Страница 53 из 124
– Положитесь на меня! – весело отвечал Борк, наклоняя двигатель.
Почва медленно скользила в сторону, и вскоре Кольцо уже было вне опасности, над гладким местечком, которое словно было приготовлено для спуска.
Ближе и ближе поднималась к ним лунная равнина. Луч гелия теперь ударял прямо в поверхность Луны и поднимал большие облака белого тумана. Кольцо спускалось, и туман совершенно окутал его. Ничего уже не было видно. Путешественники находились не больше как в двухстах футах над поверхностью. Внизу и над ними крутились облака белой пыли.
Стоя на цыпочках, они крепко ухватились за спасательные веревки. Казалось, прошли века. Вдруг Кольцо ударилось с таким шумом, словно большой молот обрушился на котел. Но сотрясение, против ожидания, было слабое.
– Прибыли! – объявил Борк с улыбкой. – Станция Луна. Всем выходить!
ГЛАВА IV
НА ЛУНЕ
1
– Прибыли. Всем выходить! – весело повторил Борк. – Приготовьтесь к таможенному досмотру!
Путники посмотрели друг на друга с недоумением. Только сотрясение и шум удара, когда Кольцо коснулось поверхности Луны, показывали, что они перестали двигаться в пространстве. Никаких других признаков не было. Кроме того, дверные отверстия были застланы редкими облаками белого тумана, а окошки совершенно затемнены.
Итак, они на Луне!.. Не безумный ли это сон? Слишком много надышались плотного воздуха или что-нибудь в этом роде? Полно, да полетели ли они? Не сидят ли они все еще на подмостках Вашингтонского аэродрома, вздымая облака пыли своим старым пропеллером? Одно мгновение Рода была убеждена, что они вовсе не улетали с Земли. И эта иллюзия продолжалась бы, если бы Хукер не обратил ее внимание на то, что облако дыма внезапно рассеялось; как камень, упало оно на поверхность Луны, где нет атмосферы, которая могла бы его поддерживать. Небо стало чистым и темным, как в зимнюю ночь. Окно снова приобрело прозрачность. Отчетливо и резко видна была в него поверхность Луны, сверкая под ослепительными лучами солнца, подобно пустыне в полдень. Но что эта за пустыня!.. Кольцо лежало в центре небольшой круглой равнины, окаймленной блистающей скалистой стеной. Это был некрупный кратер, какой можно видеть в большой телескоп с Земли. На некотором расстоянии вокруг Кольца мягкая пористая порода, составлявшая почву, была глубоко разрушена потоком газа, исходившим от двигателя. Большие борозды и трещины расходились во все стороны от места высадки. Кругом кратера поверхность была неровная; зубцы и пики всевозможных величин и вида возвышались на ней, подобно сталактитам на дне пещеры – причудливая работа стихий...
Там и сям любопытные насыпи и холмы представляли странные очертания. Казалось, что тут были сборные места, «Камни Совета» лунных жителей, словно какими-то неземными чарами также обращенных в камни. В мятежном беспорядке лежали всюду огромные глыбы и плиты. Пылкому воображению Роды чудилось, что это – начатые лунными обитателями постройки, приостановленные стихийной катастрофой...
На расстоянии каких-нибудь девятисот футов поднимался высокий уединенный зубец. Одна сторона его освещалась солнечными лучами, ничем не смягченными; другая была окутана абсолютным мраком. Везде по равнине были в беспорядке разбросаны камни, и вся она была покрыта мягкой белой каменной пылью.
Мрачное зрелище! Казалось, словно из кладбища, залитого белым лунным светом, безмолвно протягивались к небу чьи-то исполинские пальцы. Роду охватила дрожь. Живут ли тут люди? Сомнительно. Бродят ли здесь, в лунных пустынях, какие-нибудь странные животные? Веяло ли некогда дыхание жизни среди этих мрачных скал? Пели ли тут когда-либо птицы, жужжали ли и ползали насекомые? Быть может, на неподвижной пыли найдется отпечаток чей-либо ноги?
Борк бесцеремонно прервал размышления Роды.
– Нельзя терять времени, – объявил он весело. – Урановый цилиндр нашего двигателя почти исчерпан. Он никогда раньше не работал до полного истощения, и мы переоценивали его долговечность – это наша серьезная ошибка. Автоматический сигнал начал действовать, когда израсходовано было девяносто процентов. Смотрите! Осталось только два процента... Мне не нравится идея смены цилиндра во время полета. Надеюсь, костюмы со сжатым воздухом оправдают себя. Скверное дело, если будет не так. Конечно, следовало бы испытать их раньше в пустоте, но у нас сейчас слишком много дел.
Он прошел через комнату карт и, открыв шкаф в дальнем конце, вынул три костюма. Они были простого покроя, изготовлены из плотной резины, с медными шлемами вроде водолазных. При каждом костюме был цилиндрический резервуар со сжатым воздухом.
Борк и Эттербери сразу надели свои костюмы. Хукер только собрался одеваться, как заметил выражение ожидания на лице Роды.
– Мне нужно еще кое-что сделать внутри Кольца, – сказал он. – А вы вместе с другими поглядите, что творится кругом.
– О, благодарю! – воскликнула Рода. – Мне так хочется посмотреть, на что похожа Луна.
Мужчины успели уже надеть свои странные костюмы, и когда Рода оделась так, как требовали лунные условия, все четверо покатили большой цилиндр урана к наружному отверстию: Эттербери закрыл внутреннюю, непроницаемую для воздуха дверь Кольца. Они стояли, скучившись в узком пространстве у выхода из Кольца, подобно водолазам в колоколе. Разговаривать нельзя было. Все думали об одном: они готовились произвести опыт, какого до них не делал ни один физик – погрузиться в совершенную пустоту.
Эттербери сделал вопросительный жест, остальные кивнули в ответ своими шлемами. Он предостерегающе поднял руку, а другую руку положил на клапан внешней двери и сильно нажал его вниз. Воздух, бывший между дверьми, со свистом вышел через клапан в пространство. Костюмы заметно вздулись от упругости внутреннего воздуха. Путешест венники стояли без движения в течение нескольких минут, чтобы свыкнуться со странной обстановкой, и делали друг другу гримасы сквозь стекла своих шлемов.
Вдруг Рода вздрогнула: что-то порхало и трепетало вверху шлема, как будто большая птица машет крыльями. Девушка повернулась к Борку. Он в ответ улыбнулся и показал на клапан над своим шлемом. Рода вспомнила, что он объяснял ей, каким образом выводится испорченный воздух изнутри шлема и на его место вводится свежий из резервуара. Дрожание вверху шлема объяснялось действием этого необходимого приспособления.
Эттербери открыл внешнюю дверь и спустил металлическую площадку, на которой висела стальная лестница. С некоторыми затруднениями, оба спустились на туфовидную поверхность Луны. Рода с любопытством смотрела на них сверху. Кроме того, что раздулся ее резиновый костюм, Рода не испытывала никакого нового ощущения. Дышала она легко и спокойно, и солнечный свет прогревал ее насквозь.
Внизу Борк и Эттербери забавлялись опытами над силой притяжения Луны, столь малой сравнительно с увеличением тяжести на Земле. Одним скачком перепрыгивали они через пятнадцать – двадцать футов, подобно горным козам, скачущим со скалы на скалу. Привыкнув к потере веса, они забрались на большой треножник Кольца и стали налаживать блок и канаты, чтобы поднять на вершину новый урановый цилиндр и возобновить исчерпанный источник энергии.
Было ясно, что эту операцию можно выполнить и во время полета Кольца. Но она задрожала от ужаса, подумав об этом. Ведь пришлось бы взобраться на внешнюю сторону Кольца, несущегося со скоростью тридцать километров в секунду! Правда, этой скорости никто из них не может чувствовать – но что, если бы кто-нибудь из них упал? Он неотступно следовал бы за Кольцом в его междузвездном путешествии; он двигался бы с тою же самой скоростью, как и аппарат в момент его падения, и ничто не могло бы изменить их относительного положения. Подобно спутнику, он летел бы рядом или позади аппарата до тех пор, пока двигатель не стал бы работать снова, – и тогда спутник остался бы один в бездне пространства... Здесь же, на Луне, можно было безопасно сделать свое дело; к тому же урановый цилиндр весил теперь в шесть раз меньше, чем на Земле, и с ним легко было управляться.