Страница 11 из 42
Условный рефлекс является важной движущей силой во всех типах пагубных привычек, но он играет особенно важную роль в курении и переедании, потому что сигналы, вызывающие этот рефлекс, являются частью нашей повседневной жизни.
• В УБЫТОК — «ЭТО МНЕ ВРЕДНО». Когда мы называем что-то пагубной привычкой, мы подразумеваем, что в этом мало хорошего. Постоянное удовлетворение навязчивой потребности связано с определенной ценой, мы расплачиваемся нашим здоровьем, нашими денежками и нашей самооценкой. Некоторые люди испытывают навязчивую потребность в хороших вещах, например, пище и упражнениях, но та часть, которая «пагубная» в этом поведении, в его количестве или частоте, по определению наносит ущерб, вред в некотором смысле.
Пагубные привычки никогда не повышают нашего благополучия. Существенно важные поступки, такие как сон, хотя они и повторяются ежедневно в течение нашей жизни, никогда не называют пагубными привычками. Мы по-настоящему нуждаемся во сне, так что с этим нет проблем. Наоборот, если мы недополучаем сна, у нас появляются проблемы со здоровьем.
Рано или поздно, пагубная привычка начинает слишком дорого стоить человеку, и он пытается начать контролировать свое поведение. Когда вредное поведение продолжается, несмотря на наносимый вред, чувство вины становится ещё одной неприятностью, с которой приходится бороться.
Цена пагубной привычки не просто является её плохой стороной, она добавляет ей силы, делая её более притягательной. Опасность и противозаконность наркотиков делают их более интересными для многих людей, чем если бы они были широкодоступны. Пагубная привычка переедать может выглядеть невинно в глазах многих, но и тут срабатывает такой же механизм: переедание и обжираловка видятся нам как грешное и приятное времяпрепровождение если оно запрещено кем-то или как-то.
Жировые накопления являются самой видимой ценой, которую мы платим за пристрастие к еде, но, как, я надеюсь, я вам показала в предыдущих главах, она вам поможет осознать многое другое, чем вы неизбежно жертвуете в погоне за вашим сиюминутным наслаждением, вашей дозой наркотика — пищей.
• УДОВОЛЬСТВИЕ — «МНЕ ЭТО НРАВИТСЯ. Я ЛЮБЛЮ ЕСТЬ». Удовлетворение нашего навязчивого желания обычно доставляет нам удовольствие, и, конечно, удовольствие — дело очень личное. Мне никогда не понять удовольствия получаемого людьми от азартных игр, но я могу себе представить неисправимых картежников, которым не понять колдовской прелести, которую я вижу в изюме в шоколаде.
Зависимость проживает в королевстве ощущений. Она часто подкрепляется гедонистическим мировоззрением, что преследование удовольствий — высшая цель жизни. Её пламя подпитывается чувством возбуждения, удовлетворения или награды. Вот почему мы испытываем навязчивое желание: мы обычно хотим повторить вещи, доставившие нам столько радости.
Может наступить момент, когда наркоман или обжора больше не испытывают удовольствия от своего наркотика, потому что цена за него становится недопустимо высокой, но в некоторый момент в становлении пагубной привычки удовольствие сыграло свою роль. В этом разница между зависимостью и навязчиво-компульсивным синдромом. Когда человек страдает этим синдромом, например, непрестанно моет руки, в этом никогда нет удовольствия. Такой человек никогда не мечтает «Ах, жду не дождусь вернуться домой и дорваться до моего любимого кусочка земляничного мыла».
В ситуации с зависимостью от еды есть свой нюанс: удовольствие и удовлетворение являются совершенно нормальными, уместными и даже необходимыми реакциями на прием пищи. Это делает знакомое оправдание переедания несколько правдоподобным: «Я наслаждаюсь моей пищей, что в этом плохого?» Тонкость тут в том, чтоб распознать разницу между уместным наслаждением едой и удовлетворением навязчивого желания, порожденного психологической зависимостью.
• ИЗМЕНЕННОЕ СОСТОЯНИЕ СОЗНАНИЯ — «МЕНЯ ЭТО ПРИВОДИТ В ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ» В разной степени разные формы зависимости временно меняют нашу форму видеть вещи и наши чувства; они вызывают у нас чувство эйфории, опьянения, «отключенности» или некоторого онемения чувств. Обжоры впадают в некое особое оцепенение даже когда они едят совершенно рядовой обед. Жор может вызвать опьяненное чувство или помрачение сознания, весьма похожее на состояние пьяного оцепенения.
Это измененное состояние сознания может служить амортизирующей подушкой между нами и нашими чувствами, а это помогает нам чувствовать себя более комфортно, по этой причине мы и обращаемся к пище, когда мы несчастны или застрессованны. Многие книги про переедание сосредотачиваются на этом аспекте переедания, но как вам наверное хорошо известно, вы также переедаете и когда вы счастливы. Удовлетворение навязчивого желания обычно доставляет чувство комфорта и удовольствия. Я не могу себе представить обстоятельств, в которых вам такого чувства бы не захотелось.
• ПОПУТНЫЕ РЕФЛЕКСЫ (я их называю «метастазы» Л.В.) — «И ВСЕ, ЧТО С ЭТИМ СВЯЗАНО, МНЕ ТОЖЕ НРАВИТСЯ». Не только мы получаем наслаждение от самой пагубной привычки, но и ото всего с нею связанного. Наркоманы балдеют от всего связанного с покупкой и приготовлением наркотика, не только с уколом или понюшкой как таковыми. Многие алкаши тащатся от их тесной компании дружков-выпивох только потому, что общение с этими людьми является неотъемлемой частью процесса выпивки; без бутылки собутыльники ничего не стоят.
Совершенно так же покупка еды, приготовление еды, и мероприятия, включающие застолья, имеют особую значимость для человека склонного к перееданию. Еда может превратиться в хобби или даже профессию.
Опять же, трудность с этим типом зависимости в том, что все это выглядит совершенно нормальным. Важно все же заметить, из чего состоит зависимость от еды. Она состоит из тех же элементов, что и другие виды наркомании и пагубных привычек.
• ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ УМА И ТЕЛА — «Я В ЭТОМ НУЖДАЮСЬ». Многие люди верят, что поведение, вызванное психологической зависимостью, обусловлено биохимическими процессами. Психологический голод часто испытывается как физическое ощущение, и легко предположить, что если оно испытывается в теле, оно создается в теле. Однако такое положение вещей не всегда отвечает истине. Огромное количество телесных ощущений вызываются состояниями ума: такие эмоции как гнев и разочарование, страх сцены и приступы паники являются самыми яркими из примеров. (1)
• ПОДВЕРЖЕННОСТЬ, ПРЕДРАСПОЛОЖЕННОСТЬ — «ВСЯ МОЯ СЕМЬЯ СТРАДАЕТ ЭТИМ». Каждое тело уникально. Не все рождаются со способностями стать атлетами мирового класса, оперными певцами, или алкоголиками. Мы живем с тем, что нам досталось.
Многим из нас выпала предрасположенность к зависимости от определенных вещей и видов активности, и многие из нас предрасположены к развитию привычки переедать и обжорству. Одно исследование, проведенное в Станфордском университете, показало, что примерно четверть населения, здорового в всех других отношениях, производит чрезмерное количество инсулина после приема углеводов (подразумевается быстрое наступление голода вскоре после приема пищи из-за такой инсулиновой реакции, Л.В.). (2)
Это может быть фактором в развитии зависимости от пищи, однако помните, что это только часть картины. Это не значит, что вам невозможно добиться прочных перемен.
• СРЕДА, ПОДПИТЫВАЮЩАЯ ТАКУЮ ЗАВИСИМОСТЬ, — «ВСЕ ЭТИМ ЗАНИМАЮТСЯ». Прежде чем мы можем заболеть каким-то пристрастием, мы должны получить к нему доступ, и чем больше такая деятельность распространена в нашей среде, тем более вероятно, что мы попадемся в лапы зависимости. Если все мои друзья курят, я тоже задымлю сигаретой, особенно, если я подросток.
Ясно, что большинство из нас имеют доступ к неограниченным количествам еды и к еде сомнительного качества, но в некоторых кругах её потребление особенно поощряется. Может быть, в вашей семье или в вашем кругу друзей зависимость от пищи считается само собой разумеющейся, а может быть даже она считается здоровым проявлением — «У нее хороший аппетит», «Пьем, едим как люди, чем же мы не люди?», «По еде работа».