Страница 73 из 99

В горячих сердцах сохраняя... (сборник)

Карпентьер Алехо, Че Гевара Эрнесто, Родригес Феликс Пита, Арруфат Антон, Кастро Фидель, Гильен Николас, Бранли Роберто, Марре Луис, Хамис Пабло, Ибаньес Даниэл Линкольн, Альберди Адольфо Мендес, Леон Эдуардо Эрас, Луна Мануэль Наварро, Отеро Лисандро, де Каскорро Рауль Гонсалес, Молина Альберто, Сирулес Энрике, Падрон Педро Луис, Рива Рауль Борхес, Парет Эмилио Комас, Иснага Альсидис, Аухьер Анхель, Нарди Рафаэла Чакон, Чинеа Уго, Рубьера Рафаэль, Мойя Феликс Пичардо, Альдана Карлос, Диас Хесус, Матос Хосе Мартинес, Моралес Росендо Альварес, Кастро Рауль, Эрас Эдуардо, Барбан Хосе Эрнандес

Кто—то толкает меня — самолет! Все вскакивают по местам. Я спокоен. И на этот раз я спокоен. Пожалуй, лишь чуть—чуть волнуюсь, но в то же время радуюсь. Орудие в готовности.

— Ложитесь, ложитесь! — кричу я расчету. — Оставьте меня, оставьте меня одного!

Они повинуются мне и ложатся на землю. Я целюсь в самолет. Он летит над островком, покрытым зарослями тростника. Он почти передо мной. Он меня еще не увидел.

Тогда я безостановочно стреляю очень длинной очередью. И он меня замечает, потому что выстрелы приходятся по фюзеляжу. И он стреляет в меня изо всех своих пулеметов. Я ни о чем не думаю. Я продолжаю стрелять. А самолет — в меня. А я — в самолет. Самолет уже очень близко, но я не сдаюсь. И мои пули попадают в кабину.

А его пули пролетают мимо. Меньше чем за двести метров он делает крен влево. Я разворачиваю пулемет и продолжаю вести по нему огонь. Но теперь все «четверки» сентраля тоже стреляют по самолету. Самолет теряет управление. Потом теряет высоту и скорость. Медленно сбрасывает четыре бомбы. И опять теряет высоту. И наконец падает.

Весь расчет вскакивает и бежит ко мне:

— Ты его сбил, Матео! Ты сбил его!

— Ну и что? — И я говорю, что, мол, да, что я его сбил, что если захватить его во второй круг прицела — не промахнешься.

Но вот я оборачиваюсь и смотрю назад, за орудие. Вижу пальмы, срезанные пулями самолета чуть выше моего роста. Я приподнимаюсь с сиденья стрелка. Хочу идти, но падаю. Меня поднимают. Держусь руками за людей, а идти не могу: в ногах нет силы.

— Это нервы! — говорит кто—то.

— У тебя нервы расшатались, Матео, — повторяет кто—то еще.

— Да, — соглашаюсь я, — нервы… А меня уже несут, меня целуют.

…Вот и все. Повторяю вам, что, когда сбиваешь самолет, ничего не чувствуешь… Говорю вам, что страха нет и в помине… Герой? Я? Нет—нет… Герои — это те, кто выигрывает войны и входит в историю… А я всего лишь стрелок зенитного пулемета… Да—да, сеньор, Матео Гонсалес, пятнадцати лет от роду, двадцать восьмая батарея базы Гранма…

Мануэль Наварро Луна

Плая—Хирон

Команданте!

Фиделю Кастро посвящается

Майор, высшее воинское звание в первые годы Кубинской революции. — Прим. пер.