Страница 2 из 25
Четвертое, предвоенное десятилетие в буржуазных странах было торжеством массового производства, свирепой борьбы за рациональность, дешевизну, доступность. Но вовсе не ради того, чтобы сделать людей счастливее, а во имя того, чтобы захватить покупателя, отбить у конкурента, разорить противника, уничтожить. Знаменем техники в ту пору становится «улучшение»! Решающим становится не великое изобретение, а улучшение существующего и в конструкциях, и в методах производства. Это «улучшение» оказывается решающим как в борьбе технологий, в генеральном сражении конкурентов, так и при создании новых машин. В это десятилетие коронован был на Западе «король массового производства» его величество «Конвейер», не только как транспортное и организующее средство, но и как метод эксплуатации, выжимания силы, пота и прибылей, когда человек не только заменяется машиной, но и приравнивается к действующему ее рычагу. Знаменем нового в производстве становится автоматизация.
На этой основе в четвертом десятилетии небывало развился автомобилизм и появилось воздушное сообщение.
Для Советской страны — это время первых пятилеток, превращения отсталой аграрной страны в передовую, индустриальную. С уважением подумают люди будущего о том, как отказывали мы себе тогда в самом необходимом, стараясь построить больше домен, выплавить больше стали, выковать больше деталей, чтобы изготовить из них металлообрабатывающие станки и гидравлические прессы и при их помощи — свои автомобили, свои комбайны и в нужную минуту- свои танки. Новый строй мог выжить, только успев окрепнуть к решающему дню.
И он окреп к началу второй мировой войны, которая стала для нас Великой Отечественной войной. Ее выиграл народ беспримерным героизмом, напряжением сил и таланта всех людей — и солдат, и искателей нового,- стоявших в общем строю.
Нахмурясь, вспомнят люди коммунизма о времени, когда человек овладел страшной тайной атомной энергии, преступно использованной для уничтожения сотен тысяч жизней.
В эту же знаменательную пору искатели нового дали человечеству реактивную технику. Появилась реактивная авиация, стал достижим, а затем преодолен звуковой барьер скорости.
И подобно тому как после первой мировой войны по всему миру распространилось радио и люди стали слышать без проводов даже через океаны, после второй мировой войны люди стали видеть переданное на расстояние изображение. Люди побеждали само пространство: то, что видно было прежде лишь сидящим в зале, теперь увидели миллионы, сокровища культуры могли теперь принадлежать всем.
Быть может, шестое десятилетие нашего века люди будущего назовут десятилетием выбора между миром и войной. Атом, который грозил гибелью всему живущему, усилиями искателей мира стал мирным.
Люди далекого тысячелетия будут знать по своей истории, что, выбирая между жизнью и гибелью, человечество выбрало жизнь. Люди первого полувека новой эры оказались тверды и последовательны в своем стремлении к мирной цели, строго хранили беспримерную мощь невиданно развившейся техники, направляя талант и упорство на то, чтобы вооружить человека в мирном труде новой силой, чтобы разорвать оковы земного тяготения межпланетными ракетами, чтобы победно вступить в космос.
Космос! В таинственный мир космоса, в беспредельный простор миллионов световых лет, к сверкающим центрам атомного кипения материи, к звездам, живущим и рождающимся, гигантским или карликовым, двойным, белым, желтым, голубым, ослепительным или черным, в мир феерических комет и задумчивых лун, планет цветущих или обледенелых, в бездонный космос, мир миров, обжитый к тысячному году коммунистической эры, впервые вступил человек в наш первый и славный ее полувек, в шестом десятилетии двадцатого века по старому календарю. Никогда не будут забыты человечеством ни первый искусственный спутник ' Земли, ни первый советский вымпел на Луне, ни первая фотография невидимой ее стороны. Никогда не будут забыты имена искателей нового, осуществивших это, как не будут забыты имена тех, кто ступит ногой на иные космические тела, откроет новые миры, бесконечно раздвинет границы человеческого познания. Гордостью истории стали ныне имена советских космонавтов — Гагарина, Титова, Николаева, Поповича, Быковского, Терешковой.
Человек стал человеком, взяв в руки дубину, использовав ее и как первое оружие, и как первый рычаг, в обоих случаях умножив свою силу. Это было сотни тысяч лет назад. Впоследствии он еще больше увеличивал свою силу, используя силу ветра, силу животных. И лишь какие-нибудь полтора-два века назад он усилил мощь своих мышц,использовав силу пара,а потом электричества.
И человек будущего благодарно оценит то время, когда искатели нового, умножившие прежде силу мускулов, научились увеличивать возможности мозга. Человеку стали служить изобретенные им электронно-вычислительные машины, появилась новая отрасль техники — кибернетика. Выполняя волю человека, машина оказалась способной не только производить расчеты, которые могли занять поколения математиков, но и решать логические задачи, даже переводить с одного языка на другой, даже… сочинять стихи или играть в шахматы. Но главное было не в этих побочных экстравагантностях новой техники, а в совершенно необозримых возможностях автоматического управления производственными процессами в наивыгоднейших режимах. Люди грядущего будут знать, что машина никогда не заменяла и не могла заменить искателя нового, но она сделала его творчество свободнее, обеспечила самые дерзкие искания, которые привели науку, технику, жизнь к высотам счастливой эры.
С этим пришло человечество к седьмому десятилетию XX века.
БУРЛЯЩИЕ ГОДЫ
Клокочущими стали первые годы десятилетия. Кипит Африка. Символом свободы и возрождения стало для африканских народов имя Лумумбы. Одна за другой встают во весь рост в Африке страны так называемой «экзотики», нищеты, гордой борьбы за свободу и алчного и жестокого угнетения.
Но древний римский принцип «разделяй и властвуй» жив, он на вооружении у современных колонизаторов, прикидывающихся «друзьями» освободившихся народов. А на крайнем юге континента колонизаторы и расисты уже не надевают масок. Исступленно цепляются они в Южно-Африканской Республике за принципы прошлого века, приговоренные «на слом» ходом самой истории.
Кипит и Азия. Право быть нейтральными народы должны, оказывается, отстаивать с оружием в руках!… Маленький Лаос стал, как говорят на Западе, Большой целью, Большим примером, ареной схватки Больших Сил… Но нет силы большей, чем сила народа. Не так просто теперь навязать ему волю заокеанских империалистов, не то теперь десятилетие, не тот век!…
Четверть века назад я написал научно-фантастический роман «Пылающий остров», который, к радости моей, и сейчас любят читатели. Это был политический памфлет, предупреждение против мировой катастрофы, которая могла распространиться на все человечество, вызванная обреченной безрассудностью империализма… Предотвратить эту катастрофу способны были только социалистические страны.
И вот сегодня я смотрю фильм того же названия. «Пылающий остров» — это фильм совсем не фантастический, документальный, о героической Кубе, но, по существу, говорящий о том же- о навязываемой империализмом, американским империализмом, катастрофе всему человечеству, готовым зажечь над «Пылающим островом» воздух!…
Когда летал над Землей первый советский искусственный спутник, по Южной Америке разъезжал в роскошном лимузине бывший тогда вице-президентом США мистер Никсон.Горячие латиноамериканцы побили камнями стекла его автомашины, а родные американцы провалили его потом на всех выборах.
Когда пролетел над земным шаром корабль-спутник с Юрием Гагариным, которого вслед за СССР признала своим героем Чехословакия и Болгария (быть может, признают своим героем и другие страны, даже вся планета Земля), на латиноамериканском острове Куба страстные революционеры побили уже не камнями, а снарядами не лимузин, а тяжелые американские танки «Шерман», разгромив подготовленные на отпущенные американским правительством деньги банды наймитов и отщепенцев, отстояв завоевания революции.