Страница 12 из 55
Реки, бегущие с гор, орошали равнину. Весной их разлив был так широк, что пришлось в сорока стадиях [6] от Сард выкопать водоем для сбора полых вод. Так искусственно было создано круглое озеро Коло. Там, вокруг озера, в безмолвии гор и воды стояли могильные курганы лидийских царей — земляные холмы на круглых каменных основаниях. И самый высокий курган был могилой царя Алиатта.
ГОСТЬ КРЕЗА
Дворец Креза часто шумел пирами и был открыт для званых и незваных гостей. Странники и путешественники, проходя через Лидию, не миновали Сард.
И вот что рассказал об одном из гостей царя Креза Геродот.
Однажды во дворец Креза зашел странствующий эллин, афинский законодатель Солон.
Крез принял гостя радушно. Три дня пировали во дворце, три дня звенели золотые чаши, звучали флейты и кифары, прославляя мудрость и отвагу царя Креза.
Кифаредам было о чем петь. Они славили царя Креза как могли.
…Царь Крез, лидянин, первый азиат из царей-варваров, покорил племена эллинов — тех, что жили на азиатском берегу, — и заставил их платить дань. Эллинские боги не помогли им. Стоит вспомнить Эфес. Жители его построили такой красивый храм своей богине Артемиде и как просили они богиню защитить их от Креза! Они протянули от храма веревку к городской стене, — так, считали они, богине легче защитить их! А Эфес после недолгих битв стал данником царя Креза.
…Царь Крез, лидянин, азиат, первый из царей-варваров, приобрел дружбу Спарты — племени, грозного своей военной доблестью. Он купил их золотом!
…Царь Крез, лидянин, азиат, единственный из царей-варваров, стал любимцем эллинского прорицалища в Дельфах благодаря своим богатым дарам. А Дельфы нередко вершили судьбы не только царей, но и народов.
Царь слушал, как прославляют его кифареды, а сам украдкой поглядывал на эллинского гостя. Что думает афинянин? Постигает ли он величие лидийского царя? Понесет ли он славу о нем в другие страны и свое отечество — Афины?
Но эллин был спокоен, любезен и равнодушен. Привыкший к воздержанию, он пил «лягушатник» — вино, на три четверти разбавленное водой, ел умеренно, вежливо слушал, как певцы восхваляют Креза. И ничто не волновало его.
На четвертый день Крез предложил Солону посмотреть царские сокровищницы.
Царь приказал провести его по всему дворцу, открыть кладовые, полные золота и драгоценностей.
И когда Солон осмотрел все, что ему показали, Крез пригласил его к себе.
— О твоей мудрости и о твоих путешествиях, любезный афинянин, до нас доходит громкая молва, — сказал Крез. — Из жажды к знанию и из любопытства ты посетил многие земли. А потому я желал бы спросить тебя: видел ли ты уже самого счастливого человека?
Крез, спрашивая это, самодовольно улыбался. Он был уверен, что счастливейший человек — это и есть он сам.
Но Солон ответил:
— Да, видел. Афинянина Телла, царь.
Крез изумился.
— Почему же ты считаешь Телла самым счастливым?
— Вот почему, — ответил Солон. — Во-первых, потому, что его родные Афины были счастливы и благополучны. Во-вторых, потому, что у него были прекрасные дети и внуки. В-третьих, потому, что кончил он свои дни славной смертью. Во время сражения при Элевсине, он помог афинянам обратить врагов в бегство и сам погиб в бою. Афиняне похоронили его на том самом месте, где он пал, и почтили высокими почестями.
Крез внимательно выслушал его. И снова спросил:
— А кого же ты считаешь самым счастливым после Телла?
Крез был уверен, что уж теперь-то Солон назовет его имя.
Но Солон ответил:
— Клеобиса и Битона, царь. Эти юноши были так сильны, что оба вышли победителями на Олимпийских состязаниях. И умерли славной смертью.
Однажды в праздник аргивянской Геры мать Клеобиса и Битона обязательно должна была приехать в храм богини. Но волы не подоспели вовремя с поля, а надо было торопиться. Тогда юноши наложили на себя ярмо и потащили повозку к храму. Мать сидела в повозке.
Аргивяне, пришедшие на праздник, прославляли юношей. Прославляли они и мать — за то, что вырастила таких добрых детей. Сама же мать, восхищенная поступком своих сыновей и доставшейся ей на долю славой, молила богиню, чтобы она даровала Клеобису и Битону наилучшую человеческую участь.
После этого они принесли жертву богине. И со всеми вместе сели за праздничную трапезу. Потом юноши Клеобис и Битон уснули в том самом храме и больше не проснулись. Так умерли они в чести и в славе.
Аргивяне сделали их статуи и пожертвовали их Дельфийскому святилищу. И теперь их все чтят как достойнейших людей.
Тогда Крез воскликнул с досадой:
— Неужели же, любезный афинянин, ты ни во что не ставишь мое счастье и меня считаешь ниже простых людей?
— Судьбы людей и народов изменчивы, — ответил Солон, не теряя спокойствия, — а ты меня спрашиваешь о человеческом счастье. Ты, Крез, конечно, очень богат и царствуешь над многими народами. Но назвать тебя счастливым я могу не раньше, как узнаю, что век свой ты кончил счастливо. Во всяком деле следует смотреть в его конец. Многих людей божество ласкало надеждой счастья, а потом ниспровергало их!
Крез посмотрел на Солона и с пренебрежением отвернулся. Его гость просто глупый человек. А как иначе назовешь того, кто не обращает внимания на настоящие блага жизни — на богатство, на власть, — а думает о том, чем эта жизнь кончится? Удивительно, что такому недалекому человеку, как Солон, афиняне поручили устанавливать законы!
Он отпустил эллина. И Солон в тот же день покинул Сарды.
СЫНОВЬЯ
Афинянин ушел. Его речи больше не смущали Креза. Однако в душе осталась смутная тревога. Судьбы людей и народов изменчивы!
Крез старался отогнать эти мысли. Что же может ему грозить? Лидия сильна и богата. Пактол не устает нести ему золотой песок. Сам Крез еще крепок и отважен. И род его не иссякнет — у него есть сыновья.
Но тут сердце Креза охватила тайная и уже привычная печаль.
Один из его сыновей — калека, глухонемой. Он не помощник отцу, не наследник царства. Крез всячески старался вылечить его, но ничто не помогало. Он посылал спросить оракула, что надо сделать, чтобы сын его стал слышать и говорить?
И пифия ответила:
— Лидянин родом, царь многих народов, не в меру простодушный Крез, не желай слышать в доме речей твоего неговорящего сына, речей, которые ты так жаждешь слышать; гораздо лучше оставаться ему глухонемым, так как впервые он заговорит в роковой для тебя день.
Теперь этот несчастный безмолвной тенью бродит по дому, стараясь не показываться на глаза отцу. И пусть не показывается, пусть не напоминает о том, что и Крез не во всем счастлив…
Но у Креза есть другой сын, Атис, первый красавец, первый смельчак, первый воин во всей Лидии.
Атис — его гордость, его надежда, продолжатель его славного рода Мермнадов!
Однако тоска и беспокойство не оставляли Креза. Слова Солона не выходили из головы:
»…смотри в конец жизни. Ибо человек очень богатый ничуть не счастливее того, который имеет лишь насущный хлеб, если только первому не суждено, имея все блага, счастливо кончить дни свои…»
В ту же ночь в тяжелом сне Крезу явился зловещий призрак.
«Твой сын погибнет от железного копья», — сказал он.
У Креза замерло сердце:
«Но… не Атис?»
«Атис. Атис. Атис».
Крез проснулся в ужасе. Это было предупреждением о грядущей беде. Как избежать этой беды? Как защитить любимого сына?
Прежде всего, Крез решил не отпускать Атиса в военные походы, хотя Атис всегда становился во главе лидийского войска.
Все оружие Крез велел унести из дворцовых покоев в дальнюю кладовую, чтобы какое-нибудь копье или дротик, упав случайно со стены, не поранило его сына.
А чтобы Атис не тосковал, сидя дома, Крез решил женить его.
6
Стадий — около 200 метров.