Страница 166 из 175
261. НЛ, 1823, кн. 6, № 42, с. 45, под загл.: «К А**», с пометой: «Тифлис» и цензурной купюрой ст. 23–27; Сб. 1824, с пропуском (очевидно, при наборе) ст. 13. Печ. по СиП, с. 32, с восстановлением ст. 26–27 по Сб. 1824. Адресовано Николаю Тимофеевичу Аксакову (ок. 1797–1882), брату С. Т. Аксакова, в 1820 г. — поручику Измайловского полка, с которым Ш. был знаком с детства. В Тифлисе Ш. пробыл с конца декабря 1818 по декабрь 1821 г. (Шадури, с. 85, 107). Кур — Кура, река, на которой расположен Тифлис (Тбилиси). Джейран — «дикая коза, чрезвычайно легкая» (примеч. Ш. к «Дагестанской узнице» — Сб. 1824, с. 29). Гиланская роза — из Гилани, провинции северного Ирана. Гает — видимо, древняя Капета, порт на Тирренском море, где был храм бога Нептуна. Гурии — в магометанской мифологии райские девы, услаждающие праведников в загробной жизни. Пери — в древнеиранской мифологии небесные гении, представляющие доброе начало (в отличие от дивов). Сади — Саади, Муслихиддин (1184–1291) — персидский поэт.
262. Сб. 1824, с. 33. Вошло в СиП, ч. 1, с. 58 с заменой имени «Рогдай» на «Сурхан». Печ. по Сб. 1824. Симун — самум, песчаный ураган.
263. Сб. 1824, с. 58; СиП, ч. 1, с. 60, под загл.: «К Метеллию (Отрывок)» и с цензурным (или редакционным) изъятием ст. 40–55. Печ. по Сб. 1824. Античный колорит стихотворения условен; это типичная для декабристской литературы аллюзионная сатира. Отмечено в рецензии СПч., 1825, № 1 как «образцовое… по слогу», отличающееся «необыкновенными мыслями и возвышенными чувствованиями» и рисующее картину, «достойную кисти Персия, Горация, Ювенала». Наследья скромного сокроюсь в угол тесный и т. д. — парафраза начальных строк II эпода Горация («Beatus ille…»).
264. НЛ, 1826, кн. 16, апрель, с. 62, под загл.: «Утешителю-другу». Предполагалась вторичная публикация в НА (под загл.: «Другу-утешителю»), но цензурный комитет потребовал смягчения девяти последних строк (заседание 25 октября 1826 г., ЦГИА), и перепечатка не осуществилась; Опыты, с. 32, под загл.: «Другу-утешителю». Печ. по СиП, ч. 1, с. 50 (по-видимому, обозначено в списке как «Тоска», однако издатели сохранили заглавие Опытов). Адресат не установлен.
265. НЛ, 1826, кн. 16, апрель, с. 107, под загл.: «Щербинскому». В СиП, ч. 1, с. 34 небольшая правка редакционного характера в ст. 4. Печ. по Опыты, с. 11. Щербинский — знакомый Ш., поручик, адъютант 2-й бригады Бугской уланской дивизии; Ш. часто общался с ним в Херсоне, где была его корпусная квартира. Письмо Щербинского от 6 марта 1825 г. было обнаружено в бумагах Ш. при аресте, и он вынужден был давать показания о личности Щербинского (Шадури, с. 353).
266. НА на 1827, с. 79. Вошло в Опыты и СиП. Ш. приехал на Украину в начале 1822 г. и находился здесь до октября 1827 г. (Шадури, с. 107). И первую души моей любовь. Ш. говорит о своей жене (по-видимому, с 1824 г.) Текле (Екатерине) Шишковой, ур. Твердовской (ум. 1834).
267. НА на 1827, с. 160. Печ. по Опыты, с. 47. В СиП не вошло. И я опять в стране отцов. Ш. был привезен в Петербург под арестом в начале 1826 г., освобожден 16 января и некоторое время пробыл в Петербурге; менее вероятно, что речь идет о поездке Ш. в Петербург в конце октября — ноябре (до 24) 1825 г. (Шадури, с. 110–112; дневник К. С. Сербиновича (ЦГАЛИ), записи 23 октября и 24 ноября).
268. «Ученые записки Саратовского университета», 1948, т. 20, вып. филологии., с. 107, по списку, приложенному к письму от 17 июня 1827 г. начальника Московского жандармского управления генерала А. А. Волкова А. X. Бенкендорфу (ЦГИАМ). Печ. с исправлением по автографу ст. 2 и конъектурой по смыслу в ст. 17–18 (эпитеты «боготворимый, величавый» относятся к «свободе», а не к «барду»). Автограф — в следственном деле Ш. (ЦГВИА); текст здесь подвергнут автоцензуре: в ст. 11 вместо «власти роковой» — «грусти роковой»; вместо ст. 16–31 следует:
Стихотворение было доставлено Волкову осведомителем Золотовым; посылая его Бенкендорфу, Волков указывал, что оно сочинено «недавно»; Бенкендорф представлял его Николаю I. О последовавших событиях см. биограф, справку. С А. Г. Ротчевым (см. с. 429) Ш. познакомился в Москве и поддерживал переписку; из опасения, что Ротчев передаст для опубликования стихотворные вставки в письмах, Ш. просил Ротчева уничтожать их. Послание, по показаниям Ш., было написано как ответ на письмо Ротчева с жалобами «на невольную грусть, которая с некоторого времени овладела» им (ср. вариант автографа). В ответном письме от 15 августа 1827 г. Ротчев писал: «Ей-богу, стихи чудо! Но я не разорвал их, а отдал Елене (Е. П. Гагариной, см. с. 430), она, как женщина, сохранит их лучше» (Шадури, с. 350). Заря свободы золотой. Эта формула, построенная на типичных для декабристской поэзии «словах-сигналах» (см. вступит. статью), дословно повторяется и в стих. В. Я. Зубова «Мысль о свободе» (1826). В. Зубов, портупей-юнкер Иркутского гусарского полка, был близким приятелем брата Ш. Владимира; за сочинение и «распространение антиправительственных стихов» («Мысль о свободе», «Послание к другу», 1826) был вместе с В. Шишковым арестован и заключен в дом для умалишенных; затем служил в Грузии рядовым. Стихи Зубова были, несомненно, известны и А. Шишкову и Ротчеву; повторение формулы поэтому производит впечатление прямой переклички. Некоторые фразеологические совпадения есть и между стих. Ш. и «Посланием к другу» Зубова. См.: «Вольная русская поэзия второй половины XVIII — первой половины XIX века», «Б-ка поэта» (Б. с.), Л., 1970, с. 504 (тексты стихов Зубова); Шадури, с. 118. О, пой, мой бард и т. д. Генерал Волков обращал особое внимание Бенкендорфа на эти стихи, видя в них намек на «какие-либо замыслы» противоправительственного характера. Рабов воздвигнуть ото сна и т. д. К этим стихам Волков сделал примечание; «Ротчев пишет иногда анакреонтические стихи, то есть любовные; посему Шишков и не советует ему нежить слух читателей подобными сочинениями, но для удобнейшего возбуждения к свободе, согласовать звуки свои с звуками трубы Тиртея, древнего певца республиканцев» (Шадури, с. 345). Тиртей (VII в. до н. э.) — спартанский поэт, поднявший военное мужество спартанцев во II мессенской войне.
269. Опыты, с. 12. Вошло в СиП, ч. 1, с. 35, с незначительной редакционной правкой. Адресат не установлен. Сократ в последнюю минуту и т. д. См. примеч. 203.
270. Опыты, с. 38. Вошло в СиП, ч. 1, с. 54 с небольшой редакционной правкой. Примечание, по-видимому, имеет целью завуалировать политическое звучание стихотворения, написанного в ближайшие годы после разгрома восстания 14 декабря и суда над декабристами. О «старинных испанских романах», где нередки описания и вставные романсы, оплакивающие смерть героев и поражение войска, Ш. мог знать хотя бы из известной книги Ж. Сисмонди «История литературы полуденной Европы», где (в т. 3) есть некоторые из таких романсов и в подлинниках и переводах. Стилистически Ш. следует, однако, не им, а оссианической традиции.
271. Опыты, с. 45. Вошло в СиП, ч. 1, с. 52 с существенным разночтением («покорность» вместо «готовность»).
272. СЦ на 1830, с. 39 (ст. 1–126). Печ. по СиП, ч. 1, с. 8. Благожелательный отклик на «Эльфу» появился в МВ (1830, № 3, с. 305). Эльфа — дух в виде маленькой, еле заметной глазу женщины; образ взят Ш. из немецкой романтической литературы (ср. также его перевод сказки-новеллы Л. Тика «Эльфы»).
273. МВ, 1830, № 8, с. 314. В СиП не вошло.
274. Тел., 1831, № 4, с. 485, под загл.: «Последняя песнь». Печ. по СиП, ч. 1, с. 41. Наставником наемник мне служил и т. д. А. И. Казначеев вспоминал в письме к С. Т. Аксакову от 23 марта 1853 г.: «У племянников гувернером точно был француз, по настоянию Дарьи Алексеевны, почитавшей франц<узский> язык необходимостию и страдавшей в большом свете от незнания его порядочно. … Имя француза не помню. Знаю только, что он подделывался к дяде хвалением русского языка и России» (ПД). Эти сведения были повторены и Аксаковым в «Воспоминаниях об А. С. Шишкове»: С. Т. Аксаков, Собр. соч. в 4-х томах, т. 2, М., 1955, с. 279. И вот теперь я, старец поседелый и т. д. О своей тяжелой болезни и преждевременной старости Ш. писал в письмах 1828–1831 гг. А. С. Шишкову.