Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 260 из 281

— Ты поправляешься неожиданно быстро. — Голос бывшего капитана «Аны Верейн» доносился с одной стороны, а не отовсюду, как ожидала Рош. Оглядевшись, она увидела голограмму Каджика, удобно устроившегося в кресле. На его лице появилась довольная улыбка.

— Переломы срослись, — продолжал Каджик, — а ткани заживают с солидным опережением графика. И хотя автохирург считает, что ты сможешь двигаться не раньше, чем через двое суток, я не удивлюсь, если он снимет гипс через восемь часов, а ходить ты сможешь через сутки.

— Действительно, очень быстро, — сказала Рош.

— Как я уже говорил, твое выздоровление идет много быстрее, чем ожидалось. Я попытался разобраться в причинах и выяснил, что здесь не обошлось без нанотехнологий. Такое впечатление, что кто-то тебе сильно помог. Сейчас уже нет, но когда тебя доставили…

Рош задумчиво кивнула, опасаясь вызвать у него подозрения.

— Наверное, мне просто повезло.

Он улыбнулся.

— Все в порядке, Морган. После событий на станции «Форпост» я догадался, что Ящик не погиб. Тебе столько раз удавалось спастись в самый последний момент! Немного подумав, я сообразил, что он скорее всего находится внутри твоего тела.

Ящик послал нам сообщение, когда тебя похитили, и каким-то образом поддерживал в тебе жизнь, пока не подоспел Кейн. Я прав?

— Да, — ответила она. — Но сейчас он мертв.

— Ты уверена?

— Ты же сам сказал, что нанотехнологий уже не влияют на процесс заживления. Только так можно было засечь присутствие Ящика — вот почему он не хотел, чтобы меня осматривали на «Флегетоне». Тщательная проверка обязательно обнаружила бы его. И если ты сейчас не находишь его следов, значит, его больше нет.

— Мне очень жаль, Морган, — вздохнул Каджик.

— Не стоит, Ури, — сказала Рош. — Он лгал и манипулировал мною, и я до сих пор не знаю, каким было его истинное предназначение. Может быть, в конечном счете мне без него будет лучше.

— Возможно. — Каджик немного помолчал, и его голограмма на мгновение потускнела. — Ты об этом хотела со мной поговорить?

Рош вздохнула.

— Ури, мне нужно принять решение, которое окажет влияние на судьбу миллионов, может быть, даже миллиардов людей, — сказала она.

— Относительно врага?

— Да.

Рош задумалась о том, как получше сформулировать вопрос, но потом решила говорить прямо. Весьма вероятно, что Каджик воспримет ее слова как метафору. Она и сама не очень верила, что все это всерьез.

— Если бы ты нашел способ уничтожить всех врагов, — медленно проговорила она, — что бы ты сделал?

— Мое решение зависело бы от ряда обстоятельств.

— Каких?

— Например, каковы мои цели.

— Спасение Древнего Человечества! — выпалила Рош и тут только поняла, насколько смешно звучат ее слова. Она нахмурилась. — Их совсем немного, Ури, но их метод натравливания нас друг на друга может сработать.

— Задай себе вот какой вопрос, Морган: почему они так поступают? Быть может, у них есть серьезные причины — или они полагают, что такие причины есть. Тот, кто их создал, считал, что у него имеются все основания натравить их на нас.

— Возможно, основания были пятьсот тысяч лет назад.

Человечество прошло долгий путь. Неужели мы должны отвечать за преступления, совершенные нашими далекими предками? Я понимаю, они — оружие мести, но почему не выбрать какой-нибудь другой способ?

— Я совершенно с тобой согласен, но, если они запрограммированы на нападение…

— Именно: они запрограммированы. И не способны действовать вне рамок своей программы. Но разве это делает их правыми?

— В войне нет правых и виноватых, Морган. Есть лишь целесообразность, эффективность и способность — которые не имеют никакого отношения к эмоциям и морали. Войны выигрываются или проигрываются без оглядки на человеческие ценности. В результате достойные побеждают так же часто, как и те, кто не имеет права на победу. Милосердие состоит в том, что одна сторона знает, что может уничтожить своего противника в любой момент. Без этой уверенности милосердие теряет смысл. Только самые могущественные могут позволить себе роскошь прощать.

На лице Рош появилась короткая улыбка.





— Ты вновь напомнил мне моего старого учителя тактики.

Каджик улыбнулся в ответ.

— В конечном счете, Морган, тебе не помогут никакие теории. Наступает момент, когда решение необходимо принимать самостоятельно. Когда нужно действовать. Война в такой же степени инстинкт, как и высокая мысль. Если бы мы больше думали, войн вообще не было бы.

— В каком смысле?

— Выбор за тобой, и я не чувствую за собой права давать советы. Если ты и в самом деле знаешь, как уничтожить врага, то я тебе не завидую. Не думаю, что я смог бы принять подобное решение. Мне не хватает широты мысли.

Рош нахмурилась.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Речь идет о том, что в некотором смысле я подобен врагу. Меня запрограммировали таким образом, что я должен повиноваться определенному набору правил. — Его изображение пожало плечами. — Я не помню своей предыдущей жизни.

Возможно, я был таким же, как сейчас. Но теперь меня интересует лишь «Ана Верейн» и люди, которые находятся на борту корабля..

— Что ж, — заметила Рош, — хорошо, что мы в надежных руках.

— Морган, я с радостью покинул бы эту систему и никогда сюда не возвращался, чтобы больше не подвергаться опасностям. Но я знаю, что мы не можем так поступить, пока не разберемся с врагом. Меня не удивило бы сообщение о том, что за пределами Солнечной системы разгорелись серьезные военные конфликты. Очень скоро, если мы не решим проблему здесь и сейчас, во всей галактике не останется безопасных мест.

— Будь я уверена, что все сведется к ситуации «они или мы», — сказала Рош, — было бы гораздо проще. Или существовала бы возможность переговоров, чтобы мы сумели найти другое решение, или…

Рош смахнула пот с лица, почувствовав страшную усталость, но она не собиралась отдыхать. Ей хотелось побыстрее добраться до финиша.

— Ты говорил кому-нибудь о Ящике? — спросила она.

— Нет, конечно, нет.

— И не говори. Впрочем, теперь это уже не имеет значения.

Рош опустила голову на постель, и автохирург решил, что следует расположить кровать горизонтально. Рош не стала возражать, закрыла глаза, а сверху положила руку, чтобы защититься от льющегося с потолка света. Мысли лениво ворочались в ее сознании. Как же их много, столько всего еще нужно сделать, а сил почти не осталось…

Когда час спустя Рош проснулась, то вспомнила, что ей снился приятный сон. Она превратилась в растение, поглощающее питательные вещества и превращающее их в клетки, которые постоянно росли. Она существовала; она была. Исчезли все страхи и сомнения, Рош наслаждалась уже только тем, что она есть…

Затем к ней вернулись воспоминания о решении, которое ей предстояло принять, и она поняла, что происходит.

— Майи?

— Да, Морган. Это я, — ответила девушка, и в ее голосе Рош не заметила ни малейших сожалений. — Ты в этом нуждалась.

— В самом деле? — пробормотала Рош, вытягивая свободную руку и поднимая голову. Теперь она уже чувствовала под гипсом свои конечности. — Мне и в самом деле лучше.

— Так и должно быть. Терапия эпсенса помогает процессу обратной биологической связи лучше, чем другие схемы лечения.

— А ты когда-нибудь занималась лечением?

— Нет. Я попробовала в первый раз. Наверное, дело в Ящике, как и предположил Ури.

Рош вновь опустила голову на постель.

— Могу я кое о чем тебя спросить, Майи?

— Конечно, Морган.

— Почему вы не могли найти мой след, когда меня похитили?

— Я не знаю. — Девушка ответила сразу же и совершенно искренне. — Даже если бы я знала, где тебя искать, то нашла бы лишь бледную тень. Казалось, ты спряталась, ушла в себя. Я не могла действовать активнее, поскольку Леммас сразу же меня заметил бы, но в любом случае я должна была что-то заметить.

Рош вспомнила о белой сфере, которая защищала ее от палача Леммаса.