Страница 39 из 118
С возникновением Реформации на континенте король Генрих VIII выступил в роли богослова на стороне католицизма. В 1521 г. он опубликовал трактат против лютеранства и был удостоен за это высокой награды от Рима — золотой розы и звания «защитник веры» (defensor fidei) 24. Но более убедительной, чем богословская теория, оказалась политическая и экономическая практика лютеранства, прежде всего в части конфискации церковно-монастырских земель. С начала 30-х годов английская корона осуществляет ряд актов, означающих постепенное отпадение Англии от церковного подчинения папству. В 1532 г. прекращается уплата аннатов, в 1533 г. отменяется папская юрисдикция в отношении англиканской церкви и под страхом смертной казни запрещается апелляция к папе на решения английских духовных судов, наконец, в 1534 г. совершается основное событие английской Реформации — публикуется Акт о супрематии 25, по которому главой англиканской церкви провозглашается король, чем окончательно оформляется разрыв англиканской церкви с католицизмом. Одним из поводов, стимулировавших бунт Генриха VIII против папы, явился отказ последнего санкционировать несколько его разводов со своими женами; некоторых из них король с присущей благочестивому христианину кротостью отправил на эшафот.
Папа Павел III не замедлил отлучить Генриха VIII от церкви 26, а тот в свою очередь объявил, что непризнание Акта о супрематии карается смертью. И это не осталось лишь обещанием, так как костры с горящими на них людьми стали в протестантской Англии таким же бытовым явлением, как и в любой католической стране.
Для королевской власти и для сконцентрировавшегося вокруг нее дворянства представлялось весьма соблазнительным присвоение земель и прочего имущества церквей и монастырей с сохранением централизованного устройства церкви и многих других особенностей католицизма. Буржуазные же и мелкобуржуазные элементы были заинтересованы в развитии более радикальных форм Реформации. Помимо того некоторые группировки королевско-дворянского лагеря считали для себя более выгодным сохранение связи с католической церковью. Все это определило остроту и многообразие форм развернувшейся реформационной борьбы.
Когда после смерти в 1553 г. Эдуарда VI королевой стала одна из дочерей Генриха VIII — Мария Тюдор, она с первого же дня показала, что собирается вернуть страну к католицизму: коронация была совершена по католическому образцу. Королева развернула такую кампанию террора, которая дала ей заслуженную кличку Кровавой. По всей Англии горели люди на кострах, скатывались отрубленные на эшафотах головы. Впрочем, не первой и не последней в этом отношении была королева-католичка. К. Маркс признает, что она «по своей природе была подлая тварь», но тут же перечисляет имена восьми английских королей и одной королевы, которые заслужили наименования кровавых не в меньшей мере, чем Мария27. При этом мотивировка их палаческой деятельности в большинстве случаев тоже услужливо предоставлялась религией. А новая королева Елизавета, воцарившаяся после смерти Марии, вернулась к протестантизму и принялась испытанными средствами огня и меча восстанавливать в стране этот вариант христианства.
К. Маркс так характеризует эволюцию религиозных взглядов Елизаветы: «Она была протестанткой в царствование Эдуарда VI, католичкой — в царствование Марии; когда Мария лежала на смертном одре, Елизавета на вопрос, католичка ли она, «стала просить бога, чтобы земля разверзлась и поглотила ее, если она не правоверная римская католичка», такое же заявление она сделала герцогу Фериа, посланцу Филиппа II; при своем короновании она поклялась, что твердо верит в истину католической религии» 28. Это не помешало ей почти немедленно начать реставрацию протестантизма. Про королеву Елизавету немецкий историк А. Тилле пишет: «…у нее самой не было никаких религиозных убеждений… Достигается ли спасение души преданностью церковному вероучению или нравственным поведением — это было для нее безразлично, так как она вовсе не хлопотала о том, чтобы возвеличить Англию в царстве небесном»29. Но в благах и делах царства земного королева разбиралась умело и проводила государственную церковную политику ловко и цинично.
Все принятые при Генрихе VIII и Эдуарде VI законодательные акты, знаменовавшие разрыв с папством и самостоятельность англиканской церкви, были вновь подтверждены. В 1571 г. парламент под руководством королевы принял «39 статей» 30— новое исповедание веры, которое следовало признавать каждому жителю острова во избежание жестокого судебного преследования. Общий характер того вероучения, который был продиктован англичанам, в какой-то мере приближался к кальвинизму. Организация же самой церкви решительно расходилась с кальвинистской: оставалась в силе епископальная система при главенстве короля над всей церковью.
При той половинчатости в вероисповедных и культовых вопросах, которой отличалась королевская Реформация в Англии, обнаруживались и более радикальные тенденции, тяготевшие к кальвинизму и находившие свое воплощение в движении пуритан. Центром этого движения являлась Шотландия, где в конце 60-х годов развернул кальвинистскую пропаганду прошедший обучение в Женеве Джон Нокс. Она была настолько успешна, что шотландский парламент специальным актом объявил пуританство государственной религией31. Но когда в 1561 г. шотландской королевой стала католичка Мария Стюарт, развернулась скоро перешедшая в гражданскую войну острая борьба между группировками, выступавшими под религиозными знаменами католицизма и кальвинизма. Елизавета втайне поддерживала пуритан, в моменты их поражений отмежевывалась от них, а когда католическая партия Марии потерпела поражение, английская королева «оказала гостеприимство» своей незадачливой противнице, но тут же распорядилась арестовать ее; продержав Марию более полутора десятилетий в заключении разных степеней строгости, королева Елизавета приказала потом своим юристам скомпоновать такой букет обвинений против нее, который делал неизбежным смертный приговор. В 1587 г. Мария Стюарт погибла на плахе.
В последней трети XVI в. пуританское движение развернулось с особой силой, поскольку к этому времени у действительных сторонников Реформации пропали все надежды на то, что королева Елизавета прекратит лавирование между католицизмом и протестантизмом. Конец XVI и начало XVII в. ознаменовались репрессиями, обрушившимися на пуритан. Одним из последствий этих репрессий явилась эмиграция их в другие страны, и особенно в Северную Америку. Первые поселенцы в Новой Англии — отцы-пилигримы — и были теми пуританами, которые рискнули пересечь океан в поисках религиозной свободы и лучшей жизни.
В самой же Англии пуританство не исчезло. Наоборот, через несколько десятилетий оно стало знаменем буржуазной революции.
Борьба английской буржуазии и связанного с ней «нового дворянства», крестьянства, ремесленников и городского плебса против власти «старого дворянства» и опиравшегося на него абсолютизма приняла идеологическую форму борьбы пуритан против линии монархии на постепенное сближение с католицизмом. К началу XVII в. англиканская церковь целиком стала служанкой короля и частью государственного бюрократического аппарата. В этих условиях политический протест, как и в средние века, мог проявляться только в виде религиозной оппозиции, как «диссентерство», раскольническая деятельность в религиозном смысле. В борьбе против короля противники абсолютизма выступали с цитатами из Библии, а другими цитатами из того же источника пользовались роялисты. Основные группировки внутри революционного лагеря обозначались наименованиями религиозной ориентации — пресвитериане и индепенденты.
Во Франции классовая борьба и гражданские войны второй половины XVI в. также протекали в форме религиозной борьбы между католиками и протестантами-кальвинистами. Так как Реформация проникла во Францию из Швейцарии, то обозначением ее приверженцев стало испорченное немецко-швейцарское слово «Eidgenosse», сотоварищи — гугеноты.