Страница 84 из 228
В советском уголовном праве термин «Браконьерство» не применяется, а наказание за
Браконьерство установлено статьями УК о незаконной охоте и незаконном занятии рыбным
и другими водными промыслами.
Самое интересное, что генералиссимус Сталин, глава государства, правящей партии и
Верховный главнокомандующий, который в общем-то должен был быть примером для своих
подданных, самым варварским образом нарушал законодательство об охоте, причем не только
его, но и статьи Уголовного кодекса, говорящие о незаконном обороте взрывчатых веществ.
Чтобы не быть голословным, обращусь к воспоминаниям Алексея Рыбина, который, не
всегда, правда, основательно, утверждал, что ему много раз приходилось отдыхать с «вождем
народов». И он, скорее всего со слов коллег, простодушно рассказывает о необычной «рыбалке»
Иосифа Виссарионовича, даже не задумываясь о том, что все описываемое им (совершалось
ведь в составе группы и по предварительному сговору) для обычных людей должно было
кончиться тюремным сроком:
Во время отдыха Сталин любил порыбачить на Черной речке. Текла она с перекатами,
порой совсем по мели. Воду имела чистую, холодную и отличную на вкус. Там, где было широко
и глубоко, водились осетры. Общее руководство Сталин сразу брал на себя. Следуя по берегу,
обнаруживал в ямах рыбу и показывал, пуда бросать толовую шашку (тут и далее выделено
мной. — Авт. ). После броска мы быстро уводили Сталина от реки. Ведь с шашкой шутки
плохи. Мгновенно всплескивал фонтан воды, раздавался взрыв. В штатском, он иногда забавно
бегал по берегу рысцой, как все мы, грешные, азартно вдохновляя нас на рыбацкие подвиги.
Глядя на него в такие моменты, трудно было поверить, что это — генералиссимус!
После взрыва, смотрим, всплывали два-три осетра. Елизаров на резиновой лодке тут же
шустро подплывал и укладывал добычу в корзину. А Кашеваров на перекате перекрывал
горловину реки сеткой и вылавливал мелюзгу (тоже преступление, между прочим. — Авт. ).
Больше трех-четырех осетров Сталин брать не разрешал — на сегодня нам хватит. Повар
Суздаловский уже готовил на берегу походный стол, разводил костер и подвешивал на тагане
котел. Когда все поспевало, Сталин каждого из нас оделял стопкой вина. Мы, конечно, дружно
голосили:
— За ваше здоровье, товарищ Сталин!
— Пейте не за мое, а за здоровье Елизарова, который наловил рыбы, — поправлял нас
вождь.
А начиналось все в конце двадцатых годов. Светлана Аллилуева вспоминает об этих
противозаконных (охота в темное время суток и с применением транспортных средств
относится к браконьерству) забавах Сталина:
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
153
При маме жизнь выглядела нормально и скромно. На юге, в те давние годы, всегда
кто-либо отдыхал вместе с родителями: А. С. Енукидзе (мамин крестный и большой друг
нашего дома), А. И. Микоян, К. Е. Ворошилов, В. М. Молотов, все с женами и детьми. У меня
сохранились фотографии веселых лесных пикников, куда отправлялись все вместе, на
машине, — все это было просто, весело. В качестве развлечения отец иногда палил из
двустволки в коршуна или ночью по зайцам, попадающим в свет автомобильных фар.
Уже цитировавшийся нами выше Алексей Рыбин тоже вспоминает начало тридцатых
годов и сталинские «охоты»:
Иногда после напряженной работы Сталину хотелось поохотиться на зайцев, которых
ослепляли светом фар. Настигнув добычу, он азартно кричал:
— Стреляй!
Власик палил из ружья, но часто на ходу машины мазал, и заяц — в кусты. Сталин в
таких случаях смеялся:
— Хитрый косой, прямо с мушки сорвался…
С возрастом, а возможно, и с повышением уровня сознательности, «отец и учитель»
прекратил заниматься глушением рыбы и стрельбой по зайцам. Написав это, я сразу вспомнил
редактировавшийся Сталиным «Краткий курс истории ВКП(б)». Там есть замечательная фраза,
которой можно закончить и эту главу: «Советский народ одобрил разгром
троцкистско-зиновьевских извергов и перешел к очередным делам»…
Глава 12. Западные бренды
В далеком детстве (оно пришлось на конец пятидесятых — начало шестидесятых годов)
до меня дошли отголоски общесоюзной кампании против «низкопоклонства перед Западом».
Тогда, благодаря широкой международной активности Никиты Сергеевича Хрущева, мы уже
дружили со многими зарубежными странами, а иногда даже с Соединенными Штатами. Но
общее отношение к зарубежным названиям, или, как принято сейчас говорить, брендам, было
негативным. Да и товаров производства капиталистических стран было у нас не так много.
Конечно, в Москве можно было увидеть новые иностранные автомобили, но, за небольшим
исключением, это были машины дипломатических работников. Старые, трофейные, еще
разъезжали по Москве. Я помню гордые названия: «Опель Адмирал», «Опель Кадет» и другие.
Но в других городах иномарку можно было встретить крайне редко.
Швейцарские часы, которые иногда встречались у бывших военных, тоже были еще
трофейными, зачастую просто снятыми с убитых немецких солдат и офицеров, причем по
большей части это были часы не наручные, а еще карманные. Телефонные аппараты,
радиоприемники, бытовая техника — все это было отечественное. У моего дедушки были две
вещи зарубежного производства: опасная бритва фирмы «Золинген», которую он в свое время
привез с войны, и двуствольное бельгийское ружье. В общем, в жизни обычного советского
гражданина западных брендов было немного. Удивляет то, что они вообще сохранились — со
второй половины сороковых в СССР шла активная борьба за приоритет советской науки и
вообще всего отечественного. И выставлять напоказ что-то иностранное, особенно
производства капиталистических стран, было чревато серьезными последствиями.
Импортные вещи, правда, продавались, но только в спецраспределителях и комиссионных
магазинах. Последние были в нашей стране на особом положении: там можно было при
желании и связях найти что угодно. Но стоило это баснословных денег…
Работая над книгой о жизни Сталина, я знакомился с теми вещами, которыми «вождь
народов» окружал себя во время нахождения у власти. Изучал его мебель, бытовую технику,
средства связи, предметы обихода, автопарк. Во время посещений Ближней и Дальней дач
вождя внимательно осматривал шильдики на технике и надписи на различных предметах
обихода. И обнаружил множество занятных вещей. Как выяснилось, генералиссимус, как и во
многих других сферах жизни, отнюдь не являлся примером для большинства своих подданных.
Он охотно пользовался импортными аксессуарами от бритв до транспортных средств. Многие
из этих предметов дошли до наших времен.
Начнем с утренних гигиенических процедур. Хотя я пишу слово «утренних» с
Сборник: «Сталин. Большая книга о нем»
154
определенной оговоркой — Сталин не был «ранней пташкой» и просыпался обычно после 12
часов дня.
К сожалению, ни на даче в Волынском, ни в другой резиденции вождя в Семеновском мне
не удалось точно выяснить марку сантехники в ванной. Фотографии ее мы показываем
читателю, вдруг кто-то припомнит аналогичную модель. Что касается меня, я видел сталинские
унитазы (у них специальная система смыва, которая образует своего рода воронку, полностью
втягивающую в канализацию воду и все остальное, а потом снова наполняющая жидкостный