Страница 29 из 281
Вокруг расстилается ровная поверхность, так что атакующим силам врага негде укрыться, а до стены кратера довольно далеко. При таком раскладе защитники города могут не опасаться снайперского огня с гор.
Дорога уткнулась в пандус, который вел к паре широких дверей в стене. Обе створки были плотно закрыты, но возникало ощущение, будто каждая весит несколько тонн. На дверях висел знак с надписью на неизвестном Рош языке. Впрочем, алфавит она узнала.
— Уль-эмато, — сообщил Ящик. — Алфавит Доминиона, двадцать пятое столетие.
— Что означает надпись?
— Скала Основания.
— Возможно, так назывался город до того, как власть перешла к Атаманской теократии.
— Да, наверное.
— В твоей базе данных что-нибудь есть?
— Совсем немного. — Ящик сделал небольшую паузу, словно сканировал внешнюю память. — Как я уже говорил ранее, система Хаттон-Луу была одной из многих, воевавших с Атаманской теократией во время Войны призраков. Город Уль-эмато подвергся нападению именно в тот период. Больше я ничего не могу сообщить.
Пока Рош осмысливала полученную информацию, Эммерик направился к дверям.
— Серо-сапожники Олмахоя, мирное оружие мбатан, монеты Теократии, развалины Доминиона…
— Планета-тюрьма Содружества империи, — добавил Ящик.
Рош кивнула.
— Эти камни многое повидали на своем веку.
— Здесь все пропитано смертью. — Неожиданно в их беззвучный разговор вмешалась Майи.
— Ты что имеешь в виду? — спросила Рош.
— Я ощущаю эхо живущих рядом людей, — ответила похитительница. — Они не входят в город. Люди не забыли страданий и боли — и думают, что здесь обитают шелай.
Майи почувствовала, что Рош её не поняла, и ответила на вопрос, прежде чем та сумела его сформулировать: — Духи, призраки, квацина, джезу… — Объяснения прекратились, как только Рош сообразила, о чем идет речь.
— А ты можешь узнать от них что-нибудь полезное?
— Нет. Их разумы смущены, они ослаблены.
Рош почувствовала, как по спине у неё пробежал холодок.
Не больны, а ослаблены. Чем-то.
Низкий неприятный гул отвлек её от разговора. Она подняла голову и увидела, как тяжелые створки раздвинулись на метр, а потом остановились. Эммерик проскользнул в образовавшуюся щель, жестом пригласив остальных следовать за собой. Кейн подозрительно принюхался и вошел следующим. За ним двинулись Веден и Майи, оставив Рош в полном одиночестве в холодном ночном воздухе.
Мрак сомкнулся над ней, когда она нырнула в узкий проход, темноту нарушало лишь слабое тепловое свечение шагавших впереди людей. Эхо помогло Рош определить, что коридор немного шире, чем узкий дверной проем, но почти такой же высоты. Ей вспомнилось долгое путешествие по подземному туннелю, однако здесь гнетущие ощущения оказались сильнее — быть может, из-за того, что коридор не был освещен.
Прошло несколько минут, и Веден что-то удивленно проворчал, а Рош напряглась. Затем она сообразила, что Веден и Эммерик, а вслед за ними Кейн и Майи начали подниматься.
Через секунду она почувствовала, что пол уходит вверх. Очевидно, вход предназначался для машин, поскольку подъем был крутым, а на стенах не нашлось перил. Рош с трудом сохраняла равновесие, понимая, что одной рукой ей не удержаться.
Примерно через двадцать шагов подъем прекратился, и они оказались перед очередными дверьми. Эммерик, шагнув вперед, принялся возиться с магнитным замком древней конструкции. Рош ощутила покалывание в имплантантах — включилось мощное силовое поле, — и массивный барьер скользнул в сторону.
Они вышли из туннеля на площадь на окраине города.
Жемчужный свет Обители, пронизывающий пыльный воздух, казался ярким после сумрака туннеля. Рош оглянулась и сообразила, что они оказались внутри стены — из чего следовало, что её толщина составляет не менее тридцати метров.
Поверху шли крытые галереи с мощными укреплениями — очевидно, там когда-то располагались орудия. Все здесь было продумано, построено на века — и город действительно сумел пережить не одно столетие. Рош восхитилась древними создателями стены, да и со стратегической точки зрения она не увидела никаких ошибок.
От площади в разные стороны расходилось пять широких улиц. Здания выглядели массивными и приземистыми, с закругленными углами и куполообразными крышами — архитектура, характерная для военных поселений Доминиона. Время и ветер наложили на дома свой отпечаток, в остальном они не пострадали. Все двери открыты, окна совершенно темные. При отсутствии ветра на площади царила непривычная тишина.
Оторвав глаза от ближайших домов, Рош заметила в центре города две одинокие башни. Теперь до них оставалось около двух километров, и они производили поразительное впечатление. Меньшая достигала в высоту около ста метров, вторая казалась метров на двадцать выше; впрочем, пыль скрывала их верхушки. Следует отметить, что все остальные строения в городе были одно — или двухэтажными. Башни расположились примерно в десяти метрах друг от друга, в окружении строительных лесов, словно кто-то начал их реставрировать, но не успел, поскольку обитатели покинули город.
Нет, напомнила себе Рош, город не умер. Ведь Эммерик. намеревается здесь с кем-то встретиться.
— Куда? — спросил Кейн, показывая на расходящиеся в разные стороны улицы.
— По второй слева. — Голос мбатана звучал глухо, казалось, он с трудом сдерживает волнение. — Пожалуйста, идите по улице и постарайтесь ничего не трогать. Я вас скоро догоню.
— Нам угрожает опасность? — Кейн с подозрением посмотрел на темные дверные проемы.
— Нет. — Эммерик отрицательно покачал головой. — Дело не в этом.
Рош вдруг догадалась, что тревожит мбатана. Внимательно осмотрев тихие улицы, она заметила, что песок забивает все щели и углубления — возможно, нога человека не ступала по ним десятилетия, а то и столетия; даже воздух показался ей чистым, неподвластным влиянию внешнего мира, хотя и не без привкуса всепроникающей пыли. Город превратился в музей, хранящий память о тех, кто жил здесь когда-то. А они своим присутствием нарушают его гордое одиночество.
И снова Рош переборола любопытство и заставила себя идти вперед, желая наконец добраться до цели путешествия. Остальные следовали за ней, их неторопливые шаги эхом отражались от безмолвных стен. Кейн замыкал процессию, внимательно вглядываясь в неподвижные тени. Рош также оставалась настороже, но скорее по привычке, она сомневалась, что они кого-нибудь встретят на пустынных улицах. Однако её беспокоило, что она не слышит уверенных шагов Эммерика. Кроме того, оружие осталось у мбатана — что тоже не слишком радовало.
Рош, не оглядываясь, шагала вперед. Существовали и другие способы выяснить, что здесь происходит.
— Что он делает, Майи? — спросила она, когда они отошли достаточно далеко от мбатана.
— Я не знаю. — В голосе суринки слышалась усталость. — У него очень эффективная защита от эпсенса.
— А ты чувствуешь кого-нибудь еще? Например, людей, которые должны нас встретить?
— Очень слабо. Однако они где-то поблизости. — Майи явно колебалась. — Похоже, они нас ждут. Возможно, узнали, что двери открылись.
Рош вздохнула: — Ящик? У тебя есть карта города?
— Только данные воздушной разведки.
На дисплее в левом глазу Рош, на фоне тускло освещенной улицы, возникло зернистое изображение: снимок города, сделанный с большой высоты. По изображению перемещалась яркая точка.
— Это улица, по которой мы движемся. Обрати внимание: она сворачивает перед тем, как выйти на центральную площадь.
Рош посмотрела вперед, пытаясь увидеть поворот.
— Сколько еще?
— Километр, может быть, немного больше. — Изображение увеличилось и стало ещё более зернистым. — Посмотри, лесов на снимке нет.
— Очень нечеткая картинка. Не могу ничего разглядеть. А ты?
— Итак, докладываю: лесов нет, хотя я не знаю почему.
— Значит, снимок сделан до того, как их построили.
— Это понятно, Морган. — Неужели в голосе ИИ Рош услышала негодование? — Вот что меня интересует: зачем они нужны сейчас и почему без них обходились раньше?