Страница 99 из 108
Они подошли к полкам, и Гарольд подверг внимательному осмотру все, что на них находилось, не трогая, однако, ничего руками. На каждой вещи снизу была пентаграмма, кроме того, налицо были и другие, менее заметные признаки, свидетельствующие о том, что все эти вещи принадлежат ведьме. Бельфеба толкнула Гарольда в бок и указала на книгу символов доктора Чалмерса, стоящую среди книг в черных кожаных переплетах. Стараясь действовать предельно аккуратно, Ши бережно снял с полки нужную книгу, зажатую с двух сторон массивными томами, на корешках которых уже наросла плесень. Он быстро перелистал ее; все, казалось, было в порядке.
Сунув книгу в нагрудный карман, Ши продолжил осмотр предметов, теснившихся на полках. Прямо перед собой он увидел маленькое зеркальце и зеленый флакончик, на котором были нацарапаны какие-то знаки. На дальнем конце полки Ши разглядел аккуратно сложенное красное одеяние Сикоракс; рядом на полу стоял ее длинный посох.
На полу под полками Гарольд обнаружил целый склад оружия, состоявшего по большей части из кинжалов, однако среди них на самом виду, блестя остро отточенным лезвием, лежал большой топор.
Бельфеба, заметив его, зашептала на ухо мужу:
— Гарольд, более удобный случай закончить эту войну одним ударом и навсегда нам вряд ли представится. — Она взяла в руки топор и подала его супругу.
Ши посмотрел на топор и задумался. По сюжету пьесы ведьмы уже не было в живых, когда Просперо появился на острове. Так почему же он, Ши, не может послужить для нее вестником ее кончины? Но, с другой стороны, она спала, спала рядом со своим ребенком…
— Гарольд, если ты не можешь, то это я сделаю! — решительным шепотом прервала его размышления Бельфеба.
Ши напряг нервы, собрался с духом и взял топор из ее рук. Если ведьме суждено быть убитой, то он ни за что не допустит, чтобы эту грязную работу сделала его жена. Он на цыпочках подошел к ведьминой кровати и поднял над головой тяжелый топор. И снова он застыл словно столбняке. Комок, подступивший к горлу, не давал ему дышать… Ведь то, что он собирался сейчас сделать, было хладнокровным убийством.
Внезапно глаза Сикоракс широко раскрылись, и их взгляды встретились. Ши окаменел. Ведьма начала пронзительно кричать. Гарольд отбросил топор с сторону, схватил Бельфебу за руку, и они бросились из комнаты вон. Когда они выбежали за дверь, он обернулся и захлопнул ее. Дверь с грохотом закрылась, а в пещере воцарился непроницаемый мрак.
Он остановился; его тело колотила дрожь от пережитого испуга. Бельфеба тащила его вперед.
— Сюда, Гарольд!
Они, ничего не различая в темноте, брели по туннелю, ориентируясь на ощупь. Бельфеба пригнула голову мужа, когда надо было пролезать согнувшись под нависшим выступом. Завернув за очередной угол, Ши увидел впереди слабый свет. Они бросились туда со всех ног. Перескочив через несколько поваленных статуй и преодолев крутой подъем, они устремились к уже ясно различимому впереди дневному свету.
Бельфеба первой оказалась на поверхности, где уже сгущались вечерние сумерки. Следом за ней вышел Ши.
— Вотси, Снаг! — закричал он, но ответа не было. Внезапно из пещеры, откуда они только что выбрались, донеслись громкие крики. Супруги уже приготовились было бежать на холм, где спрятали метлы, но вдруг воздух перед ними начал сгущаться и колыхаться, и буквально сразу же перед их глазами возник материализовавшийся из него дух-мужчина. Дух произнес два непонятных слова, и земля, на которой стояли Ши с Бельфебой, превратилась в липкую жижу, куда они погрузились по колени, вызвав этим радостный смех духа. Это был тот самый смех, который Ши уже слышал во время схватки с гарпией.
— Ариэль, — торопливо обратился к духу Ши, видя, что Сикоракс уже выбирается из пещеры, — ты должен нас отпустить!
— Убей их! — приказала ведьма.
Ши сунул руку в карман и вынул из него локон, данный ему Гентианой.
— Видишь, — произнес он с безысходным отчаянием в голосе, — Гентиана хочет, чтобы ты вернулся. Тебе не следует слушать эту проклятую ведьму!
Эти слова повергли Ариэля в смятение. В мгновение ока Ши и Бельфеба вновь оказались стоящими на твердой земле. Гарольд шагнул вперед и вложил локон в руку духа.
— Живей, милая, бежим!
Он и Бельфеба бросились в кусты. Ведьма разразилась градом проклятий и метнула молнию в Ариэля, который спокойно увернулся от огненного сгустка. С невообразимым шумом из зева пещеры начала изливаться наружу толпа отвратительных зеленых гоблинов.
— Скорее к метлам! — закричал Ши, продираясь вместе с Бельфебой к вершине холма сквозь колючие заросли терновника. Многочисленное войско гоблинов преследовало их по пятам. На вершине холма супруги обнаружили метлы и лук Бельфебы, но ни Полячека, ни Снага там не было. Они поспешно оседлали метлы, и Ши торопливо произнес заклинание на взлет.
Они взвились в воздух всего лишь за несколько секунд до того, как разъяренные гоблины появились на вершине холма, и Ши медленно развернул в воздухе метлу. Когда они набрали высоту, Бельфеба достала стрелу и натянула тетиву лука, готовясь прикрывать их отход. Ши высматривал Полячека и Снага, но их по-прежнему не было видно.
На следующем круге над вершиной холма их встретил град камней, которые метали уцелевшие гоблины. Один камень попал прямо в голову Ши. Последнее, что он услышал, был крик Бельфебы.
Ши почувствовал, что его руки и ноги крепко связаны, а через связанные конечности просунут длинный шест, на котором его, висящего лицом вниз, несет ватага гоблинов. Он повернул голову, все еще болевшую от удара, набок, чтобы понять, где они находятся и что с Бельфебой. Но увидел лишь цепочку зеленых существ, шагающих по каменистой тропе. По всей вероятности, было время вечерних сумерек, и небо было затянуто тучами. Бельфебы нигде не было. Его руки затекли и онемели; кровь прилила к голове и, пульсируя, отдавалась в ней болезненными толчками. Судя по всему, он влип в пренеприятнейшую историю!
Сумерки сгущались, гоблины продолжали идти, Ши старался превозмочь боль, но вдруг процессия остановилась и стала готовиться к ночлегу. Они бросили его, шест и все остальное на влажную землю. Это хотя бы позволило расслабить мышцы и хоть как-то облегчило подачу крови к его отекшим конечностям. Боль стала отступать.
Ши наблюдал за происходящим в лагере, а там разгорелась ожесточенная словесная перепалка. Спор возник из-за того, что те, кому поручили разжечь костер, никак не могли этого сделать. После недавнего шторма все вокруг было еще сырым, и никто из гоблинов не мог развести огонь.
Когда Ши, лежа на земле, старался лечь поудобнее, он потерся локтем о карман. Его зажигалка была там! В его саднящей голове начал складываться план действий.
— Эй, эй, ты! — обратился Ши к гоблину с кислым озлобленным выражением зеленого лица, Наблюдавшему за безуспешными попытками собратьев развести огонь.
Тот подошел к Ши; теперь выражение его лица было озадаченным и одновременно любопытным.
— Да, я обращаюсь к тебе! Я могу показать, как разжигать огонь, и ты сразу прославишься.
Гоблин опустился на колени и внимательно посмотрел в лицо Ши.
— Что ты болтаешь, несчастный пленник? — пробурчал он. — Какой огонь можно развести в такую сырость?
— Твоим друзьям это не под силу. Но мне известны кое-какие магические трюки, с помощью которых ты сможешь моментально раздуть пламя — не хуже, чем при лесном пожаре.
— Ну тогда показывай, — сказал гоблин.
— Сперва ты должен меня развязать, а то мне не произнести как надо заклинания… и не беспокойся, я не сбегу, — успокоил его Ши.
Пришлось немного поспорить и попререкаться, прежде чем ему удалось убедить гоблина, но в конце концов Ши сел и вздохнул с облегчением, глядя на свои освобожденные от пут руки. Он дал гоблину свою зажигалку и объяснил, как она работает. Гоблин пришел в неописуемый восторг и, вскочив на ноги, уже было понесся хвастаться диковиной перед своими сотоварищами.
Ши схватил гоблина за руку и сказал: