кэйдару всего двух ударов хватило, чтоб стереть с лица невольника это издевательскую улыбочку: один - в лицо, а вто-рой пришёлся как раз в солнечное сплетение.
Нахмурившись недовольно, посмотрел на сбитые суставы пальцев, перевёл глаза на раба, корчившегося на полу, на ворсистом ковре со сложным узором из цветов. Приказал охране, застывшей у порога:
- Наденьте на него цепи и ко мне во Дворец - немедленно!
* * *
Минан на праздничный ужин по случаю Бдений явился в одежде жреца-предсказателя. Паттий из дорогущей тёмно-красной ткани, тяжёлые золотые брасле-ты на запястьях. Венок из живых оранжерейных роз на седых в крупные локоны волосах. Весь этот вид добавлял управляющему степенной солидности. В том, что Кэйдар не пригласил его занять второе свободное кресло у стола, сразу же почувст-вовалась опасность.
- Вы хотели видеть меня, господин Наследник.
Кэйдар сидел к столу чуть боком, рассматривая какой-то документ.
- Да, Минан,- согласился, но даже глаз не поднял.- Да. У меня к вам вопрос,- за вежливым тоном и за этим обращением "вы" скрывалась такая холодность, что Минан насторожился ещё больше. Он привык иметь дело с господином, и как управ-ляющий столь громадным хозяйством был безупречен. Хорошая память, предельная скрупулёзность и аккуратность во всём тому причиной. Отец Воплощённый высоко ценит своего слугу, на каждый праздник отправляет щедрые подарки. А вот Наслед-ник - непредсказуем. Есть в нём что-то от взбалмошного мальчишки, что-то сумасбродное, непонятное.- Почти четыре месяца назад я давал вам одно поручение. Помните?- продолжал дальше Кэйдар.- Продать на рынке негодного раба...
- Да, господин Наследник, я хорошо помню,- Минан одышливо дышал ртом, не потому, что волновался, просто он не привык стоять подолгу.- Купчую я отдавал вам, а деньги с продажи вы оставили мне в награду за труды...
- Да, вот он, этот документ. И здесь написано, что раб был продан Ридомасу на мраморные каменоломни за семьдесят пять лиг,- подтвердил Кэйдар слова управ-ляющего цитатой из документа купли-продажи.- Но вы-то, Минан, обманули меня, ведь так?
Минан моргнул несколько раз растерянно под выжидательным взглядом Кэйдара, на правду решился не сразу - после мучительной внутренней борьбы.