Страница 71 из 78
— Я в порядке, просто оставьте меня в покое, — твердила Кэти, все еще продолжая плакать, несмотря на то, что все старались ее успокоить.
— Кэти?
Она подняла взгляд и увидела меня.
— Лотти, можешь отвезти меня домой? Я не хочу всего этого. Мы расстались, все кончено, я ничего больше не хочу.
Я взяла ее за руку.
— Кэти, сейчас ты должна быть сильной. Знаю, это трудно, ты хочешь, чтобы все закончилось, но так не получится. Зак ударил тебя и, если ты ничего не сделаешь, он может причинить боль еще кому-то. Это нужно прекратить прямо сейчас.
Она снова скривилась и замолчала на какое-то время. Медсестра в костюме с чупа-чупсами дала мне несколько салфеток, и я сунула одну Кэти.
— Мы хотим удостовериться, что у нее нет других повреждений, — сказала медсестра. — Кто-нибудь сообщил ее родителям?
— Да, думаю, они уже едут. Они живут в двух часах езды отсюда, — ответила я.
— Хорошо, тогда вы лучше подождите снаружи, а я позже выйду и сообщу, если будут какие-то новости, — ее улыбка была теплой и принесла мне облегчение. Это стоит включить в список профессиональных навыков медсестер.
Мы с Одри пообещали Кэти, что вернемся, и оставили ее в надежных руках.
Парни все повскакивали с мест, когда мы вышли.
— Они еще с ней работают, — сообщила я. — Она не очень-то поддается, но думаю, у них получится ее разговорить. Нам сказали сидеть и ждать. Когда приедут ее родители? — последний вопрос я адресовала лично Зану.
— Скоро. Они планируют приехать как можно скорее, но все же это займет какое-то время.
Нам ничего не оставалось делать, кроме как сидеть или бродить возле палаты, поэтому Уилл и Одри пошли за кофе для всех нас. Я вспомнила, как сидела так в последний раз, ожидая новостей о состоянии Лекси, и тут же отмахнулась от плохих воспоминаний. У Кэти все будет хорошо.
— Я говорил ей не встречаться с ним, — сказал Страйкер, покачав головой. — Она пообещала, что просто порвет с ним окончательно и все.
— Ты не мог знать. Никто не знает, на что он способен, — сказала я. — Ты не должен винить себя, потому что сойдешь с ума. Поверь мне, я знаю.
Страйкер продолжал нервно барабанить по собственным коленям. Я села, пытаясь не заплакать, а Зан устроился рядом, держа меня за руку и уставившись в пространство перед собой.
— Это должно прекратиться, — тихо сказал Зан.
— Знаю, — произнесла я.
— На прошлой неделе он появился у моих дверей, а я сказал, что вычеркиваю его из своей жизни. Мне так надоело это дерьмо, я просто хотел, чтобы он убрался. Надо было рассказать об этом тебе, — он покачал головой.
Я сжала его руку, чтобы он меня услышал.
— Это не имеет никакого отношения к тебе. Он бы все равно это сделал, не взирая ни на что, да ты и сам знаешь. И если бы он не сделал это с ней, то сделал бы с кем-то другим. Он как бомба, никто не может знать, когда она взорвется.
Все почему-то спешат обвинить себя. Возможно, это часть человеческой сущности. Винить себя, потому что слишком страшно знать, что нет больше другого человека, на которого можно было бы переложить вину. Как я уже говорила Зану, люди боятся потерять контроль. Вот откуда это чувство вины.
Вернулись Уилл и Одри с кофе для всех нас, и мы продолжили игру в ожидание. Когда Уилл почти проделал дыру в полу своими бесконечными хождениями, появился Саймон.
— Привет, я приехал, как только смог. Как она? — спросил он.
— Пока ждем. Думаю, ей уже сделали перевязку, но там еще находится офицер, и я надеюсь, что он убедит ее выдвинуть обвинения, — сообщила я.
— Это хорошо, — он осмотрелся вокруг. — Вау, такое впечатление, что вы на похоронах.
— Саймон, — предостерегающе сказала я.
— А что? Вы сойдете с ума, если будете так сидеть. Ладно, есть идея. Сыграем в игру.
— Что? — переспросил Страйкер.
— Это чтобы занять время, мы поиграем, и оно пройдет быстрее.
Я знала точно, что он делает, и почти собралась помочь объяснить правила игры, когда у меня вдруг зазвонил телефон.
— Это Триш. Я сейчас вернусь, — я пошла в конец коридора, оставив Саймона объяснять правила игры.
— Привет, я позвонила сразу, как Мисс Стервозность дала мне это сделать. Как она?
Я прислонилась к стене, глядя в окно на автомобильную парковку.Я рассказала все, что знаю, и сообщила, что мы сами еще ждем новостей.
— Буду у вас, как только смогу. Кто еще там есть?
— Все. В данный момент Саймон пытается чем-то их занять.
— Не могу поверить, что это произошло с ней.
— А я могу, — я услышала чей-то голос на заднем фоне.
— Да уж. Вот черт. Меня засекло дьявольское око. Прошу, напиши, если будут новости.
— Обязательно.
Когда я вернулась, Саймон уже каким-то образом смог втянуть всех в игру «Пикник».
— Я несу абрикосы, пчел, кокосы, пончики, слонов, сливочную помадку, гремлинов и хотдоги, — сказал Страйкер, передавая ход Уиллу.
Я присоединилась, и мы играли, пока Уилл не ошибся, после чего начали сначала. А потом еще раз. И еще.
Зан
К тому времени, как медсестра вышла сообщить нам новости, мы дошли до такой степени напряжения, что мне казалось, кто-нибудь сейчас взорвется.
Мне самому хотелось взорваться. На самом деле, единственное, что меня сдерживало, была рука Шарлотты в моей руке. Она напоминала мне о здравом смысле.
В моей голове пронеслись воспоминания обо всем, что я сделал для Зака, все те случаи, когда я его выручал. Я делал это, потому что он был моим братом, потому что так и поступают братья.
Зак Паркер больше не брат мне, по крайней мере, не эта его сущность. Я обрел новую семью.
Шарлотта, Страйкер, мисс Кэрол, даже Уилл, Одри, Триш, Саймон и Кэти. Группа людей, которые собрались вместе, чтобы заботиться друг о друге.
Шарлотта периодически сжимала мою руку, чтобы удостовериться в том, что я не исчезну.
— Я в порядке, — прошептал я. Это была неправда, но я старался держать себя в руках.
Шум в конце коридора заставил нас всех поднять глаза. Я узнал в новоприбывших Глена и Реджину, так как они с обезумевшим видом ворвались в палату Кэти.
Спустя несколько минут вышла медсестра.
— Как она? — спросила Шарлотта, поднимаясь с места; мою руку она не отпустила.
— Ей, конечно, здорово досталось, но внутренних повреждений нет. Сейчас с ней родители, поэтому, думаю, она в надежных руках. Мы подержим ее еще немного, а потом отправим домой.
— А как насчет него? — спросил Страйкер.
— Полиция взяла у нее показания, и она будет выдвигать обвинения.
Все с облегчением выдохнули.
— Ей повезло, что у нее есть такие друзья, — с улыбкой сказала медсестра, прежде чем вернуться в палату Кэти. Через минуту вышел Глен.
— Здравствуйте, мистер Холлман, сказала Шарлотта. — Мне очень жаль, что все так вышло.
— Это не твоя вина, Лотти, — ответил он с напряженным от волнения лицом. Она отпустила мою руку и обменялась с ним рукопожатием. Он скривился, с трудом сохраняя самоконтроль. — Я так переживал, когда она переехала сюда, но даже не думал, что может произойти такое.
— Вы не могли знать, — сказала Шарлотта. — И ничем не смогли бы помочь. В этом нет вашей вины.
Находиться в больнице, в центре нового кризиса, который воскресил так много воспоминаний об аварии, было выше моих сил.
Шарлотта с Гленом еще немного поговорили, потом он велел нам возвращаться домой, пообещав держать в курсе событий.
— Я только хочу сказать ей, что мы уходим, — сказала Шарлотта, когда Реджина затащила Глена обратно в палату.
Я смирно ждал, пока Шарлотта общалась с Кэти; остальные задавались вопросом, что делать дальше.
— Если бы мы только могли чем-то помочь, — сказала Одри, зевая. Она склонила голову на плечо Уилла.
— Мы ничем не можем помочь, — ответил он, осторожно обнимая ее. — Хотя, если бы я поддерживал линчевание16, то предложил бы вам отправиться на его поиски, но, кажется, это не очень хорошая идея.