Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 13

«Оглядываясь назад на 240-летнюю историю Афганистана, мы ясно видим самую яркую страницу в жизни страны, незабываемый день 7 саура 1357 г., (27 апреля 1978 г.) день нашей святой Революции, которая принесла освобождение всем трудящимся массам от векового угнетения и бесправия, открыла им дорогу прогресса и процветания. Этот день навсегда останется в нашей памяти…

День Саурской революции стал самым значительным в моей жизни. Я получил от партии ответственное задание — объявить в 9.00 часов утра в штабе 4-й танковой бригады в Пули-Чархи решение НДПА о начале революционного выступления. Оно было принято накануне.

Танковая бригада вскоре оказалась в руках патриотов. Около 11 час. я на своем танке возглавил ударный отряд, двинувшийся из Пули-Чархи в город, и в полдень мы уже вступили в бой с подразделениями, охранявшими президентский дворец. Первый выстрел был произведен из танка № 815 около 12 час. Наши неоднократные предложения прекратить огонь и капитулировать оставались без ответа, и защищавшие дворец продолжали бессмысленное сопротивление.

Но это было только начало восстания. Его успех зависел от энергичных, умных и скоординированных действий революционеров, от поддержки масс, от правильности выбранного партией политического курса.

Ожесточенная борьба разгорелась в разных частях города и его окрестностях. На дороге Хаджа Раваше, где находился штаб ВВС и ПВО, сложилась тяжелая обстановка, однако прибывшие туда танкисты быстро взяли инициативу в свои руки.

…Большую роль в первые дни восстания также сыграли Военно-воздушные силы. С помощью преданных партии летчиков была проведена операция по захвату аэродрома в Баграме. Вскоре в воздух поднялись боевые самолеты, которые около 16.00 нанесли бомбовый удар по президентскому дворцу.

В самом городе контрреволюционеры окопались в Министерстве внутренних дел, муниципалитете и полицейском управлении. С помощью танков и бронетранспортеров товарищи атаковали противника и заняли эти здания.

К рассвету следующего дня танкисты, летчики и часть „командос“ Бала-Хисара сломили сопротивление охраны президентского дворца и вынудили ее сложить оружие. К М. Дауду под белым флагом была отправлена делегация с предложением капитулировать, но свергнутый президент отказался сдаться, открыл стрельбу по офицеру-парламентеру и ранил его. Завязалась перестрелка, в результате которой М. Дауд и некоторые его приближенные и сторонники были убиты. Так окончил свою жизнь человек, обманом захвативший власть в июле 1973 г.».

Здесь, чтобы не уйти от объективности, следует отметить: халькистские военные организации под руководством X. Амина заранее разработали план захвата власти в стране, которым предусматривалось начать вооруженное выступление в случае ареста или убийства Тараки. При этом Амин намеренно не обеспечил одновременность и согласованность выступления военных представителей «Хальк» и «Парчам». Парчамисты в ходе восстания оставались сторонними наблюдателями и, по сути дела, выжидали (они активизировались лишь с началом распределения постов и высоких должностей).

Переворот произошел с небольшими потерями и разрушениями. Итак, при штурме дворца М. Дауд был убит. Еще в период боя за дворец были захвачены тюрьма и радио Кабула. Освобождены арестованные лидеры НДПА.

Текст обращения к народу о победе Саурской революции по радио Афганистана зачитали: А. Кадыр — на дари, М. А. Ватанджар — на пушту. В нем в частности говорилось: «Впервые в истории Афганистана уничтожены последние остатки империалистической тирании и покончено с деспотизмом…»

Успех военного переворота в Кабуле 27 апреля 1978 года (7 саура 1357 года по афганскому календарю), который вошел в историю как Апрельская (Саурская) революция, объяснялся в первую очередь слабостью режима Дауда, а не наличием революционной ситуации в ее классическом понимании. Простой народ Кабула и провинциальных центров воспринял приход к власти НДПА с большим энтузиазмом, но это была скорее реакция на устранение Дауда.





Диктатура пролетариата… без пролетариата в стране?!

Численность партии к моменту военного переворота была невелика — около 18 тысяч членов, из которых около 5 тысяч находилось в вооруженных силах. Они распределялись по мелким ячейкам, приспособленным к работе в нелегальных условиях; отсутствовал аппарат ЦК и учет членов партии; принципы демократического централизма не соблюдались; еще не была создана система политической учебы кадров, в результате чего их теоретический уровень был крайне низок. У партии не было легального печатного органа; отсутствовал опыт проведения агитационно-массовой работы; молодежная, профсоюзная и женская организации находились в зачаточном состоянии.

Руководители НДПА скрывали от советской стороны свои планы по свержению Дауда и тем более не советовались с нами по этим вопросам, так как были уверены, что в Москве негативно отнеслись бы к их намерениям.

30 апреля 1978 г. Военный революционный совет объявил декрет № 1. В нем говорилось, что он передает свои полномочия Революционному совету, который объявляется высшим органом государственной власти Афганистана, и вливается в его состав. Афганистан объявляется Демократической Республикой (ДРА). Главой государства и премьер-министром назначается Н. М. Тараки, его заместителем в партии и государстве — Б. Кармаль, X. Амин — первым заместителем премьера и министром иностранных дел.

Первыми указами Ревсовета ДРА были сформированы правительство и судебные органы, назначены новые губернаторы провинций, командиры корпусов и дивизий.

Сообщение о вооруженном восстании 27 апреля 1978 года в Кабуле было встречено в частях афганской армии в основном позитивно. Военные организации «Хальк» и «Парчам» в дивизиях, расположенных в провинциях, сумели изолировать старших офицеров — сторонников М. Дауда и не допустить переброски верных ему подразделений в столицу. В частях проводились многочисленные митинги в поддержку революции, военнослужащие принимали участие в очищении госаппарата от наиболее реакционных чиновников, входили в специальные группы муниципальных властей, контролировавшие справедливость цен на базарах. Некоторые офицеры были назначены на посты губернаторов и начальников уездов. В сформированное после революции правительство вошло трое кадровых военных (М. А. Ватанджар — зам. премьера и министр связи, А. Кадыр — министр обороны, М. Рафи — министр общественных работ), а в Революционный совет — пять.

9 мая 1978 года была оглашена Программа «Основные направления революционных задач», которая предусматривала: проведение коренных социально-экономических преобразований, уничтожение феодальных и дофеодальных отношений; ликвидацию всех видов угнетения и эксплуатации; демократизацию общественной жизни; уничтожение национального гнета и дискриминации; провозглашение равноправия женщин; укрепление государственного сектора в экономике страны; повышение жизненного уровня населения; ликвидацию неграмотности и безработицы; контроль над ценами; устранение влияния империализма и неоколониализма в экономике, политике, культуре и идеологии.

В области внешней политики провозглашались: проведение миролюбивой политики неприсоединения, позитивного нейтралитета, борьба за всеобщее разоружение, поддержка национально-освободительных движений, укрепление дружбы, добрососедства и сотрудничества со всеми соседними с Афганистаном странами.

При этом приоритет отдавался укреплению традиционно дружественных связей с Советским Союзом, к которому у афганского народа было самое благожелательное отношение как к великому северному соседу.

По своему характеру, целям и задачам это была скорее национально-демократическая революция, а возможно, только преддверие к ней. Но афганские революционеры, руководствуясь лучшими побуждениями, повели дело по неосуществимому максималистскому курсу. В феодальном обществе с глубокими пережитками родоплеменных устоев и господством мусульманской религии во всех сферах они выдвинули задачу радикальных социалистических преобразований, для которых не имелось никаких объективных условий (ни социальной, ни экономической базы, ни поддержки народа). К тому же провозгласили монопольное право НДПА на руководство этими преобразованиями. Однако партия не могла выполнить роль авангарда масс, поскольку была слабой в идейном и организационном отношениях. Она не опиралась на какой-то определенный класс, являлась городской, мелкобуржуазной и интеллигентской по составу своих членов. Ее расшатывали изнутри фракционные, национальные и клановые противоречия.