Страница 143 из 281
Помехи исчезли не полностью, но Рош услышала голос Гейда:
— У тебя за спиной, Морган! За спиной!
Рош навсегда запомнит унидофандр сборщика таким, каким она увидела его в тот день.
Он грозно высился над ней, словно биомеханическая звездная рыба, окруженная мерцающим сиянием — почти тридцать метров в поперечнике, — и медленно снижался в слабом притяжении луны. А еще он напоминал сердитую плащеносную ящерицу. Ближе к центру располагались дюжины тянущихся в ее сторону суставчатых «рук». А из самого центра на нее был направлен ослепительный лазерный прожектор, даже визор шлема полностью не компенсировал его яркий свет.
Унидофандр оседлал ионный луч, а сполохи белого огня озаряли поверхность луны.
Рош отступала, сборщик преследовал ее. Сенсоры зарегистрировали радиосигнал, наложившийся на передачу Гейда.
— Идентифицируйте себя, — потребовал холодный искусственный голос.
Рош направила свой мощный арсенал на источник лазерного света. Теперь ей удалось разглядеть центральный кокон, в котором мог длительное время находиться и жить человек.
— Вы идентифицируйте себя, — ответила она.
И тут боковым зрением она заметила появление еще одного унидофандра. Он почти сразу же направил в ее сторону свой лазерный луч, работающий на другой частоте.
— Идентифицируйте себя!
Скафандр Рош зашипел, предупреждая, когда третий луч — на сей раз сверху — ударил в визор. Еще немного, и придется полностью его затемнить — в противном случае она просто ослепнет.
— Идентифицируйте себя!
Рош устало вздохнула. В окружении трех унидофандров дерзить не слишком разумно.
— Морган Рош, — ответила она, — в прошлом командир Разведки СОИ и капитан независимого корабля «Ана Верейн».
— Корабль Дато? — Голос, исполненный враждебности, принадлежал человеку.
— Только по конструкции. Он больше не состоит на службе у Военного Совета.
— Как вы можете доказать, что говорите правду?
— Вам следовало задать этот вопрос себе, прежде чем начинать допрашивать меня.
— Вы правы, — в разговор вмешался женский голос, в котором слышался смех. — Зачем вы сюда прилетели?
— Я ищу тех, кто уцелел.
— Почему? — В мужском голосе звучала неприкрытая подозрительность.
— Мы получили сигнал бедствия.
— Мы его не посылали.
— А кто-то послал. — Рош с трудом сдержала гнев. — Но главное — мне необходимо понять, что произошло в этой системе, чтобы подобного не случилось в других.
— Усилия, достойные всяческого одобрения, — заявил первый голос. — Ваше начальство должно вами гордиться.
— Я уже сказала, надо мной нет никакого начальства.
— Вы прибыли сюда на курьерском корабле СОИ, на вас скафандр Разведки СОИ — и вы хотите, чтобы мы поверили, будто вы на них не работаете?
— Мне все равно, верите вы мне или нет, — заявила Рош. — Неужели для вас имеет значение, на кого я работаю?
Манипуляторы в центральной части одного из унидофандров зашевелились.
— Я считаю, что ее следует прикончить, — послышался упрямый мужской голос.
— Перейди на закрытый канал, идиот. — Смех в голосе женщины исчез.
Некоторое время сборщики игнорировали Рош, лишь легкое покачивание манипуляторов и антенн говорило о том, что они совещаются. Очевидно, унидофандры вели себя так же, как обычные тела — каждый обладал характерной жестикуляцией. Лишь лазерные лучи оставались направленными в визор скафандра Рош.
Прошла минута, и Рош полностью затемнила шлем, перейдя на искусственную систему внешнего обзора. Гейд постоянно посылал сквозь помехи повторяющийся сигнал, чтобы она знала — он готов вмешаться в любой момент. Это успокаивало, но Рош хотелось обойтись без его помощи. Она понимала, что необходимо добиться доверия со стороны сборщиков, не используя силы.
Сборщики слегка переместились. Рош напряглась, приготовившись к нападению. Однако два из трех лазеров выключились, а спустя несколько мгновений погас и третий.
— Ты предстанешь перед кворумом, — заявил второй сборщик.
— Я не сдвинусь с места до тех пор, пока вы не уберете помехи и я не переговорю со своей командой.
— Вы не в том положении, чтобы ставить условия, — вмешался третий сборщик.
— Последний раз повторяю, Юл, — перебил его второй голос, — заткнись и не мешай мне вести переговоры. Она хочет нам помочь.
— Да, я бы хотела, — вставила Рош. — Насколько это в моих силах и если вы мне позволите.
— Именно. Меня зовут Идил, а это Юл и Эли.
Теперь, когда лазеры были отключены, Рош смогла как следует разглядеть унидофандры. Идил покрасила свой в оранжевый цвет, который в ярком свете больше походил на розовый.
Четыре серебристые полосы шли вдоль центральной части унидофандра Юла, а у Эли дом-скафандр напоминал ромбоэдр.
— Мы из гребня «Долгий Путь». Аудитор Бирн разрешает вам вести переговоры, но корабль, на котором вы прилетели, не должен менять орбиту. Если же он приблизится к нашим» гребням, мы вас атакуем.
Рош довольно крякнула, когда помехи исчезли. Она воспользовалась тем же закодированным каналом, по которому ранее с ней связался Гейд.
— Амейдио? Ты меня слышишь?
— Слышу, — ответил Гейд. — Все в порядке?
— Да. Они хотят отвести меня куда-то для переговоров.
Ничего не предпринимай до моего возвращения.
— Сколько ждать? — спросил он.
Она задала тот же вопрос сборщикам.
— Пару часов, — ответила Идил. — Или вечность. Если кворум решит, что мы не нуждаемся в вашей помощи, мы можем не отпустить вас.
Рош сомневалась, что сборщики сумеют справиться с ее скафандром, но ей совсем не хотелось проверять это на практике.
— Дай им три часа, Амейдио, а потом действуй по собственному усмотрению.
— Договорились.
— И если к тебе обратится Ящик, скажи, чтобы он сидел тихо. Мы не хотим, чтобы драйв попал не в те руки.
— Я понял, — ответил Гейд. — Если кто-то меня атакует, я уберусь отсюда подальше. Но прежде попытаюсь войти с тобой в контакт. Ты знаешь, куда они тебя поведут?
— К одному из гребней, наверное. Они не сказали ничего определенного.
— Буду держать каналы связи открытыми.
Рош переключила свое внимание на сборщиков. Все три унидофандра были обращены в ее сторону, казалось, они не спускают с нее глаз.
— Ладно, — сказала она, приготовившись активировать двигатель скафандра. — Полетели.
Однако вопреки ее ожиданиям, они полетели не вверх, а вниз.
Как только Рош последовала за Идил в шахту, связь с Гейдом прервалась. Она продолжала слышать регулярное попискивание передатчика корабля, но оно превратилось лишь в далекое эхо, словно шахта поглощала сигнал и создавала помехи, после чего импульс отражался сразу от дюжины разных мест. Рош не знала, что произойдет, если она попытается вызвать Гейда. Возможно, все пройдет нормально, а может быть, он и вовсе ее не услышит.
Теперь поздно беспокоиться об этом.
Рош старалась не отставать от Идил, заметив, что антенны унидофандра спрятались внутрь — очевидно, чтобы не зацепиться о стены шахты. Ее спутники, замыкавшие небольшую группу, несомненно, сделали то же самое. Шахта освещалась прожекторами трех унидофандров и скафандра Рош — и теперь У нее появилась возможность разглядеть внутренности луны. Примерно через сотню метров гладкая скальная поверхность исчезла, дальше стены приобрели цвет бронзы, хотя материал вполне мог оказаться и чем-то другим. На глубине ста пятидесяти метров ствол шахты резко повернул, сначала вверх и влево, а потом снова вниз и дважды вправо. Расстояния между поворотами все время менялись. Перемещаться здесь было совсем непросто, приходилось пользоваться двигателями или отталкиваться руками — сборщики использовали манипуляторы, — чтобы корректировать курс. Довольно скоро Рош потеряла ориентировку, словно оказалась в гигантской системе трубопроводов.
Они свернули в туннель, совершенно темный и широкий.
Потом миновали два перекрестка и только на третьем начали подниматься «вверх». Рош не удалось заметить никаких отметок или указателей — лишь бесконечные туннели, пересекающиеся внутри луны.