Страница 41 из 107
— В Галифаксе, откуда я родом.
— Bay! — воскликнула Меган. — Теперь я понимаю, что означает выражение «чёрные мельницы Сатаны».
— Они давно перестали функционировать, — сказал Крис. — Но они мне нравятся. В них есть своеобразная привлекательность.
— Алекс бы тебя понял.
Крис улыбнулся:
— Это точно. Когда я вешал эту фотографию на стену, то как раз вспоминал о нём.
Меган уселась за кухонный стол со стеклянной столешницей.
— Извини, что не узнал тебя, как только увидел, — сказал Крис.
— Ничего удивительного. Мы встречались десять лет назад.
— Но ты-то меня узнала.
— Я ожидала увидеть тебя.
— А вот Ленка ни словом не обмолвилась о твоём визите.
— Я звонила ей на прошлой неделе. Я получила грант на работу и обучение в Кембридже в течение полугода и решила для начала немного развлечься — провести недельку в Париже, а потом пожить несколько дней с Ленкой в Лондоне.
Крис достал ножницы и стал разрезать пластиковую коробку с полуфабрикатом.
— Знаешь, это не совсем то, что называется домашней едой, — сказал он.
— Не важно, — сказала Меган. — Я умираю с голоду.
— Хорошо, что ты такая неприхотливая, — сказал Крис. — Кстати, я совсем забыл, что вы с Ленкой были подругами. Если не ошибаюсь, пару лет назад вы с ней вместе ездили в отпуск.
— Да, в Бразилию — и отлично провели там время.
— Наверное, отдыхать в компании с таким весёлым и жизнелюбивым человеком, как Ленка, было чертовски приятно?
— Это точно, — вздохнула Меган. — Но с тех пор мы почти не виделись. Последний раз — полгода назад, в Чикаго. Тогда я работала в Чикагском университете над своей докторской диссертацией, а она приехала туда, чтобы переговорить с инвесторами вашего фонда. Мы встретились в китайском ресторанчике и поговорили — недолго, всего два часа… — Меган откинулась на спинку стула, прикрыла глаза и отдалась воспоминаниям.
— Когда вы успели с ней сблизиться? — спросил Крис, желая вывести Меган из задумчивости. — Не помню, чтобы вы дружили, когда мы учились на курсах.
— Это произошло позже, после окончания курсов. И после того, что случилось с Алексом. Как ты знаешь, Ленка чувствовала себя ответственной за его смерть. Разумеется, она этого не хотела. Ей нужно было одно: чтобы Дункан от неё отстал. Ей и в страшном сне не могло привидеться, что между Дунканом и Алексом начнётся драка, которая будет иметь такие трагические последствия. Она стала искать человека, которому было бы можно все это рассказать. Поскольку вы, британцы, уехали, из прежней компании остались только мы с Эриком, ну и она, естественно, потянулась к нам.
— Должно быть, она тогда сильно переживала?
— Не то слово, — сказала Меган и на мгновение замолчала, снова переносясь мыслями в те времена. — Я тогда поступила в Колумбийский университет, чтобы не разлучаться с Эриком, но Эрику пришлось на месяц уехать по делам фирмы, и мы с Ленкой остались вдвоём. Вот уж когда мы наговорились всласть. Ты знаешь, мы были совершенно разными людьми, но это не мешало нам отлично ладить.
— Говорят, что абсолютно разные люди легче сходятся.
— Может быть, — пожала плечами Меган. — Ну так вот, во время одной из наших бесед Ленка сказала мне, что, если вы с ней будете работать вместе, из вас получится неплохая команда.
Она была права. Команда у нас получилась неплохая. У нас с ней были разные сильные и слабые стороны, и мы отлично дополняли друг друга.
— Ленка всегда была экстравертом, доминирующей личностью. Но в своём окружении предпочитала видеть людей смирных и не с такой яркой, как у неё, индивидуальностью. Возможно, для того, чтобы на их фоне ей было легче блистать.
— Я узнал её и с другой стороны — она была также весьма вдумчивым и серьёзным человеком, — сказал Крис.
— Кому же, как не тебе, об этом говорить? — сказала Меган. — Возможно, ты знал её лучше, чем кто-либо.
— Мне кажется, ты тоже хорошо её изучила, — произнёс Крис с улыбкой.
Пока они разговаривали, паста сварилась. Крис разложил её по тарелкам, полил соусом и поставил на стол. Потом он долил в бокалы вина и уселся рядом с Меган.
— Ты чем сейчас занимаешься? Все ещё изучаешь историю средних веков? — спросил он.
— Да, — ответила Меган. — Но ведь и ты когда-то изучал историю, верно? Помню, как я доставала тебя на яхте рассказами о средневековой Франции.
— У тебя хорошая память, — сказал Крис. — А у меня нет. Я благополучно забыл всё, чему меня учили, и сейчас вряд ли вспомню дату битвы при Гастингсе.
— Раньше я занималась эпохой Каролингов. Несколько лет назад мои изыскания привели меня во Францию, где я провела несколько месяцев. Но теперь я пишу монографию о монастырских реформах в Англии десятого века. Вот почему я решила обосноваться в Кембридже.
Средневековье не занимало Криса ни в малейшей степени.
— Неужели тебе все ещё доставляет удовольствие копаться в разном древнем хламе и истлевших манускриптах?
— Когда как. Но если студенты с интересом меня слушают, это приносит мне большое удовлетворение. История занимает меня по-прежнему. Огорчает другое: для защиты диссертации нужна обязательно новая, не изученная ещё тема, а это значит, что приходится строить свою диссертацию на каком-нибудь совершенно незначительном факте, справедливо обойдённом другими историками.
— Нет на свете работы, которая устраивала бы на все сто, — произнёс Крис.
— Шесть месяцев в Кембридже позволят мне не только исследовать избранный мной предмет, но и основательно пересмотреть свою жизнь. Кажется, мне это необходимо.
Меган опустила глаза в тарелку и занялась едой. Видно было, что она чертовски проголодалась. После ужина Крис предложил гостье выпить вина или кофе. Меган выбрала вино, и Крис откупорил ещё одну бутылку.
— Обычно я пью редко и мало, — сказала Меган, — но сегодня мне это необходимо.
— Я тебя понимаю, — произнёс Крис. Он и сам чувствовал, как с каждым выпитым бокалом его отпускает напряжение последних дней. Вино было дешёвое, и он знал, что за неумеренное его употребление завтра придётся расплачиваться головной болью, но всё-таки решил, что вечер того стоит.