Страница 217 из 281
— Не волнуйтесь. Я вернусь раньше.
Они встали, и Ансуриан вышел из комнаты. Дверь с шипением открылась, а затем щелкнул замок. С внутренней стороны Рош не удалось отыскать ни ручки, ни замочной скважины.
— Не нравится мне все это, — проворчала Рош.
Майи сняла шлем и сделал вдох.
— Гейд говорит, что система внутренней безопасности здесь совсем примитивная, в особенности учитывая, что мы благополучно миновали пушки, расставленные по периметру. Он утверждает, что сумеет сюда прорваться и освободить нас минут за десять.
— Скажи ему, что он переоценил свои силы. Ему понадобится по меньшей мере пятнадцать.
— Он предлагает тебе заключить пари.
— Ни за что.
— Он говорит: «Тогда не вини нас, если мы явимся слишком поздно и не сможем вас спасти».
Рош улыбнулась.
— Ничего другого я от него и не ожидала. Ему просто завидно, что мы не взяли его с собой.
Майи не стала с ней спорить.
Ожидание казалось бесконечным. Раньше Рош не задумывалась о том, сколько тратит времени на изучение сведений, поступающих в базу данных «Аны Верейн». Возможности защитного комбинезона с точки зрения электроники достаточно ограниченны, и, хотя Ящик имел доступ к огромному количеству информации, она по-прежнему не до конца ему доверяла и сомневалась, что он всегда сообщает ей то, о чем она его просит.
— Ты веришь тому, что сказал Ансуриан? — спросила она У ИИ.
— Его рассказ совпадает с данными, которые мне удалось получить через службу новостей, но это вовсе не означает, что он не лжет. Честно говоря, его история звучит не слишком убедительно. Однако мне известно, что информация, касающаяся личности Ансуриана, действительно изъята из файлов системы безопасности, а его отношения с дочерью всегда отличались исключительной теплотой. Если с нами разговаривал не Ансуриан, придется найти ответ на вопрос, который волнует многих: почему Альта Ансуриан убила своего отца, причем безжалостно и без всяких на то оснований?
— По-моему, это не наше дело.
— Наше — до тех пор, пока у нас имеются причины придерживаться этой гипотезы.
— Значит, для тебя речь идет всего лишь о гипотезе?
— Естественно, Морган. В настоящий момент я могу только строить предположения.
Рош решила прекратить разговор. Беседовать с Ящиком, когда ему скучно, совсем не просто. Так недолго и головную боль заработать. Но она и сама не могла сидеть без дела — Рош ненавидела скуку. Спать нельзя, есть не хочется. Она слишком напряжена, и желудок вряд ли сможет справиться с концентратами, имеющимися в запасах комбинезона.
— Ты можешь показать мне, что происходит снаружи? — спросила она у Майи.
— Конечно, — ответила девушка. Она легко коснулась сознания Рош, затем чуть усилила давление. — Не бойся, Морган.
Я не собираюсь полностью подчинять тебя себе. Я только покажу, как я вижу окружающий мир.
Рош заставила себя расслабиться. В конце концов они уже несколько раз делали нечто подобное — на планете Сиакка, до того, как Майи дала ей слово никогда больше не проникать без позволения в ее сознание. А еще в тех случаях, когда Майи показывала Рош, что чувствует кто-то другой. Эти впечатления всегда поражали Рош своей яркостью и невероятной четкостью, казались живыми, словно были ее собственными.
На мгновение у Рош возникло ощущение, будто она видит отражение Майи, поскольку смотрела своими глазами и одновременно своими глазами через Майи. Но этот эффект тут же исчез. Рош больше не видела мир таким, каким привыкла, — Майи перебралась на другой объект.
Теперь Рош смотрела на окружающее глазами женщины, которая ремонтировала воздушный фильтр, расположенный где-то за пределами Зала «Во, чуть дальше по коридору. Однако уже в следующую секунду Майи выхватила из толпы курьера, спешащего доставить посылку. Затем последовала быстрая смена образов, картин, увиденных самыми разными людьми — они продвигались все дальше в глубь станции. Майи ни разу нигде не задержалась больше, чем на несколько секунд — как только им удавалось обнаружить чье-то открытое сознание, они тут же перебирались в другое.
И никто ни разу не понял, что их коснулась похитительница, потому что Майи обращалась с ними мягко и деликатно и тут же старалась оставить, чтобы не вызвать подозрений и не напугать. Впрочем, Рош знала, что она может быть безжалостной и жалить, точно оса.
Рош забыла про Ансуриана и положение, в котором они оказались. Когда они с Майи путешествовали по станции, она вдруг поняла, что восприятие образов, которые показывает ей Майи, еще не все — помимо них существует другой уровень, но описать свои ощущения словами не смогла бы. Поскольку Рощ ни разу не сопровождала похитительницу в качестве добровольного пассажира, она не имела возможности оценить сложность того, что делает Майи.
Каждое сознание вдруг на мгновение теряло ориентацию, поскольку старые образы и звуки сменяли новые. И тогда Рош успевала увидеть проносящееся мимо эн-пространство — теоретическое царство, в котором правила похитительница. Получалось, будто заглядываешь в мысли существа, использующего звук и эхолокацию, а не зрение, чтобы видеть то, что находится вокруг.
Майи находилась в самом центре вселенной, а разумы остальных людей казались выступами на плоской равнине — только в трех измерениях. Одни из них тянулись вверх, точно острые пики, другие представлялись крошечными бугорками на поверхности. Рош интуитивно поняла, что эти образы не имеют никакого отношения к умственным способностям людей в «реальной» жизни. Уровень интеллекта, способность к эпсенсу, да и сам внешний вид человека здесь ни при чем. Просто, все люди отличаются друг от друга своими физическими характеристиками.
Когда они путешествовали между сознаниями, словно обходили остров, осторожно наступая на камешки, разбросанные в воде, Рош все больше и больше удивлялась картинам, которые видела между остановками. В конце концов она попросила Майи показать ей мир похитителя без привнесенных туда извне впечатлений.
И вдруг Рош потеряла ориентацию.
— Меня удивляет, что ты смогла увидеть мой мир, — сказала Майи. — За годы, что мы провели с Веденом, ни разу не случилось ничего похожего. А раньше ты не демонстрировала таланта к эпсенсу.
— А это талант? — задумчиво проговорила Рош, стараясь заставить себя успокоиться.
Как большинство детей СОИ, она мечтала, что во время полового созревания выяснится, будто природа наделила ее способностью к эпсенсу. Жизнь прошедшего обучение похитителя отличается от жизни обычных людей, и тут никого не волнует — сирота ты или нет. Оказаться нужной, побывать в разных системах, погружаться в чужое сознание по приказу правительства или чтобы выяснить какие-то личные вопросы…
Рош мечтала об этом, но оказалась в данной области совершенно бесталанной.
— Полагаю, нет, — признала Майи. — Но мне еще не приходилось встречать человека, способного увидеть эн-пространство и не умеющего проникнуть внутрь него.
— Значит, я урод.
— Может быть, счастливая случайность, — поправила ее Майи. — Звучит приятнее.
— Где Ансуриан? — спросила Рош, которой захотелось увидеть разум, закрытый щитом.
Майи подвела ее к месту, где находилось сознание Ансуриана. Но увидеть Рош удалось лишь крутые закругленные края глубокого кратера. Как Майи ни старалась, она не могла проникнуть внутрь или заглянуть за стену.
— Похоже на крепость, — заметила Рош. — Просто поразительно, Майи. Пошли дальше.
Они пронеслись по всей станции, и Майи показала Рош самые разные сознания — открытые, а также те, что обладали способностью к эпсенсу и не имели такого таланта, пострадавшие от применения эпсенса и наделенные диковинными наростами, тянущимися в эн-пространство, которым Майи не находила никакого объяснения. Она только сказала, что встречала такие раньше, но они не имеют практического применения.
Рош следовала за ней — счастливая ученица, которая радуется своему новому умению.