Страница 29 из 68
Говоривший немного покривил душой и сам знал это. Во-первых, «немного поучить» означало сжечь вместе с домом, а, во-вторых, неведомо откуда взявшаяся болезнь унесла несколько коров не только в их деревне, но и во многих соседних, до которых «ведьма» явно не могла добраться. Но так ли это важно для толпы, которой нужно на ком-то выместить свою злобу?
— Во-первых, где мне останавливаться — не ваше собачье дело, — слова незнакомца падали как налитые свинцом, — а во-вторых, вы сейчас развернетесь и уйдете. И больше никогда не потревожите эту женщину своими вздорными обвинениями.
Толпа возрогнула, и в ней послышались недовольные голоса. «Да, что вы стоите?» — завизжал где-то сзади противный женский голос, — «Вы мужчины или кто? Не видите что ли, он с ней заодно! Бейте его! Бейте!» Трое здоровых парней выскочили из толпы и попытались наброситься на незнакомца. Никто так и не понял что случилось. Вроде бы только что он стоял на крыльце и даже пальцем не пошевелил в направлении приближающихся парней, и вот он уже снова стоит на крыльце, отирая платком кровь с руки, чужую кровь, а парни лежат на земле, корчась от боли. Дружки пострадавших попытались броситься на выручку, но и они тут же распластались на земле. Встретив отпор, толпа заколебалась. Наконец, один из мужиков, злобно плюнул на землю, развернулся и побрел обратно по скользской тропинке прочь от дома. И тут же толпа зашумела и стала разворачиваться в том же направлении.
— Стойте, — раздался холодный властный голос, — заберите этих, — небрежный жест указал на побитых парней, некоторые из которых явно не могли убраться без посторонней помощи. Люди, получившие осмысленную цель — увести домой с этого страшного места пострадавших — тут же покорно повернулись, забрали парней, и повели их прочь под причитания женщин.
Когда крестьяне скрылись из виду, на крыльцо вышла женщина в простом крестьянском платье. Она с испугом поглядела вслед своим преследователям, и тут же повернулась к незнакомцу, обняв его и прижавшись к его плечу. Она не была красавицей, но если бы Дастина спросили, может ли быть в женщине больше женственности, он бы с уверенностью сказал, что нет. Он даже невольно облизал пересохшие вдруг губы. Все в ней, длинные темные волосы, чуть скуластое лицо, высокий лоб, большие грустные серо-зеленые глаза, буквально все казалось Дастину образцом того, что делает женщину женщиной. При этом лицо ее, казалось удивительно знакомым, даже более знакомым, чем лицо незнакомца, таким знакомым, что у Дастина защемило сердце и он проснулся.
Встряхнув тяжелой головой, Дастин поднялся, дошел до бочки с водой, склонился на ней, чтобы зачерпнуть воды и вздрогнул. Конечно, лицо было чуть более скуластым, глаза были чуть побольше и светлее, волосы не были острижены, но в полумраке, сквозь неверное отражение воды на него смотрел тот самый незнакомец из сна.
…Дастин устало вздохнул. По пути от Ирнара к мысу острова Аджерт «Бравый Реут» шел на всех парусах, отчего морская болезнь принесла жестокие мучения молодому организму менестреля. Когда же судно вошло в тихие воды Аджерского пролива, Мясник Вуди приказал сбавить скорость. К тому же ветер поутих. Спокойное лавирование в безопасном форватере пролива и легкий ветерок на море устроили для Дастина поистине райский отдых — наконец-то он мог спокойно отлежаться, не бегая от борта к борту дабы опустошить и без того пустой желудок. Но едва лицо менестреля приобрело нормальный розовый цвет, лишь только Дастин надышался свежим морским воздухом, залив закончился. Впереди был долгий изнуряющий путь к Эст-Арви.
Вуди громогласно рявкнул матросам «Полный вперед!», и «Реут» на всех парусах ринулся наперегонки с ветром, быстро набирая скорость.
— Это, дружище, не везет тебе нынче, — усмехнулся Онтеро, похлопав менестреля по плечу. Дастин наградил коротышку свирепым взглядом. — Ну уж придется потерпеть. Судно хоть и быстрое, но до Эст-Арви нам придется плыть, видимо, еще пару дней.
От таких слов Дастин тихо застонал. Тотчас крутившийся под ногами неунывающий Тич бросил ехидную шутку насчет ужасных штормов, за что получил увесистый тумак от мрачного как туча Ильмера.
Дастин почувствовал накатывающуюся дурноту и поспешил к правому борту, тяжело дыша и тихо ругаясь.
Однако через некоторое время корабль снизил скорость, а потом и вовсе остановился. Удивленный менестрель, дрожа как банный лист, подошел к Онтеро и вопросительно поднял бровь.
— Сам не пойму, — коротко ответил тот и направился к Вуди, который яростно чертыхаясь спускался с мостика. — В чем дело, капитан?
— Ублюдки. Клянусь морской волной, я терпеть не могу этих сухопутных прощелыг. Какая нелегкая их занесла в эти воды? И чего они хотят от нас, во имя золота Бурама?
— Кто они, капитан? — спросил Онтеро, подозрительно сощурив глаза. В голосе Вуди слышалось что-то… Фальшь? Он что-то скрывает или недоговаривает. — Кого занесло?
— Да эти, монахи из Ирнара, будь они трижды неладны. Да нет, не илиниты. Другие, что б я так разбирался в этих дурацких религиях. Дозорный только что увидел их корабль. Они вообще-то предпочитают сушу, но у них, как я слышал есть и корабли. Причем весьма грозные противники, клянусь акульим хрящем. Их редко можно встретить в море, а тем более здесь, недалеко от колдовских островов. Ведь они вроде не особо ладят с колдунами, эти как их там. Гильва рассмотрела их в подзорную трубу — они вывесили сигналы: предупреждают нас, чтобы мы остановились и подождали пока они не подойдут близко.
— А разве «Реут» не сможет от них оторваться? — спросил подошедший Ильмер.
Мясник смерил герцога взглядом, полным презрения.
— «Бравый Реут» — самая быстрая посудина. Никто не угонится за Вуди от Теркаса до самого Хазраджа. А уйти от этих — сущий пустяк, клянусь бородой морского царя. Да вот только орден у них больно сволочной. Не подчинюсь — потом хоть не появляйся в Ирнаре. Они ж разыщут даже морскую блоху в Великом Море, если захотят, тысяча морских дьяволов! Весь город прямо кишит этими отродьями. Нет уж, придется подчиниться — мне мая башка дорога пока что, клянусь пяткой Бурама.
Сплюнув на грязную палубу, Мясник направился на нос корабля, где, широко расставив ноги, стояла Гильва с подзорной трубой в руках.
— Плохо дело, — сквозь зубы процедил Онтеро. Нужно куда-нибудь спрятаться. Подозреваю, что эти голубчики пожаловали за нами. К тому же, — колдун понизил голос до шепота, так что Ильмеру и Дастину пришлось пригнуться. — Этот Вуди ведет нечистую игру.
— Ты хочешь сказать, что Мясник тоже в этом замешан? — удивленно прошептал Дастин.
— Пес его знает, мальчик мой. Одно ясно — капитан темнит и чего-то недоговаривает. Эх, жаль что мы не на суше. Если что, друзья мои, придется прыгать в воду и плыть до Аджерта, мы пока еще недостаточно отплыли. Думаю, сил хватит. И если нас не выловят как рыбешку, на острове у нас будет шанс скрыться. Отправимся в Дарлет, там сядем на другой корабль, который пойдет в Энктор.
— Но Онтеро! Я ведь не умею плавать! — воскликнул потрясенный Дастин.
— О, руины Доинквеста! Что за напасть мне послала судьба в лице этого одаренного придурка, — колдун театрально воздел к небесам руки. Несколько мгновений он простоял, закрыв глаза и что-то обдумывая, затем резким жестом указал на палубу.
— Тогда придется прятаться в трюме. Хотя я сомневаюсь, что там хранятся ароматные пряности. По твоей милости, Дастин, мы будем вынуждены вкушать запахи тухлой рыбы и…
— Всем наверх! — резкий окрик Гильвы прервал язвительные рассуждения лысого коротышки. — Эй вы! — эти слова относились к переговаривающейся троице. — Чего стоите? Живо ступайте сюда. На этом корабле никто не будет шушукаться, пока я здесь, клянусь башкой Нзудала. Слыхали?
— Все. Приехали, — мрачно прошипел Онтеро и неуверенно направился к носу корабля.
Корабль уже появился на горизонте и быстро увеличивался в размерах. Дастин зачарованно смотрел, как огромное судно на всех парусах летит к «Реуту». Корабль был великолепен. По сравнению с ним «Бравый Реут» казался утлым суденышком, и Дастин начал сомневаться в правдивости утверждения Вуди о том, что это самое быстрое судно Востока.