Страница 12 из 20
* * *
Шагнув в пентхаус Гранта у меня перехватило дыхание, он была настолько огромным, что я почувствовала, словно начинаю уменьшать в размере, как Алиса в Стране Чудес, только Страна Чудес была воссоздана в минималистском стиле Фрэнком Ллойд Райтом из будущего.
Все было гладким, блестящим — мили черного мраморного пола и белые мраморные столешницы, стены, тянувшиеся вперед и снизу-вверх, словно скалы, гигантские окна, открывающие вид на бассейн на крыше, виднеющиеся очертания города, словно какое-то гигантское полотно со смелыми мазками неоновых цветов — красного, зеленого, белого и желтого на поверхности темно-синего и черного.
— Лейси, это ты?
— Нет, это Санта-Клаус, — крикнула я в ответ. — И в этом году на Рождество в вашем мешке с подарками будет лежать уголь.
— Ах, так ты уже сообщила Санте, что я непослушный?
— Черт, — я последовала на кухню, откуда доносился голос Гранта, где он откупоривал бутылку вина в футболке с V-образным вырезом, свободных брюках и… босыми ногами.
Он оглядел меня с ног до головы и приподнял бровь.
— Какой очаровательный наряд.
Я скрестила руки на груди, вдруг почувствовав неловкость, от того насколько тонкой была моя пижама, и каким ненадежным казалось нижнее белье под ней.
— Точно, какими черт побери правами нужно обладать, чтобы вызвать вашего сотрудника в одиннадцать гребаных часов ночи, и потом осуждать мою проклятую…
— Один момент, — перебил он, — и затем ты смело можешь продолжить орать, знаешь ли… это очень стимулирует, я вообще питаю слабость к женщинам с темпераментом, а также для записи, я никогда не посмел бы осудить твой наряд, … но имей в виду, что чем дольше ты будешь возмущаться по поводу моей ужасной сущности, тем быстрее будет остывать еда.
— Еда?
Я окинула взглядом девственную кухню, которая явно выглядела так, будто никогда не видела ни одного картофельного пюре или еще чего-нибудь за все время своего существования, именно с того момента, как покинула страницы каталога. Вы знаете, что если не произойдет какого-то там взрыва, то материя и антиматерия не вступят в контакт? Это, наверное, произошло бы здесь, если бы вдруг еда соприкоснулась с этой непорочной, девственно чистой столешницей. Похоже, она даже не знала, что существует пыль.
— Я заказал еду на вынос у «Рама», — сказал он, наконец, сумев вырвать пробку из бутылки. — Мне показалось, что тебе понравилось там, и я знаю, что ты не ужинала сегодня. Вредно пропускать приемы пищи.
— Ты что вдруг стал диетологом?
— Я просто беспокоюсь, — на мгновение наши глаза встретились, его смотрели открыто и искренне, он опустил их, на его губах заиграла ухмылка. — Ведь, где же будет моя компания, если она потеряет своего самого упорного защитника?
Я разглядывала его скептически.
— Так это все для моего же блага.
Он пожал плечами.
— Ты заботишься о моей компании. Кто-то должен заботиться о тебе.
Ладно, это было на самом деле...вроде бы как правдиво?
Я внимательно прислушалась к теме Сумеречной зоны внутри себя, но там была тишина.
Похоже на этот раз двойного подтекста не было. Что я могу сказать, еда это все для меня. Я последовала за ним в гостиную и опустилась на диван — на бархатные кожаные монстры огромных размеров, больше чем трейлер, которые вероятно стоили немалое количество денег, намного больше, чем я смогла отложить на накопительный счет — и углубилась в еду. Джекфрут карри, курица-гриль, острый салат из папайи, если путь к сердцу женщины лежит через ее желудок, то я явно была в опасности.
Мы долгое время молча поглощали деликатесы, наслаждаясь кухней. Я ждала, что он что-нибудь скажет, но он, казалось, был настолько поглощен своими думами, откусывая ломтики манго, откинувшись на спинку дивана и слегка улыбаясь в пустоту, хотя не было ничего особенно, но я терялась в догадках.
Наконец, я облизала последнюю каплю соуса чили с вилки, безумно вкусного, и спросила:
— Что теперь?
На секунду Грант, кажется, растерялся, оглянулся вокруг, как будто только теперь понимая, насколько мимолетно его величие, которое выглядело настолько пустым: ни фотографий, ни книг, никаких других признаков его присутствия, единственное был диван и телевизор.
— Я не думаю, что ты играешь в видеоигры…
— Конечно, играю! — согласилась я. — В последнее время у меня правда не было времени, но раньше я имела кое-какие успехи, проведя множество часов за «Call of Duty».
— Ну, я не совсем хорошо знаю эту игру, — смущенно сказал Грант. Затем он усмехнулся и подскочил на ноги, потянувшись к ящику под телевизором. — Но у меня есть копия «Death Squad», которая еще не поступила в продажу, — игра, которую не один месяц раскручивали все чаты геймеров и пользовалась просто бешенным успехом, — если тебя она интересует.
Я даже не задумывалась.
— Черт возьми, да. То есть, если ты не боишься, что я надеру тебе задницу, — я прищурилась.
Его улыбка стала значительно шире, и мне понравилось, что он стал казаться... моложе. Стал более уязвимым, более открытым.
— Твое желание для меня закон, — сказал он, и я более удобно уселась на диване, хотя это наверняка не входило в мои рабочие обязанности.
* * *
— Бум! Победа, — я откинулась на спинку дивана, смеясь, откинув джойстик в сторону подушки. Грант оказался более жестким игроком, чем я думала, но мне все-таки удалось выиграть со счетом шесть к десяти.
Грант тоже отбросил свой джойстик, схватил бутылку вина и опустошил все остатки.
— Я восхищен боевым настроем.
— Надеюсь, ты не возражаешь, — подтрунивала я. — Эй! Оставь чуть-чуть для меня!
— Слишком поздно, — сказал он с дьявольской усмешкой. — И я никогда не доверял женщинам, принижающим свое мастерство, и делающими себя более привлекательными для мужчин. Когда ты притворяешься, что бриллиант это всего на всего стекляшка, то они попадают в руки тех, кто на самом деле не сможет оценить их по достоинству.
— Ну, спасибо, за то, что ты сказал, я ценю это, — ответила я. — И мне кажется совсем не весело, просить ребят дать мне выиграть, поэтому спасибо. В тебе тоже присутствует дух соперничества.
Он озадаченно посмотрел на меня.
— Странно, ты так говоришь, словно тебя это удивляет.
— Ну..., — может, это был хмель от вина, или, возможно, я чувствовала себя великодушной от победы, но, как не странно, мне не хотелось ранить его чувства. — Возможно, немного. Скорее всего, да. У тебя уже все есть, поэтому мне кажется, что тебе не к чему стремиться. Или пока не появиться необходимость.
Он взял меня за руку.
— Уверяю тебя, — пробормотал он, — это как раз тот случай.
И вдруг я совершенно отчетливо поняла, очень отчетливо, что мы сидели так близко, что наши бедра почти соприкасались, он держал в своей руке мою руку, его кожа была такой теплой, и его тело было так близко к моему, и вино...
— Я говорю про компанию, конечно, — добавил он.
— Конечно, — эхом повторила я, освобождая свою руку и чувствуя себя полной идиоткой. Да. Конечно. Совершенно очевидно, о компании.
— Я не хочу потерять ее, — сказал он. — И я хочу сделать ее значительно больше, превосходной. Мой дед, Господи, он спас мне жизнь, когда я был еще ребенком. Мои собственные родители были похожи на призраков, это он научил меня всему, что я знаю и умею. Он был моим миром. — Он слегка поперхнулся на последних словах, и на секунду мне показалось, что он собирался заплакать.
— Я сожалею, — сказала я. — Я не могла предположить.
Затем он сглотнул и с усилием вернул контроль над собой и его голос зазвучал, как прежде.
— Он оставил мне, действительно, что-то потрясающее, когда умер, и я хочу, в память о нем, сделать компанию еще лучше. Я хочу, реструктурировать, убрать все старые структуры, которые уже не работают и увидеть подъем, — он махнул рукой, как будто собирался забросить свою компанию в светлое будущее только лишь силой воли. Его глаза возбужденно горели. — Боже мой, Лейси, мы могли бы сделать столько хорошего. Не только напрямую с медиа-контентом, который мы представляем, но с благотворительными проектами, которые пересекаются с нашими целями. Он бы…, — его взгляд на мгновение уставился в одну точку. — Ему бы это понравилось.