Страница 11 из 76
Ее промах в выборе наряда скрыть было невозможно. Большинство женщин были гораздо старше ее и кое-кто из них тоже выставил напоказ свои прелести, причем с той же откровенностью, однако одного взгляда было достаточно, чтобы понять — здесь это считается дурным вкусом, вернее, полным его отсутствием. Были здесь одна или две барышни ее возраста в скромных муслиновых платьях неброской расцветки, с такими же неяркими лентами в волосах. И никаких декольте. Более того, плечи прикрывала шаль. На их фоне броский и откровенный наряд Кассандры скорее наводил на мысль о доступных женщинах полусвета, каких предпочитал ее брат. Ну почему она никогда не замечала этого раньше?
Спрятаться было негде. Кассандра утешала себя тем, что носит славное имя Говард и титул куда более высокий, чем кто-либо из собравшихся в этой гостиной. Так что ей ничего не оставалось, как с победоносным видом, сияя улыбкой, пройти через весь зал.
Она не заметила Меррика, пока откуда-то сзади до нее не донесся его низкий голос. Затем почувствовала, как ей на локоть легла его большая ладонь.
— Здесь довольно сыро. Позвольте, я принесу вам шаль. — В его голосе она не услышала ни насмешки, ни теплоты.
Кассандра сделала вид, будто не заметила его укоризненного взгляда, и посмотрела ему прямо в глаза. К ее удивлению, лицо графа оставалось бесстрастным, хотя было видно, что он хочет услышать ее ответ.
— Да-да, будьте любезны, — кивнула она. — В спешке я не подумала об этом.
И хотя Меррик сомневался в душе, что Кассандра стала бы надевать шаль, он тем не менее подозвал лакея и отправил его с поручением принести ей что-нибудь на плечи. Оставалось только надеяться, что лакей окажется смышленым и что-нибудь придумает.
— Надеюсь, вы в этих благородных стенах не одна, миледи? Кстати, не желаете ли представить меня той, кого вы ищете?
Его вкрадчивый голос почему-то смутил Кассандру, однако она дала себе слово держаться, как и подобает истинной леди. Заметив, что к ним приближается Кэтрин, она одарила графа ослепительной улыбкой.
— Если вы поможете мне отыскать здесь тетушку Матильду, я непременно представлю вас ей. Возможно, она греется у камина. Тетушка ужасно боится простуды.
Кассандра ловко повернула Меррика спиной к приближающейся Кэтрин. Ничего, граф скоро поймет, кого выбрал себе в жены, и тогда…
Они не прошли и нескольких шагов, как перед ними выросла Кэтрин, лицо ее было перекошено от злости. Она бросила испепеляющий взгляд на Кассандру, затем укоризненно посмотрела на графа.
— Уайатт, вы делаете из себя посмешище, — сказала она и снова со злостью взглянула на соперницу. — А вам, милочка, я бы посоветовала поужинать в комнате вашей тетушки. Мужское общество здесь состоит исключительно из джентльменов. Не надейтесь на внимание с их стороны.
В глазах Кассандры вспыхнул презрительный огонь, а на губах заиграла язвительная улыбка.
— Кэт, ты ничуть не изменилась. Скажи, ты до сих пор засовываешь носовые платки под корсет? — спросила она и, не дожидаясь ответной колкости, учтиво поклонилась. От нее не укрылось, что взгляд графа задержался на ее бюсте. Выпрямившись, она многозначительно посмотрела ему в глаза. — Была рада снова увидеть вас, милорд. Не хочу мешать вашей беседе. Желаю приятно провести время.
Меррик с трудом удержался, чтобы не схватить нахалку за руку и не отчитать, как она того заслуживала, однако поймал себя на том, что перед его мысленным взором возникла сцена несколько иного характера. Леди Кассандра Говард не своенравная девчонка, а взрослая женщина. Меррик представил себе, как увещевает ее, впрочем, его увещевания скорее напоминали страстные ласки. Неожиданно он понял, что Кассандре польстил его откровенный взгляд. Знай Кэтрин, какие мысли роились у него в голове, наверняка влепила бы ему пощечину. А Кассандра расхохоталась бы и состроила ему глазки. Граф до того ужаснулся своим низменным желаниям, что даже не слышал того, что говорила ему Кэтрин. Нет, ему надо как можно скорее жениться, чтобы его физические потребности наконец нашли выход. Иначе он за себя не ручается. Граф взглядом проводил Кассандру. К ней как раз подоспел лакей, предложивший ей шаль.
Увы, этот ее небольшой триумф померк на фоне других неудач, сделала грустный вывод Кассандра, вернувшись к себе в комнату. Чтобы ее не попросили сыграть на рояле, ей пришлось выйти с довольно приличного вида джентльменом на террасу, где она положила конец его домогательствам, влепив ему пощечину. Увы, с небольшим опозданием, потому что Меррик стал свидетелем этой сцены. Он не преминул отчитать ее и велел идти к себе в комнату, однако Кассандра и ухом не повела. После чего последовало публичное унижение, когда хозяйка дома при всех намекнула ей, — разумеется, с подачи графа, — что, мол, ее тетушка скучает у себя в комнате. Кассандра едва удержалась, чтобы не вспылить. И вот сейчас до нее доносились голоса гостей — смех, пение, разговоры, и при одной мысли об этом она чувствовала, как у нее горят уши. Но ведь она уже не ребенок! Она взрослая женщина! Когда же они наконец это поймут?
Тетушка ее уже лежала в постели и не выказала ни малейшего намерения спуститься вместе с ней вниз. Кассандра вздернула подбородок и приготовилась к штурму крепости. Пусть знают, кто она такая!
Найти бильярдную не составило особого труда. В свое время Кассандра провела немало вечеров, оттачивая удар кием по белым шарам. Не важно, что дамам якобы не к лицу играть в подобные игры! Кто выдумал эти глупые правила?
Два джентльмена лениво гоняли по зеленому сукну одинокий шар. Каково же было их изумление, когда Кассандра тоже взяла в руки кий и принялась натирать его мелом. Вскоре весть об этом распространилась среди мужской половины гостей, и они незаметно перетекли в бильярдную, чтобы испробовать свои силы в поединке со взбалмошной девчонкой. При этом сыграл роль и тот факт, что Кассандра сбросила шаль и присутствующие могли лицезреть то, чем сполна одарила ее природа.
Успех вскружил Кассандре голову, и она не заметила, что в бильярдной воцарилось молчание, а рядом с ней выросла хорошо ей знакомая мужская фигура, чье появление не предвещало ничего доброго. Любители бильярда, а заодно и женских прелестей, поспешно отпрянули от стола, забившись в темные углы комнаты.
Кассандра подняла взгляд, лишь когда рядом с ней на зеленое сукно упала ее шаль, от чего шары раскатились в разные стороны. Девушка вздрогнула и увидела устремленный на нее взгляд графа. Казалось, тот сейчас взорвется от негодования.
— Если не ошибаюсь, миледи, ваша тетушка разыскивает вас.
В голосе графа слышались стальные нотки. Будь перед ней Дункан или кто-то из его дружков, она наверняка бы воспротивилась столь бесцеремонному обхождению и даже пригласила бы сыграть партию. Увы, перед ней стоял Меррик, тот самый граф, за которого она мечтала выйти замуж, хотя в данную минуту и не могла вспомнить почему. Как бы то ни было, она поставила перед собой цель и не отступится от нее.
Театральным жестом накинув на плечи шаль, Кассандра поклонилась и улыбнулась:
— Благодарю вас, милорд. Как благородно с вашей стороны взять на себя обязанности мальчика на побегушках. Позвольте пожелать вам доброй ночи! — последние слова предназначались всем присутствующим.
Гордо вскинув голову, она вышла из бильярдной.
Однако стоило ей вспомнить выражение лица графа и его взгляд, как она ускорила шаг. Кассандра была не настолько наивна, чтобы не понимать — так мог на нее смотреть только настоящий мужчина, и она не была уверена в том, что выдержала это испытание. Что, если в его глазах она полное ничтожество? И как ему доказать, что это не так?
Неделя в Хэмптон-Корте продолжалась, и Кассандре со всей очевидностью стало ясно, что ее план провалился. Недостаток полученного ею воспитания проявился не только в том, что она не умела играть на рояле. Она не умела кокетливо обмахиваться веером, строя из-за него глазки, не умела разговаривать театральным полушепотом. Она не знала, как можно высидеть несколько часов кряду, болтая ни о чем в женской компании, пока мужчины не соизволят присоединиться к дамам. Лично она предпочла бы общество мужчин — ездила бы вместе с ними верхом, охотилась, играла в бильярд, как в старые добрые времена. Но всякий раз, когда она пыталась найти себе занятие по душе, Меррик указывал ей ее место.