Страница 76 из 84
Они потеряли Императора, и вот теперь они потеряли Великую Ведьму, саму Королеву Мышей. Пэксон не сомневался, что его имя войдет в историю синонимом вопиющей некомпетентности.
Вот тогда-то он и начал молиться. Он не хотел ни с кем говорить. Его словно бы и не стало вовсе.
Под конец сбитые с толку офицеры оставили Пэксона в покое. Они сообщили о случившемся генералу Пикилу и попросили его взять командование на себя. Однако у Пикила были свои проблемы.
По правде говоря, Пикил не мог думать ни о чем другом, как только об этих поганых трусах Глэйвсе и Рокинсеке. Они встречались с вражеским лазутчиком Эксумом из Фозеда. Они знали, что он, генерал Пикил, готов был вступить в переговоры с врагом. Когда их схватят, негодки наверняка не станут молчать. Они выложат все, что знают. Они постараются свалить все на генерала.
При этой мысли Пикила прошибал холодный пот.
Как же могло так случиться? Они победили — чудо спасло легионы от уничтожения, и до прихода белых кораблей оставалось всего несколько часов. Все прекрасно, но он, Гораций Пикил, погиб. Как только дезертиров схватят, с военной карьерой генерала Пикила будет покончено.
Вот почему, когда капитан Кесептон обратился к Пикилу за разрешением пуститься в погоню за похитителями по туннелю, открывшемуся под спальней Императора, генерал даже не стал его слушать. Кесептон намеревался пойти один.
Он не рассчитывал вернуться. Что ж, если этот молодой офицер хочет покончить с собой, это его дело. Пикилу было все равно. Тем более что его не очень-то волновала судьба и Рибелы, и Императора. Как и все северяне, он презирал правителей Урдха и в особенности этого безмозглого Императора Бэнви. Как и многие кадейнцы, он не доверял ведьмам и не больно-то жаловал их вмешательство в людские дела.
Потому, спокойно отправив Кесептона на верную смерть, Пикил вновь нервно заходил по комнате. Белые корабли скоро будут здесь. За «Орехом» начнется погоня. Генералу, судя по всему, светило весьма неприглядное будущее.
А в императорской спальне Кесептона уже ждала небольшая группа хмурых людей и драконов. Судя по окровавленным бинтам, они только недавно побывали в горячем бою.
Впереди стояли Релкин из Куоша и два его могучих дракона.
— Я разведал туннель где-то на полмили, сэр, — доложил юноша. — Понемногу он поворачивает вправо.
— Спасибо, драконир, — слабо улыбнувшись, ответил Кесептон.
— Капитан.
— Да, в чем дело?
— Мы идем с вами. Мы не можем оставить Лагдален в лапах врага.
— Я не могу этого позволить. Вы нужны здесь. Дракон с ломаным хвостом наклонился к капитану.
— Лагдален, драконий друг, не умрет одна, — прорычал он.
Кесептон сглотнул и отдал дракону честь.
— Мой друг, твое предложение делает мне честь, но я не могу его принять.
Пурпурно-Зеленый сделал шаг вперед. Капитан замер, едва не загипнотизированный его взглядом. Он уже и забыл, какой огромный этот дикий дракон.
— Капитан, вы все равно не можете нас остановить. Я иду с Хвостоломом. Мы умрем вместе. Возможно, это хорошее время, чтобы умереть.
На какой-то миг Кесептон лишился дара речи. Он не знал, что ответить.
Казалось невероятным, что эти огромные чудовища готовы пожертвовать своими жизнями ради его жены.
А вперед выступили два других дракона. Кесептон даже не сразу их узнал.
— Капитан, — сказал медношкурый Чектор. — Я сражался на Оссур Галан и на горе Красный Дуб. Я тоже пойду с вами.
— Спасибо, Чектор.
Драконир Моно стоял рядом со своим подопечным. Теперь Кесептон вспомнил, что Моно и Релкин были единственными оставшимися в живых драконирами старого Стодевятого драконьего.
— Блок тоже пойдет. Куда Хвостолом и Пурпурно-Зеленый, туда и Блок, прогрохотал четвертый дракон.
— Свейн из Ривенанта, — отсалютовал его драконир.
— Капитан, — подал голос Релкин.
— Да, драконир?
— Сегодня придет подкрепление, не так ли?
— Да.
— А пока не пойдут в атаку?
— Вроде бы так.
— Тогда мы вполне можем пойти с вами. Мы имели честь сражаться рядом с Лессис. Мы знаем, как важны Великие Ведьмы. Мы должны спасти госпожу Рибелу.
Даже не беря в расчет наше желание найти Лагдален, наш святой долг — вырвать из лап врага Королеву Мышей. Это надо сделать, или весь наш поход окончится самым плачевным образом.
Кесептон кивнул. Парень был прав. Капитан напомнил себе, что хотя с ним говорит и мальчишка, но кто знает, какие ужасы ему довелось повидать в страшных катакомбах Туммуз Оргмеина.
— Пусть будет так, — решил он. — Может, это воля небес. Может, на этот путь нас наставила сама Великая Мать.
— Может, оно и так, — прогремел Базил, — но сердце дракона говорит, что судьбы нет и что будущее творится в настоящем.
Спустившись по ступенькам, Кесептон в свете факела осмотрел туннель.
Он был широкий и просторный, и даже мощенный брусчаткой.
— Тут вполне могла бы проехать карета, — заметил Релкин, спустившись вслед за капитаном.
— Я тоже об этом подумал, — кивнул Кесептон.
— Мы тут порасспросили нескольких евнухов, — сказал Свейн, — и они говорят, что когда-то по этому проходу императрицы ездили на Остров Богини встречаться со своими любовниками.
Кесептон присвистнул:
— Эти императрицы, похоже, и впрямь любили поразвлечься.
— А еще рассказывают, будто построившая этот туннель Императрица повелела убить всех рабов, которые его рыли. Для того чтобы никто не узнал о ее тайне.
— Но тайну, похоже, все-таки не удалось сохранить.
— Этот туннель обнаружил первый Император династии Шогимиссаров. Евнухи просто забыли предупредить нас о существовании этого потайного хода.
— Зато враг нашел его без труда, — с горечью сказал Кесептон.
Ох уж этот невыносимый, упрямый, самолюбивый, реакционный, чванливый, не терпящий чужеземцев императорский двор. У Кесептона, надо сказать, сложилось самое неприглядное впечатление о древней цивилизации Урдха.
— Я хотел перебить этих проклятых евнухов, но меня остановил драконир Хэтлин.
— Он правильно поступил. Мы не должны убивать наших союзников без веской на то причины.
— Капитан, да мы просто ненавидим этих паразитов. Да и остальных жителей этой страны, что греха таить, не больно-то жалуем.
— Я понимаю, — кивнул Кесептон. — Но это ничего не меняет. Мы убиваем только тех, кто активно сотрудничает с врагом.
— Да, капитан, — кивнул Свейн.
— Пошли, — сказал Кесептон, устремляясь в глубь туннеля. — Если мы хотим кого-то найти, не стоит терять времени.
Они двинулись за ним. Трое юношей, три боевых дракона и громадный крылатый дикий дракон.
— Наверно, это была очень маленькая карета.
— И везла ее маленькая лошадь, — проворчал Базил.
— Лошадь я съем потом, — фыркнул Пурпурно-Зеленый. — Клянусь ревом предков, ну и тесно же здесь, в этой человеческой норе.
Глава 54
Туннель протянулся на много миль под речным руслом. Сперва это вызывало смех. Легионеры шутили о том, на какие жертвы шли древние императрицы Урдха, чтобы в тишине и покое встретиться со своими любовниками. Но подобный юмор быстро приелся. Было сыро и холодно. Бесконечная мостовая уходила во тьму.
Сотни, тысячи людей рыли этот туннель. Неимоверный труд, который сложно даже и оценить.
Но вот проход закончился. Каменные ступени круто поднимались к массивной высокой двери. Северяне прислушались. С той стороны было тихо.
Кесептон отдал приказ, и Чектор несколькими ударами своего топора развалил дверь на части. Прочная и тяжелая, она все же не могла противостоять дракону.
Наконец легионеры вышли наружу. Они очутились посреди развалин какого-то большого дома. Крыша и верхние этажи успели куда-то исчезнуть.
А за руинами начинался густой лес из сосен и пальм. Уже светало, и по едва заметной тропинке северяне двинулись через чащу. По веткам над их головами с тревожными воплями скакали разбуженные шумом обезьяны. Вскоре путники очутились на берегу реки. Темные пенистые воды тянулись до самого горизонта, над которым уже розовел восход.