Страница 33 из 175
7 Виновница стихов моих смешных! Поэт на воздухе волшебны замки строит: Не разрушайте их…
Глава 1
Que les sottises des pères Ne se perdent pas pour leurs enfants[118]. 1 О жизни повесть начинаю. Когда, в предстарческих годах, На все дурачества минувших лет взираю, Не рифма — долг велит воскликнуть: «Ах!» Родителям моим скажу я не в укору,— Не мне судить их брачные дела,— Я выброшен на свет, мне кажется, не в пору. Увита колыбель не розами была… 2 Фортуны пасынок, не барич, сын дворянский, Я не в Аркадии — в Москве рожден, в Мещанской. Когда рожден? Не помню я. Я не люблю мой день рожденья: Напоминает он мгновенность бытия… А это скучно мне, друзья! 3 Лишен я сладких чувств к родительскому дому: Еще в младенчестве отцом Я отдан деду был седому, — Он прежде жил в кругу большом, Под старость бил хлопушкой мошек. Мой дед в отставке бригадир; Он цельных не любил окошек… Глядел из щелочки на мир; Гулял между кустов в заглохшем огороде; Под сению рябин дивился он природе; А я, при нем, чертил указкою букварь. Мой дядька — конюх был, наставник — пономарь. Под стражей бабушки и няньки Акулины, На выучку, меня учили по-латыни; Твердил я книги наизусть. 4 О детских летах я одну лишь помню грусть. В ребячестве мою стесняли слишком волю: Таков обычай был у прежних стариков; Я вырос; вырвался из дедовских оков И пожил шибко в Петрополе. Товарищей имел двух славных молодцов… 5 Но я не призывал духо́в: Мефи́стофель ко мне из ада не явился… И я душой не развратился. Ты, луч поэзии! мой добрый гений был! Ты силой творческой мой дух воспламенил. Мечты прелестные! Щастливые мгновенья! Мне внятен стал язык богов; И предо мной таинственный покров Упал с прекрасного творенья… 6 Призывный с неба глас мне слышался: Живи! Ум рвался сбросить в прах невежества оковы; Прозрели чувства; мне представился мир новый; Я жажду ощутил и славы и любви… Мне сердца не сжимал хлад опыта суровый, Я в нем, казалося, Природу всю вмещал; Я жизнью свежею дышал, Боготворил мои мечтанья… Восторг поэзии святой И роскошь вымысла и знанья Угадывал душой. 7 Я, педантической не убоясь ферули, Наморщивши дворянское чело, Ученое избрал по вкусу ремесло: Тут, с важностью взмостясь на Кантовы ходули, Всему учился я, старухам злым назло,— И Хемам. Логиям, и Истикам, и Икам, Линейкам, точкам и кавыкам… Знакомы стали мне надзвездные края, Устав и летопись Природы. 8 В весенние, доверчивые годы Огромный свиток бытия Я развернул с благоговением; Седую древность полюбил: Узнал народов жизнь, их славу, их паденье; Мир настоящий позабыл. Я жил в давнопрошедшем мире: То в Спарте, в Мемфисе, то в Риме, то в Эпире. Я с чердака вселенной управлял, Анахронически мечтал: Сидя недвижимо на сломанном диване, Студент, то Кесарь гордый в стане, Самовластитель римский был; То Мильтиад, карал я персов в Марафоне; То в Капитолии торжествовал Камил, В лавроволиственной короне; То, славой утомлен, я в неге отдыхал, Лелеясь роскошью любезного народа, Афинским воздухом дышал… 9 Где ж Греция? Где Рим? Прекрасная Природа? Где мой высокий идеал? Где Капитолия? Где общество гигантов? Я с неба Аттики на русский снег упал… Меж фрейлин отставных и отставных сержантов, Смешной, классический чудак, Я жил по-книжному и делал всё не так… 10 Какая ж польза от ученья? Для просвещенья Убил я года три; Я многое узнал a priori, А тайны опыта и успевать уменья Из книг не вычитал, дурак. Дурацкий кстати мне колпак. вернуться118
Пусть дурачества отцов не пропадают для детей (франц.). — Ред.