Страница 26 из 97
— Рекомендую вам здешних горняков. Вам не кажется, что они выглядят слишком изнуренными? — спросила с улыбкой Алена, заметив удивление на лице Северсона.
— Будете смеяться над нами, товарищ Свозилова, не дадим вам на постройку «Луча» ни грамма металла! — пошутил один из горняков. — Разве это трудно — управлять высокочастотными излучателями на расстоянии? — обратился он к Северсону. — Излучатели генерируют такие мощные токи, что против них не устоит самая прочная горная порода. Впрочем, посмотрите сами…
На большом экране был виден один из участков рудника. На переднем плане стоял излучатель — невзрачный на вид металлический цилиндр на гусеницах, к которому тянулось несколько бронированных кабелей.
Безлюдно… Тихо… Чисто…
А стена перед таинственным аппаратом трескается под воздействием невидимой силы, распадается на мелкие камни, которые осыпаются на бесконечную ленту транспорозтера и плывут прочь.
Северсону невольно вспомнился каторжный труд на старой шахте, где он, в свое время, побывал со школьной экскурсией. Там было…
— Нас еще ждет долгая, интересная поездка! — оторвал его от воспоминаний голос Алены. — Поехали!
Машина доехала до узкого, зажатого вертикальными стенами ущелья. Освещенные солнцем горные вершины отражали вниз так мало света, что водитель не видел ничего на расстоянии шага. Поэтому, чтобы вовремя обходить попадавшиеся на пути трещины и нагромождения камней, включили фары.
— Проезжаем сквозь кольцевой вал кратера Клавий, — сказала Алена. — Это ущелье видно с Земли в самые сильные телескопы, как тоненькая черточка.
Машина ехала быстро. Гигантские подвижные тени, нарисованные фарами на неровных стенах, угнетали.
Северсон с облегчением вздохнул, когда машина выехала из узкого ущелья на усеянную мелкими кратерами равнину.
В звездном небе ослепительно сияло окаймленное зеленоватой короной Солнце. Недалеко от него тускло светился серп Земли. Склоны мелких кратеров, звезды, большой земной шар на небе, даже само Солнце — все производило своей неподвижностью такое сильное впечатление, что Северсон затрепетал.
— Из ваших слов я понял, что мы въезжаем в цирк Клавий, а мы тем временем проехали по каким-то горам, — удивлялся он. — Все еще не могу привыкнуть к чудесному пейзажу: горы и равнины внизу ярко освещены, а наверху — черное небо со звездами, Солнцем и Землей.
— Я чувствовала то же самое, что и вы, когда попала сюда впервые, — задумчиво сказала Алена. — И хотя это кажется невероятным, однако сейчас мы находимся в кратере.
— А почему, в таком случае, мы не видим его кольцевого вала?
— Для этого мы должны были бы подняться на несколько сотен метров выше. Цирк Клавий — один из крупнейших на Луне. Его диаметр превышает двести двадцать километров.
— С такого расстояния мы должны были бы видеть хотя бы вершины гор, тем более, что они имеют, как вы говорите, пять тысяч метров высоты! — упрямо стоял на своем Северсон.
Алена не удержалась от смеха:
— Мне нравится, что вы так последовательно защищаете свою точку зрения. Но на сей раз вам придется слегка изменить ее. Луна намного меньше Земли, так что ее поверхность более закруглена. Поэтому горы, удаленные от нас более чем на сто километров, скрываются за горизонтом.
— Да, ваша правда… — Северсон вдруг погрустнел, сник. — Вы, как всегда, правы. А я…
Алена посмотрела на него пристально, тревожно. Только теперь она осознала, что Северсон все еще не избавился от депрессии и до сих пор страдает от болезненного самоуничижения.
— Почему вы постоянно видите во мне наставницу, а не друга? — прошептала она. — Конечно, в этом виновата я сама: стараюсь объяснять, а вместо этого — поучаю…
Она с раскаянием сжала его руку. Оба улыбнулись друг другу.
Глава XVIII
Опасный дождь
Вездеход резко остановился и, развернувшись почти на месте, помчался к горному массиву.
— Что случилось? Почему возвращаемся обратно? — взволнованно спросила Алена, перестроив передатчик своего скафандра на волну водителя.
— Радиолокационная станция Южной обсерватории обнаружила группу мелких метеоритов. Наибольшая опасность грозит району кратера Клавий.
Не успел водитель это произнести, как в нескольких шагах от вездехода заклубилась пыль, словно от взрыва гранаты. Потом поднялся вверх еще один конус пыли. На склоне отвесной скалы блеснул и погас кроваво-красный огонек.
Вездеход на полной скорости влетел в узкую котловину и остановился, прижавшись к вертикальной стене.
— Езжайте дальше, там будет безопаснее! — воскликнула девушка.
Вместо ответа водитель отрицательно покачал головой и показал вверх, где между скал виднелась узенькая полоска неба с Млечным путем.
Когда Алена и Северсон посмотрели туда, ужас сжал им сердца. В свете прожекторов сверху медленно падали огромные каменные глыбы. Они натыкались на выступы стен ущелья, с тупым упрямством крушили скалы и, рассыпаясь на мелкие обломки, летели вниз.
Все это происходило в абсолютной тишине. Потревоженные метеоритами камни падали, вздымая коричневато-серую пыль, на дно котловины и ложились внизу конусообразными насыпями.
Еще долго после того, как упал последний камень, Северсон и Алена не могли прийти в себя.
— Хорошо, что метеориты не устраивают нам такие концерты чаще… — нарушил молчание водитель. — Пока не построили метеостанции на полюсах, езда по Луне была похожа на игру в лотерею. Теперь — совсем другое дело. Удивляюсь, что сегодня об опасности сообщили так поздно. Видимо, кто-то заснул у радиолокатора: метеоритный дождь можно было обнаружить значительно раньше.
— А что если такой дождь накроет ангары на космодроме? — спросил Северсон. — Ведь метеориты легко могут пробить стеклянные стены…
— Теперь мы знаем достаточно точно, когда Луна на своем пути встретится с роем метеоритов, потому что они вращаются вокруг Солнца с такой же регулярностью, как и Земля. Кроме того, радарные станции ведут непрерывные наблюдения, чтобы избежать любых неожиданностей. А если рой угрожает зданиям, автоматы сразу же включают над ними защитную завесу высокочастотного излучения, которое разрушает метеориты, превращая их в мелкую пыль. И если какому-то камешку удастся прорваться сквозь эту завесу, его задержат стены строения, потому что они сделаны из трех слоев особо прочного стекла. Силу удара метеорита ослабляет также заполненное воздухом пространство между стенками.
— А как защищается от метеоритов межпланетный ракетоплан?
— Пилоты всегда точно осведомлены о движении метеоритов, поэтому заранее обходят большие рои. Против одиночных небесных тел ракетопланы защищены так же, как и строения на Луне: тройными стенками и высокочастотными лучами. А впрочем, на небольшом расстоянии между Землей и Луной метеориты встречаются очень редко… Ну, друзья, опасность миновала, продолжим наше путешествие.
Водитель нажал на кнопку, но машина не сдвинулась с места. Тогда он вышел наружу, склонился над задней частью вездехода и безнадежно махнул рукой:
— Все!… Двигатель разбит вдребезги!… А если бы метеорит упал на метр ближе, то… — водитель не закончил, но и без слов все было ясно.
— Что же делать? — встревожилась Алена.
— Пятьсот километров, которые остались до кратера Тихо, до вечера пешком не пройдешь. Придется просить о помощи… — водитель включил главный передатчик вездехода, присоединил к нему микрофон своего скафандра. — Алло!… Алло!… Говорит вездеход номер семнадцать… Вызываю кратер Клавий, академика Шайнера…
— Я — Шайнер… — послышалось сразу же в наушниках шлемов Северсона и Алены. — Что случилось, Пельтон?
— Машина повреждена метеоритом. Мы стоим на краю ущелья Морета. Просим помощи…
— Вылетаем немедленно… Врач нужен? — спросил встревоженный Шайнер.
— Нет, у нас все в порядке.
Водитель выключил передатчик и повернулся к пассажирам:
— Приглашаю вас на небольшую прогулку. Не будем же мы здесь ждать, сложа руки.