Последняя легенда

   - ...тоже любят поесть.

   Заржали, подражая герцогским жеребцам Мэт и Лони, и сквозь их смех, наверное, только он услышал тихий голос Лил:

   - А что еще любят маги?

   Но вместо того, чтобы сказать ей что-то на это, он цыкнул на хохочущих парней.

   - Тихо! Най, щиты.

   Галла должна была почувствовать. А если нет, Лар поймет. Сунул два пальца в рот и негромко свистнул.

   Высылать разведку не пришлось. Вспыхнули один за другим факела - незваные гости освещали себе дорогу.

   - Кто старший? - остановился на границе защиты черноволосый эльф.

   - Я, - выступил вперед Иоллар.

   - Назови себя, человек.

   - Я не человек.

   "Будто по ушам не видно", - подумал Сэл.

   - Назови себя, не человек, - раздраженно поправил лар'элланец. От этого красавчика в сверкающей кольчуге и длинным мечом с украшенной самоцветами рукоятью на расшитой золотом перевязи тянуло таким высокомерием, что Буревестнику так и хотелось сбить с него спесь каким-нибудь плетением.

   - Лар Ал-Хашер, - представился командир маленького отряда. - А это мои друзья.

   Эльф обернулся к стоящему позади него воину, такому же длинноухому и черноволосому. Что-то спросил у него на саальге, выслушал ответ и усмехнулся.

   - Я слышал об одном Ларе Ал-Хашер. Еще его называют карающим Сумраком Восточных Земель.

   - Просто Сумраком.

   - И что же ты, просто Сумрак, забыл в нашем благословенном Лесу?

   - Иду своей дорогой. На Восток.

   - Тут нет твоих дорог. И дороги, и деревья, и эта река принадлежат нам. Это наша земля.

   - А я слышал, что это земли королевы Аэрталь, - сохраняя почтительный тон, возразил Иоллар. - И она позволяет ходить по ним своим друзьям.

   Эльфы снова зашептались. Лар'элланцев было много, в темноте было сложно сосчитать, но никак не меньше полусотни. Они обступили их плотным кольцом, держась на отдалении, а эти двое - командир и, очевидно, его правая рука - вышли для переговоров. То, что встретившиеся у реки люди не враги, эльфы уже поняли - с врагами не разговаривали бы, но и уйти и оставить в покое не собирались. А чего хотели, непонятно.

   - Друзья Повелительницы Леса не прячут лиц под масками, - заявил, посовещавшись с помощником, высокомерный эльф. - Открой лицо.

   - Я не делал этого и в присутствии самой королевы. Не сделаю и сейчас. А если вы слышали обо мне, должны знать, что этот спор может стоить вам жизни.

   Лар говорил спокойно, но в сдержанном голосе уже звенел металл.

   - Слышал, - скривился лар'элланец. - Но ты не слышал обо мне, Сумрак. Это ведь твоя жена? - он кивнул на Галлу. - Та, которую зовут Белой Волчицей Марони? Спроси у неё, смогу ли я разрушить вашу защиту и убить её и других твоих спутников.

   "Сможет", - пронеслось в голове у Сэла. - "Сила этого места подчиняется ему".

   - Не сможет, - с вызовом возразила Галла. - Если не хочет потерять всех своих воинов.

   - Очень самоуверенно. Но мне дороги мои воины, и я не стану рисковать их жизнями, пусть даже этот риск весьма маловероятен. Но... насколько Лар Ал-Хашер ценит своих бойцов? Это ведь твой боец, Сумрак?

   Двое эльфов выволокли на освещенное факелами пространство парня с заломленными за спину руками. Дуд. Один из тех, кто должен был охранять лагерь.

   - Если ты не откроешь лица, он умрет.

   - Ил, пожалуйста. Он не блефует, - прошептала на кассаэл Галла.

   Сэллер был того же мнения. И мальчишка не виноват, что попался - человеку нечего противопоставить эльфам, когда тех больше и они на своей земле. И когда с ними такой маг.

   - Открой лицо, - повторил лар'элланский чародей.

   Иоллар стянул маску, но эльф увидел лишь туман.

   - Это не твоё лицо, Сумрак.

   Дуд замычал, когда к его тощей шее с нервно дергающимся кадыком прижалось широкое лезвие ножа.

   - Лицо. Без марева и иллюзий. Я почувствую, если ты попытаешься меня обмануть.

   Да кто же он такой, этот наглый маг? И чего ждет Лар? Неужели хочет, чтобы парня, действительно, убили?

   Серая дымка медленно растаяла, открывая горящие гневом глаза и плотно сжатые губы.

   - Другое дело, - усмехнулся эльф.

   Он махнул рукой, и державшие Дуда толкнули парня в сторону друзей. Оступившись, он упал на колени, а поднимаясь, встретился взглядом со своим командиром и задрожал как осиновый лист. Только бы Сумрак не сорвался после на нем.

   - Мы остановимся на ночь неподалеку, - предупредил лар'элланец. - Но вряд ли еще встретимся.

   Он отвернулся и пошел прочь, нарочито громко переговариваясь со своим товарищем на саальге, и разобравший их разговор Иоллар до хруста сжал кулаки.

   - Сволочь, - бросила в спину эльфу Галла.

   - Они просто поспорили между собой, что этот, с мечом, заставит Сумрака открыть лицо, - шепотом перевела подошедшая к Буревестнику Лил. - А зачем... Зачем ему маска?

   Она смотрела на Лара, решившего, что прятаться уже поздно. Остальные тоже. Буревестник обернулся к брату: вдруг не узнает? Но Най никогда на память не жаловался.

   - Ну вы и... - выдавил он.

   Сумрак предупреждающе поднял руку:

   - Не здесь.

   Он отшвырнул в сторону смятую в кулаке маску:

   - Хоть какая-то радость - от тряпки этой избавился. И хватит уже на меня глазеть! Кто у костра? Мясо горит. Дозорные - на позиции. Лони, пойдёшь вместо... этого.

   - Лар...

   - Что? - Иоллар резко повернулся к жене. - Не обижу я твоего мальчика, не волнуйся. Но и в караул не поставлю. Сегодня, по крайней мере.

   Он произнёс это на кассаэл, но Дуд догадался, что речь о нем. Замер, ссутулился. На приблизившегося командира боялся глаза поднять.

   - Я что, такой страшный без маски? - едко поинтересовался у него Сумрак. - Ужинать и спать - это приказ. И я ни в чём тебя не обвиняю... Но надеюсь, подобного не повторится.

   Принесли же хоры этих эльфов! И ведь встретятся еще, что бы этот заносчивый тип в кольчуге не говорил - было у Сэла такое предчувствие.

   И предчувствие себя оправдало.

   Но сначала было объяснение с Наем, беспокойный сон и серое утро. Выбравшись из палатки, Сэллер по колено провалился в туман. От реки тянуло сыростью, едва тлеющий костер не грел озябших ладоней, а суставы ломило после ночевки на брошенном на землю одеяле. Да, совсем раскис. Раньше вот...

   - Иди-ка сюда, - дернула за руку Галла. - Что с тобой такое, Сэл?

   - Не знаю. Отвык, наверное, от всего этого, расслабился.

   Подруга с сомнением покачала головой. Потом коснулась ладонью лба, и по телу прошла дрожь от переданного заряда.

   - Утренний кофе, - улыбнулась она.

   Кофе Буревестник однажды пробовал и понять не мог, что Галла и Лайс в нём находят - ему напиток, даже изрядно подслащенный, не понравился.

   - Я поговорила с Ларом, пусть Най займется переправой.

   Братец держался бодрячком: стоянки в деревнях, на одной из которых удалось его застать, для партизан были редкостью, и спать на земле ему было не привыкать.

   - Сделаю, - улыбнулся он довольно, узнав о первом поручении Сумрака. - Позавтракаем и перейдём, как посуху.

   На завтрак был хлеб, сыр и то, что осталось от ужина. Удовольствие сомнительное, но и его умудрились испортить.

   - Снова гости, - поморщилась Галла.

   Лар криво усмехнулся, поняв о каких гостях речь:

   - И что они захотят увидеть на этот раз?

   Но явившийся от лагеря лар'элланцев гонец не требовал ничего показывать. Когда дежуривший в это утро Мэт подвел его к костру, эльф коротко кивнул, никому конкретно, и отыскал глазами Сумрака.

   - Мой Лорд спрашивает, все ли ваши люди на месте.

   Говорил эльф на каэрро, но с очень сильным акцентом.