Страница 1 из 6
Эл Ибнейзер
У истоков истории
Исследовательский корабль «Гориян» опускался в густые леса, занимавшие значительную часть самого крупного материка исследуемой планеты. Командир Кош'э внимательно изучал поверхность, перед тем как принять решение о точке приземления, и теперь они точно знали, что выбрали правильно. Именно здесь, среди могучих лесов на континентальной плите прятался один из энергетических центров планеты. Сейчас его действие было не так заметно, имелись другие мощные скопления сил, но расчеты показывали: когда придет время, когда разумная жизнь встанет на грани самоуничтожения, именно этот узел будет определять жизнеспособность местной биосферы и позволит ей выжить. Выжить, оставив на себе его вечный и несмываемый отпечаток. А значит, когда туземцы, выйдя в космос, войдут в соприкосновение с культурой Теи, а возможно, и не только с ее культурой, а и с ее космическими силами… Об этом не хотелось думать. Будем надеяться, что этот отпечаток приведет их в космос склонными к любви, дружбе и сотрудничеству, а не вражде и зависти. Ибо тогда… В конце концов, они затем и исследуют это место, чтобы иметь возможность вовремя исправить все, если естественное положение дел окажется опасным. Есть тысячи способов исправить влияние довлеющего поля, вот только слишком уж много энергии они требуют. Нет уж, лучше молить Небо, чтоб матрица оказалась благоприятной… Кош'э задумчиво вынул сигарету, поджег ее взглядом, и продолжил свои размышления.
В рубку вошла Иагге, полетевшая с мужем в качестве экзопсихолога и экзомедика экспедиции. Предстоявшие контакты с аборигенами требовали присутствия специалиста, а когда покидаешь родную планету надолго, лучше уж быть вместе. Ее чудесные волосы ниспадали дивной волной ниже пояса и будто манили к себе. Впрочем, почему «будто» — только дети не знали о магических свойствах женских волос, особенно длинных. Если бы это была не его жена, Кош'э никогда не решился бы заглядеться на нее — неосторожного женщина с такими волосами и такими способностями может притянуть к себе, подчинить, привязать, сделать почти что рабом. Но Иагге была его жена, а значит все позволено, ибо как он не может ее оставить, так и она не может без него. Зря она их обесцветила, мода модой, но все-таки белый цвет на голове — цвет старости. А им еще очень далеко до старости. Да и вообще, любовь на Тее — вещь серьезная, может быть самая серьезная. Даже рождение рано или поздно кончается смертью, а любовь далеко не всегда. Ходили целые легенды о том, как вновь воплотившись в земной жизни, бывшие супруги находили друг друга сквозь время и расстояние.
Точным местом посадки была выбрана скалистая местность, способная выдержать вес корабля и не поднести сюрпризов при посадке, типа невесть откуда взявшегося болота или ямы под кронами деревьев. Конечно, это означало и некоторые проблемы. Так, на многие лиги вокруг не было никаких человеческих жилищ. Однако в любом случае основной целью экспедиции было изучение полей, а для контактов с туземцами можно было обойтись и разведботом.
Корабль прочно встал на небольшом поле между двух небольших, разрушенных ветром, водой и кустами скал, и сразу началась работа по разворачиванию лагеря. Пока все шло по графику. За полдня исследователи уже успели неплохо устроиться, а главное, разместить все необходимые стационарные приборы. Так что теперь работа по инструментальной разведке шла уже вовсю.
В рубку вошел брат Иагге специалист по биополям Щурт и доложил:
— По предварительным данным все почти нормально. Есть только небольшая проблема — немного замедленная программа развития параспособностей. Как и у всей планеты. Здесь с этим чуть получше, но тоже слабовато. Могут вовремя не развиться.
— Тогда…
— Тогда они могут вообще никогда не выйти в космос.
— Грустно. Мы можем что-нибудь сделать?
— Ну, если как-то подсадить им чуть-чуть от поля Теи… Только как это сделаешь? Искусственно слишком сложно, если бы несколько теитян натурализовались бы здесь, наверное, проблема была бы решена. Их потомки за счет парапсихики быстро увеличивались бы в числе, и в критичный момент вытащили бы всю цивилизацию. Вот только вопрос, совместимы ли местные аборигены с теитянами. Весьма возможно, что нет…
— Хорошо, — ответил Кош'э, — время еще есть. Подумаем, в крайнем случае доложим на Тее, справимся как-нибудь. А пока продолжим по плану.
Тем временем пришла пора было устанавливать контакты с местным населением. Командир лично отбыл на разведботе в сопровождении экзопсихолога к ближайшему поселению. Предварительно все уже имевшиеся данные дали сжевать бортовому компьютеру, и тот выдал вполне утешительный прогноз. Следовало садиться не в самой деревне, что могло бы быть воспринято враждебно, но, по возможности, недалеко, чтобы произвести должное впечатление своим прибытием. Дальше шансы на успех контакта были весьма высоки.
Степчаки появились неожиданно и неотвратимо, как смерть. Никто в деревушке не успел даже как следует осознать, что произошло, и вот уже по деревне мчались конные силуэты, врывались в избы, крушили, грабили, жгли, убивали. Откуда только взялись злыдни, когда до ближайшего края степей многие версты по рекам, болотам и лесным тропам? Несколько человек с дальнего конца деревни все-таки успели выскочить на дорогу прямо в исподнем, захватив для защиты, что попало. Но что могут сделать растерянные, еще толком не проснувшиеся люди с жердью и кольем против вооруженного всадника? Один только кузнец успел схватить недавно сделанный меч и обагрить его в крови врага, а больше его коня, но тут же упал, сраженный сразу несколькими стрелами.
Юная девушка по имени Леда лежала в кустах и крепко впилась зубами в свою руку, чтоб не закричать. Она видела, как в дом ворвались степчаки, потом уже нагруженные вышли оттуда, вытолкнули двух ее сестер, а из двери повалил дым. И тут она поняла, что ни отца, ни мать, ни братьев, ни деда, никого из родных она больше никогда не увидит. Они все остались там. И ее ждала бы та же участь или участь ее сестер, если бы не пришлось ей выйти ночью до ветру. А уж когда в деревню ворвались всадники, хватило и нескольких мгновений, чтоб схорониться за тыном.
Вдруг рядом раздался довольный возглас. Леда обернулась и увидела, как чужак с ножом в руке, откинув в сторону легкий кожаный щит, бросился на нее. Однако то ли потеря и ненависть заставили ее сопротивляться, то ли отчаяние прибавило сил, но девушка из всех сил бросилась прочь, а когда тот догнал ее, лягнула чужака, куда удалось, и попыталась выхватить у него нож. Если у вражины и были планы получить удовольствие, то он их сразу же отложил, не желая терять время грабежа на строптивую девицу, за которую небось и на рынке-то не много дадут. Резким движением своего длинного ножа он вспорол ее нежное тело от живота до правой груди, и бросил подыхать на месте. Последнее, что увидела Леда сквозь кровавый туман, застилавший глаза, было вспыхнувшее свирепым неземным огнем небо и испуганные степчаки, удирающие из горящей деревни.
Первая попытка оказалась весьма неудачной. Намеченная деревня похоже только что подверглась нападению каких-то других племен. Два человека в форме космических сил Теи прошли ее всю от начала и конца и не нашли практически ничего, кроме полыхающих деревянных строений, трупов во дворах и на дороге, да брошенных в беспорядке вещей. Только в одном из дворов Иагге почувствовала что-то живое. И правда, на земле растянулась во весь рост девушка со страшной ножевой раной от пупка до плеча. Удар был такой силы, что его не остановили даже нижние ребра. Экзомедик склонилась над раненой, а командир попытался строить догадки, что же тут происходило и давно ли. По всему было похоже, что совсем недавно. Тут Иагге наконец сообщила свое просвещенное мнение относительно найденной туземки:
— Я не могу спасти ее в таком виде. Легочная ткань слишком повреждена, потребуется слишком много времени, чтобы она могла дышать сама. Кроме того, жуткие ожоги от попавших на нее сверху углей с горящих домов…