Страница 77 из 86
А потом вышел из палатки, не замечая ничего вокруг. Оказавшись снаружи, он в изнеможении прислонился к стволу дерева. Бессильная ярость захлестнула его. Лавину захотелось вдруг закричать тому, кто создал эту вселенную и предопределил его жизненный путь:
— Мой сын мертв.., кого еще я должен тебе отдать?.. Что тебе нужно от меня? За что все это?..
Вопросы один за другим всплывали в его сознании, перемежаясь ужасными картинами.
А потом он подумал о Справедливой Фандан и спросил себя: а может быть, над родом Фанданов тяготеет вечное проклятие? Справедливая не раз вмешивалась в естественный ход вещей. Ей пришлось пережить крушение собственных надежд и триумф своих противников. А теперь Лавин пребывает в вечном кошмаре, который порожден ею, узурпировавшей власть внутри семьи два столетия назад.
А интересно, как она бы поступила на его месте? Он на секунду зрительно представил Справедливую Фандан, свою прародительницу. Она познала великое горе и, проживши столетия, умерла, так и не достигнув своих заветных целей. Неужели Фанданы всегда будут в разладе с окружающей их вселенной?
Видеопослание молодого Прауда не нуждалось в комментариях. Лавин — вот кто ему нужен. Прауд хочет, чтобы он пришел к воротам поместья Бутте. Тогда и только тогда Флер Фандан избавится от мучений, и смерть распахнет свои сладкие объятия перед ней самой и перед ее мужем.
Но Флер до сих пор жива! Вот главное, что уяснил для себя Лавин. Он положил ладонь на истертую рукоятку револьвера. Он отправится туда и убьет молодого Прауда, даже если за это придется заплатить собственной жизнью.
В конце пути оказалось, что выбраться из поместья можно только по подземной речке. Армада и ее пятеро спутников нырнули в поток, который, выходя на поверхность у склона горы, становился одним из рукавов реки Улуин. Дыхательных аппаратов у них не было, только фонари. А между тем им предстояло преодолеть несколько длинных тоннелей, в которых нельзя было вынырнуть и отдышаться.
Медленно, но упорно они продвигались вперед, останавливаясь возле отдушин.
Вода была холодная, путь — долгий. И все-таки, проведя под землей двенадцать часов, они выбрались из пещеры с низкими сводами и оказались на склоне горы под ослепительно ярким полуденным солнцем. Повсюду росли молодые джики и кнуко, поляны были усеяны гисельвикой и карликовыми глоб-глобами. Внизу простиралась обширная долина, перерезанная реками Мулд и Улуин, а вдали зеленела гора Титус.
Разведка местности показала, что новых командос поблизости нет. Однако в северном направлении, над лесами, окаймлявшими Тюбетейку, стелился черный дым от костров. А с запада, с военной базы, доносился рев реактивных двигателей.
Отсутствие врага немного изменило их планы. Армада решила поохотиться за семейством толстозадых скринов и вскоре прикончила их всех до единого меткими выстрелами из пистолета.
Раздирая руками сырое мясо, они наперебой обсуждали, что делать дальше. Поместье Бутте пало, и его полностью разграбили. Молодой Прауд и новые командос все-таки добились своего.
Армада понимала — теперь им остается только мстить. И лучше всего начать с аэродрома. Запив мясо водой из ручья, они походным маршем двинулись на запад.
У Ринуса Ван Рельта лопнуло терпение, когда молодой Прауд приказал ему высечь хлыстом леди Фандан.
— Господин, это ведь ваша кровная вражда, и меня она не касается.
Флер Фандан посмотрела на него ничего не выражающими глазами. Ван Рельт понимал: она хочет только одного — смерти. Но, накрепко привязанная к стулу. Флер была совершенно беспомощна.
Ван Рельт ждал вспышки ярости, но вместо этого молодой Прауд как-то странно улыбнулся — видимо, именно на такую реакцию он и рассчитывал.
— Да, Ван Рельт, конечно, вы не станете этого делать. Ну что же, тогда убирайтесь вон. И пришлите ко мне Орика. Он подержит видеокамеру.
— Господин, к чему все это? Ведь вы уже отправили послание.
— К чему? А разве мне прислали ответ? И не подумали даже. Значит, моя угроза не подействовала. Придется продолжить экзекуцию и заснять еще, один коротенький голосюжет. А уж потом я определюсь — приводить смертный приговор в исполнение или нет.
— Она и так достаточно помучилась. Стоит ли…
— Хватит, Ван Рельт! Попридержите язык! И не лезьте не в свое дело.
Лицо молодого Прауда вдруг разом окаменело, и в воздухе повеяло опасностью.
Ринус торопливо вышел. Продолжать беседу в таком духе он не решился.
Орик, новый телохранитель Прауда, еще недавно был свирепым капралом в десантно-штурмовом батальоне третьей дивизии. Окрыленный столь успешным продвижением по службе, он не испытывал сомнений морального порядка по поводу вендетты, учиненной над наследниками Справедливой Фандан. Когда Ван Рельт коротко кивнул ему на дверь, Орик ухмыльнулся и нагло подмигнул:
— Хозяин зовет, да?
— Это для тебя большая честь, капрал?
— Довольно болтовни, мессир. Я уже выбыл из рядов ваших славных командос.
Ван Рельт чуть было не прикончил его на месте. Рука потянулась к кобуре, но в последний момент он заколебался. Все еще ухмыляясь, Орик повернулся к нему спиной и направился к двери.
Стараясь побороть дрожь в ногах, Ван Рельт пошел к коммуникационному, узлу. Запершись в отдельную кабинку, он подключил терминал и через ретрансляционную станцию, расположенную на побережье, вышел на основную линию, а с нее — на специальный кодируемый канал связи с «Черным Кораблем». Потом передал пароль из нескольких слов и через полминуты получил отзыв.
Ван Рельт вздохнул с облегчением. Похоже, с Алас Ром можно договориться. Ринус быстро передал свое предложение: он доставит к Алас молодого Прауда с двадцатью килограммами фарамола, а в обмен получит пропуск на «Черный Корабль» и членство в Совете Бонз.
Глава 36
После дележа фарамола, награбленного в поместье Бутте, каждый командос стал обладателем «граммового состояния» — этого количества вполне хватало, чтобы продлить себе жизнь на пару столетий. В результате дисциплина в войсках заметно пошатнулась. Бесчисленные мелкие бунты, попытки угона самолетов с посадочной полосы, убийства и грабежи подрывали боеспособность новых командос. Некоторые подразделения совершенно разложились. Ван Рельту пришлось выполнить требование молодого Прауда о наведении порядка. Вскоре последовали жесточайшие меры. Приговоренных к казни молодой Прауд отправил строить собственные виселицы. Тела повешенных еще долго после казни болтались на перекладинах, в назидание остальным. Кроме того, молодой Прауд ввел систему поощрений для тех, кто сообщал ему о готовящихся бунтах, кражах военного имущества или попытках угона самолетов. Поскольку с добровольными информаторами рассчитывались солидными порциями фарамола, доносительство расцвело пышным цветом и повлекло за собой волну повальных арестов. Дисциплину удалось поднять до приемлемого уровня, однако проблемы остались. Большинство дивизионных командиров отказались от патрулирования мелкими группами, поскольку солдаты редко возвращались назад. Они предпочитали уйти в лес с ворованным имуществом, чтобы затем пробраться к аэродрому. Теперь в патруль посылали целым взводом.
Ван Рельт собрал дивизионных командиров на совещание неподалеку от главных ворот поместья Бутте. Хотя, судя по всему, вражеские силы были разбиты и остатки их рассеяны по Северному Сливерари, Ван Рельт хотел быть в курсе всего, что происходит на этом направлении. После сражения на Бедлекском перевале мысль о внезапной атаке фейнов стала для него навязчивым кошмаром. Окунувшись в военную рутину, Ван Рельт испытал некоторое облегчение — так он мог хоть ненадолго забыть о Флер Фандан и молодом Прауде.
А в густых зарослях на берегу реки Сливерари Лавин Фандан в это время сказал Нг Фарру и Чулпопеку, что дальше пойдет один. Видеопередача изменила все. Лавин решил, что пойдет туда и убьет молодого Прауда. Он приказал своим помощникам увести импи вверх по реке, в долины, расположенные выше поместья Бутте, чтобы там дождаться окончания войны. Хотя, по сути дела, война уже закончилась. Фенрилльские силы самообороны проиграли ее. Скоро «Черный Корабль», доверху набитый награбленным добром, улетит, и дальнейшее кровопролитие потеряет всякий смысл. Тем более что в этой битве они в первую очередь отстаивали честь семейства.