Страница 98 из 281
«В особенности если за этим стоит другой Солнечный Вундеркинд», — добавила она про себя.
— Я поставлю тебя в известность, когда мы будем готовы действовать, — проговорил Ящик.
— Будь любезен, — сказала Рош и покинула капитанский мостик.
Реабилитационный отсек корабля находился четырьмя уровнями ниже капитанского мостика, в небольшом коридоре неподалеку от медицинского центра. Когда Рош спускалась вниз, из служебного помещения вылетело небольшое, размером с кулак, автоматическое устройство и зависло возле ее правого плеча. Крошечный двигатель издавал забавные звуки, ужасно похожие на приступы кашля, записанные и прокрученные в ускоренном темпе. Когда автомат заговорил, Рош обратила внимание на то, что его голос напоминает голос Ури Каджика.
— Ну, что ты об этом думаешь, Морган?
Рош, не замедляя шага, взглянула на автомат.
— Я не сомневалась, что ты слушал.
— И что?
— Мне кажется, происходит что-то весьма необычное.
— Я тоже так думаю. И чем быстрее мы разберемся в этом, тем лучше. — Автомат промчался вперед и, возбужденно фыркнув, завернул за угол. — Однако я верю Ящику, он не знает, в чем суть аномалии, — заявил он.
— Как ни странно, я тоже ему верю, — призналась Рош. — В противном случае он не прервал бы прыжок так резко.
— Есть еще кое-что, Морган. Я изучил астронавигационные данные. Ящик сказал, что несколько «незначительных деталей» указывает на правильность его догадки, но не назвал их тебе.
— Они имеют принципиальное значение?
— Возможно. Звезды в направлении Палазийской системы кажутся ближе, чем им следует быть. Ненамного, конечно — всего на несколько миллиардов километров, — но тем не менее.
Словно из данного региона вырвали большой кусок космического пространства.
— В котором находилась Палазийская система?
— Звучит вполне логично, — согласился Каджик. — Но ты в состоянии представить себе, какая нужна сила, чтобы это сделать? Уничтожить звезду или даже сдвинуть ее с места очень трудно. Однако прихватить еще и пространство вокруг нее… трудно даже вообразить.
Рош задумалась. Ей еще не приходилось слышать о подобном — по правде говоря, воображение категорически отказывалось участвовать в создании необходимых образов, и Рош не могла себе представить, как такое возможно. Ничто не может уничтожить само пространство. Во всяком случае, ей похожие случаи неизвестны.
— Тем больше причин соблюдать максимальную осторожность, — сказала она. — Корабль выдержит? Он сможет совершить столько прыжков подряд, сколько потребует от него Ящик?
— Я посмотрел схему корабля, думаю, он достаточно надежен. Мы будем входить и выходить из гиперпространства каждые десять минут, преодолевая по несколько миллионов километров во время прыжка и ускоряясь в промежутках. Сначала приблизимся к аномалии по касательной, чтобы получить возможность взглянуть на нее с разных сторон; таким способом мы установим ее размеры. Если все пойдет хорошо, попытаемся подобраться поближе и узнать еще что-нибудь. — Автомат резво подпрыгивал у плеча Рош, пока Каджик давал свои пояснения. — С кораблем все будет в полном порядке. Его двигатели сконструированы для участия в военных действиях. По правде говоря, ему даже полезно хорошенько потрудиться. Последний раз мы его использовали по полной программе у мира Сиакка.
Рош кивнула, но ничего не сказала. «Ана Верейн» и несколько истребителей явились причиной гибели «Полуночи», фрегата, пассажирами которого они являлись. Только решение Ящика взорвать запас антиматерии, находящейся на борту фрегата, помешало капитану Дато Блока захватить корабль или уничтожить его. Так что «Ане Верейн» еще предстоит совершить свое первое убийство.
Однако во время сражения корабль вел себя просто превосходно, и Рош не сомневалась в словах Каджика, утверждавшего, что судно справится с предстоящими нагрузками.
Лишь предрассудки заставляли ее сомневаться в том, что можно полностью доверить свою жизнь новому кораблю.
— Совершая такое количество прыжков, мы сразу объявим о своем присутствии всем, кто пожелает это узнать, — сказала она, без особого энтузиазма пытаясь отыскать недостатки в плане Ящика.
— Верно. Но тут мы бессильны что-либо изменить. — Каджик помолчал немного, а потом предложил:
— Если хочешь, можем закамуфлировать корабль. Сделаем вид, будто мы торговое судно, у которого отказал драйв…
Рош отрицательно покачала головой.
— В Палазийской системе установлен карантин. Только дурак сунется сюда добровольно, даже если у него не в порядке драйв. Если наткнемся на блокаду Армады, хотя в это верится с трудом, они нас расстреляют вне зависимости от того, на кого мы похожи.
— Пусть попытаются. — В тоненьком голоске автомата прозвучали насмешливые нотки. — Будут еще вопросы?
— Только один. — Рош старательно избегала задавать его себе. — Что будем делать, если нам не удастся понять, что произошло с системой? Куда полетим?
— На твой вопрос ответит только время, Морган. Время и собранная нами информация.
— Я понимаю. — Рош тяжело вздохнула, пытаясь немного успокоиться. — Проследи за тем, чтобы Ящик поставил меня в известность, если удастся что-нибудь обнаружить, ладно?
Тогда у меня по крайней мере одной заботой будет меньше.
— Даю слово, — пообещал Каджик. — И не волнуйся, Морган. Ты все делаешь правильно.
— Спасибо, Ури, — улыбнувшись, сказала Рош.
Громко треща и посвистывая, автомат помчался вперед и нырнул в ближайший шкаф для инструментов.
Рош прошла остаток пути до реабилитационного отсека в полном одиночестве. Впрочем, последние слова Каджика немного улучшили ее настроение. С бывшим капитаном Дато Блока Рош по-прежнему связывали двойственные отношения, Хотя правительство, которому они служили, предало обоих, сделав их в определенном смысле союзниками, Рош чувствовала себя неловко в присутствии бывшего командира корабля. Заключение его под стражу или устранение никогда не обсуждалось, поскольку Каджик являлся такой же неотъемлемой частью «Аны Верейн», как и навигационные компьютеры и двигатели. То, что осталось от его тела, подключенное к системам корабля, плавало в резервуаре, в отсеке, где никто не бывал. Даже если бы Рош хотела, она не могла получить одно без другого.
Пожалуй, можно сказать, ей повезло, что он решил взять ее под свое крылышко и стать наставником в искусстве быть командиром. Годы, проведенные на службе в Разведке СОИ, научили Рош подчиняться приказам, а не отдавать их. Она во многом полагалась на мнение Каджика, даже в вопросах, не имеющих никакого отношения к кораблю. Без него в прошедшие недели ей пришлось бы несравнимо тяжелее.
С другой стороны, Рош прекрасно понимала, почему остальные ее товарищи испытывают определенные сомнения относительно бывшего капитана Дато Блока, обладающего неограниченным доступом к системам «Аны Верейн». В такой ситуации нельзя исключать возможность предательства — вот почему она приказала Ящику присматривать за Ури Каджиком. В результате получилось, что они следят друг за другом.
Но Рош не могла допустить, чтобы из-за ее субъективного мнения отряд подвергся опасности. Впрочем, справедливости ради следует заметить, что она в равной степени не доверяла всем, была вынуждена не доверять, во избежание неожиданностей. Она знала, что если Каджик когда-нибудь узнает об этом, то не станет обижаться.
Голос Ящика, прозвучавший в имплантате Рош, прервал ее размышления.
— Все готово, Морган. Через девяносто секунд, как только «Ана Верейн» наберет скорость, необходимую для затяжного прыжка, двинемся в путь.
— Отличная работа, — мысленно похвалила она Ящик. — Теперь корабль в твоих с Ури руках.
— Понятно.
Рош зашагала быстрее по сверкающим чистотой коридорам «Мародера», и довольно скоро в левом ответвлении появился вход в реабилитационный отсек. Одновременно прозвучал сигнал, предупреждающий о готовности корабля совершить гиперпространственный прыжок.
Рош едва успела сосредоточиться на происходящем, как заработали гипердрайвы, и реальность вокруг нее начала меняться. Пространство-время закружилось, потекло в самых невероятных направлениях, Рош испытала приступ тошноты, закрыла глаза, но тут же их открыла, потому что все снова встало на свои места, словно ничего и не происходило. Если не считать того, что корабль больше не являлся частью физической вселенной. Он вошел в гиперпространство и мчался вперед с ускорением во много тысяч стандартных G относительно реальной вселенной. Впрочем, тем, кто находился на борту, могло показаться, что ничего особенного не произошло — так и должно быть.