Страница 117 из 125
204. Печ. впервые, по авторизованному списку из архива Ф. А. Кони (ПД; там же — второй список). Датируется, как и № 205, по месту списка среди рукописей стихотворений Кони конца 1830-х — первой половины 1840-х годов.
205. Печ. впервые, по списку из архива Ф. А. Кони (ПД); там же — второй список, без загл., с разночтениями, расположенный после стих. «М. А. Крюковой» («Оболочку ледяную…»), на одном с ним листе; к Крюковой, вероятно, обращено и публикуемое стихотворение, Датировка — см. примеч. 204. Кавалергард — военнослужащий из 1-го полка гвардейской кавалерийской дивизии, укомплектованного офицерами из знати и крупных помещиков; отбирали туда стройных, высокого роста юношей.
206. Печ. впервые, по списку из тетради «Былое Ф. К<они>» (ПД). Датируется временем полемики между Кони и Ф. В. Булгариным, начатой в 1840 г. (см. примеч. 199).
207. Лютня II. Потаенная литература XIX столетия, 2-е изд., Лейпциг, 1874, с. 21, без подписи, даты и с разночтениями. Печ. по ИВ, 1890, № 5, с 317, где опубликовано в тексте записок В. Р. Зотова «Из воспоминаний» впервые в России по неизвестному ныне автографу, переданному Зотову автором в 1848 или 1849 г. для помещения в ЛГ; однако, по цензурным условиям, стихотворение тогда не было напечатано. Два черновых автографа, с разночтениями, — ПД. Там же — три списка; два из них — цензурованные (ряд строф цензорами зачеркнут): один — под загл. «Благородный человек наизнанку», с пометой «От Сандуновой» (жены Ф. А. Кони) (ц. р. — 12 марта 1869 г., Вильна), другой — под загл. «Биография благородного человека, рассказанная им самим в назидание позднейшего потомства. Сочинение Ф. Кони. Писано в 1848 г.» (ц. р. — 27 января 1872 г., СПб.). Приводим здесь строфы из обоих цензурных списков, не вошедшие в печатаемый вариант.
Первый список После строфы 10: С таким смиреньем от природы Я в колею свою попал. Богач убавил мне расходы, А генерал местечко дал. Я начал править строго, <честно,> Для нищих взятки все пресек. А сам я вел дела, известно, Как благородный человек. После строфы 17: Теперь, узнав мою карьеру, Наверно всякий патриот В мечты пустые бросит веру И по стопам моим пойдет. С моей системой непременно — Что б ни предсказывал Задек — Он будет гражданин почтенный, Как благородный человек. Второй список (строфы, зачеркнутые цензором) После строфы 13: Не презирал я также моду, За духом общества сновал, Для барынь знатных я в угоду Молился богу, танцевал; Обедал в доме, пел с дьячками, А бал — пускался в алагрек, Не брезгал мелкими статьями, Как благородный человек. После строфы 15: Меня за это всюду чтили; В клуб а́нглийский я пожелал — На вороных не прокатили, И в год директором я стал. Со мной играло генеральство, Я был отважен, как абрек. Лишь не обыгрывал начальство, Как благородный человек. После строфы 16: Так прослужил я безупрёчно Полвека родине моей, В награду службы беспорочной Мне учредили юбилей. Среди стихов и пышной прозы Мне поднесли златой ковчег… Я принял дар — и пролил слезы, Как благородный человек. Вариант. После строфы 10: За эту кротость и смиренье Нас бог щедротами взыскал: Мой грек жене купил именье, Мне — место важное достал. И я достойным оказался: Я взятки тотчас же пресек, А сам — ни разу не попался, Как благородный человек. Вариант. Строфа 4, ст. 5–8: Я рос, как барин, праздно, вольно; Чинил на девичьи набег Да мальчиков стегал пребольно, Как благородный человек.Столбовой — потомственный дворянин. Козырял — здесь: играл в карты. Брашна — кушанья. Линейка — многоместный экипаж. Ломбард — в XIX в. кредитное учреждение, принимавшее на сохранение деньги с выплатой процентов; казенная ссудная касса. Достиг до степеней известных — перифраз слов Чацкого о Молчалине из «Горя от ума»: «…он дойдет до степеней известных…» (д. 1, явл. 7).
208. ИВ, 1890, № 5, с. 315, в тексте записок В. Р. Зотова «Из воспоминаний». Пародия на куплеты И. Смирновского, посвященные Излеру и опубликованные в ЛГ (1848, 30 сентября). Предприниматель И. И. Излер организовал в Петербурге «Заведение (воксал) искусственных минеральных вод» — сад, где устраивались всевозможные развлечения для состоятельных горожан и где продавались различные безалкогольные напитки. Был там, однако, и ресторан, торговавший и более крепкими напитками (намек на это содержится в № 210). Деятельность «Заведения» особенно оживилась летом 1848 г., во время вспышки в Петербурге эпидемии холеры. Сердобольный делец, заботившийся прежде всего якобы об отвлечении петербуржцев от мыслей о «страшной гостье», ежедневно устраивал грандиозные балы, фейерверки и концерты с участием оркестров, эстрадных артистов и цыганского хора. Излер пожертвовал денежные суммы «в пользу призрения сирот» и для участия в своих концертах собрал со всего города уличных музыкантов и шарманщиков. Фельетонист ЛГ П. Смирновский в своих «Петербургских письмах» нередко рекламировал различные товары и увеселения, в особенности — из номера в номер — расхваливал «Заведение» Излера. Апофеозом явились его куплеты, «петые 5 сентября 1848 г. дирижером хора московских цыган» на концерте, данном в честь Излера в благодарность за его «человеколюбие», а затем напечатанные в ЛГ. В. Р. Зотов, в то время редактор газеты, раскаивался позже в напечатании «Куплетов». «…Куплеты г. Смирновского, — вспоминал он, — возбудили неудовольствие в истинных литераторах, и я вскоре услышал, что Ф. А. Кони написал пародию на эти куплеты. Я просил его прислать мне эти стихи — что он тотчас же исполнил — и хотел их напечатать, чтобы хоть сколько-нибудь загладить мою вину и доказать беспристрастие „Литературной газеты“, но все старания мои поместить в ней насмешку над чересчур восторженным куплетистом были напрасны, и я только теперь могу привести остроумную пьесу даровитого писателя…» (ИВ, 1890, № 5, с. 315). Приводим две строфы (1-ю и 4-ю) из «Куплетов» Смирновского, наиболее близкие к тексту пародии Кони.
Хвала тебе, наш Излер благородной, Несчастных друг и друг честных людей! Хвала тебе! Ты в памяти народной Останешься на память наших дней. В те дни, как все от страха трепетали И грозный бич тревожил всех умы, В твоих садах превесело гуляли… Ты помнишь ли? — Но не забудем мы! …………………………… Ты вспомнишь ли, как щедрою рукою В тяжелый год ты бедным помогал И не одной вдовице с сиротою Слезу тоски и скорби отирал?.. На праздник свой зазвав толпу несчастных, Избавил их от нищенской сумы… Про столько дел, отрадных и прекрасных, Ты вспомнишь ли? — Но не забудем мы…