Страница 46 из 51
Ну да, потому что газета районная… Может быть, мне прислали одну из соседок?
Вряд ли, просто быстро реагируют… Почти как «скорая помощь»…
Всё, что последовало, я бы не стал стенографировать ввиду очевидной банальности, если бы девушка не прервалась вдруг и не произнесла эту фразу…
Но она вдруг схватила мои руки, заставила меня отпустить её голову, выпустила изо рта мой член и сказала:
— Послушай, я же всё-таки не резиновая кукла. Не надо так. И глубже всё равно я не буду, есть норма в сантиметрах, установленная профсоюзом, я её чётко соблюдаю…
После чего она продолжила свою работу и довела её до конца…
Кончил я, может быть, не совсем так, как мне хотелось бы, но это уже мелочи…
Дело было не в этом, во всяком случае, после того, как я эякулировал… Нет-нет, совсем не в этом…
Фишка была в том, что была у меня раньше девочка с резиновым бочком…
И теперь эта шлюха напомнила мне всё сразу, и на уровне тактильных ощущений, и на уровне образов, которые сразу же закрутились в голове таким водоворотом…
Шутки шутками, но одной фразой, произнесённой в процессе blow-jobbing’a…
Эта девушка вызвала всю цепочку образов, которые вели меня в омут… Где маленькая Дженни торчала в воде головкой вниз… И болтала в воздухе ножками…
Я почувствовал, что вступаю в ту самую воду…
Я не сочиняю… Я даже поднял ногу и посмотрел на свой носок…
И попросил шлюху немного задержаться.
Сорри… Я бы никогда не назвал её так, если бы она внешне хоть немного соответствовала своей благородной профессии.
Но Сюзи была похожа на студентку технического университета…
Ну или на работницу бухгалтерии…
У неё был очень маленький нос и золотистые дальнозоркие очочки, которые она снимала во время работы…
Расплатившись, я предложил ей посидеть ещё немного, выпить со мной скотча или пива…
Поколебавшись, она прошла вслед за мной в гостиную…
Взгляд её остановился на большой чёрно-белой фотографии…
Ахим был снят снизу — в момент приземления…
Сюзи быстро обернулась ко мне и сказала:
— Это что, твой отец?
— Да, — сказал я, — похож я на него?
— Не знаю. Просто я его видела раньше по телевизору. Когда он разбился, его много показывали, и мне он запомнился. Как он летал с орлом через Гималаи…
— Это его друг… Который учился летать у своего орла… Ну хотя да, они вместе однажды перелетали, только не через Гималаи…
— И когда я прочла на твоей табличке его фамилию, я в первый миг подумала о нём… Но тут же вспомнила, что он разбился, и вообще, мало ли людей с такой фамилией…
— Например, я. Похож я на отца? Посмотри вот пока другие фотографии, а я принесу выпивку, — я протянул ей альбом.
— Даже не знаю, — сказала Сюзи, когда я вернулся из кухни, — я плохой физиономист.
— При чём тут… Ну а что же ты учишь в университете?
— Откуда ты знаешь, что я что-то учу?
— Ну, может быть, я чуть лучший физиономист…
— Ты что-нибудь ещё хочешь?
— Пока нет.
— У меня не так много времени.
— Я заплачу по счётчику, ты не волнуйся.
— У тебя есть подруга?
— И да и нет[88].
— Это как?
Я чокнулся с ней, сделал глоток виски и объяснил, в какую игру в последнее время играла со мной моя бывшая.
По-моему, ничего особенного в этом не было, пол-Мюнхена так живёт. Но Сюзи, выслушав меня, серьёзно сказала:
— Так не годится.
— Ты так считаешь?
— Я вижу.
— Что ты видишь?
— Что эта женщина… Е…т твои мозги, — прости за резкость, но точнее я не могу сказать, хотя ты прав, я прослушала три семестра общей психологии… Тебе нужно сказать ей «нет». Или поставить ультиматум. И если она не оставит своего друга, тебе нужно завести себе другую подругу.
— Может, лучше кошку? — сказал я, но она пропустила это мимо ушей.
— Это не дело, возвращаться в прошлое, да ещё в такой унизительной роли. Тебе надо порвать с этой женщиной, пока не поздно, я чётко вижу такие ситуации, как на рентгене. Она е…т твои мозги.
Я был настолько удивлён этим внезапным проникновением в мою психику…
Что отказался от повторного, может быть, более глубокого, чем в прошлый раз… Проникновения. Скажем, в филейную часть Сюзи…
Тем более, что нормы могли быть установлены профсоюзом или там Евросоюзом, не только для фелляции…
Но и для миссионерской позы…
И вот она стояла в двери… Это было поразительно, она стояла точно как Штефи четыре дня назад… И говорила со мной таким хозяйским тоном… Который не позволяла себе даже Штефи…
— Подумай, когда я уйду, о том, что я тебе сказала.
Какой-то п…ц… Ну просто учительница… Задавшая домашнее задание…
— Я понял, понял, — послушно кивал я, — мне нужно искать новую подругу… Ну а что, если я… так сразу никого не найду?
— Ничего страшного, — улыбнулась она, — найдёшь. А если нет… Запомни: Сюзи всегда с тобой!
После чего она сделала реверанс, вручила мне свою визитку, повернулась и… Как-то совсем уже легкомысленно для представительницы столь почтенной профессии… Сбежала по лестнице… Забыв, что в моём доме есть лифт.
У меня в ушах после этого долго звучало это: «Сюзи всегда с тобой!»
Чередуясь с другой её фразой: «Я не резиновая кукла!»
Круги… на покрытой ряской воде… Болтающиеся в воздухе ножки…
Гостиница для новобрачных на острове посреди озера… Её уже, впрочем, почти стёрла из памяти всё та же вода…
Я бы, правда, добавил к этому ещё виски…
Но виски у меня в доме больше не было, выходить же на улицу мне совсем не хотелось, и, повращав в руке пустой квадратный стакан…
Я запустил его в стенку…
Проклятье, он не разбился — толстое стекло… Или я так ослаб, что…
Пробормотав «да пошли они все…», забрался наконец обратно в постель…
Где и проспал… Вплоть до третьего адвента.
9. Вылазка в свет, возвращение в бункер
Нельзя сказать, что я праздновал Сильвестер[90] в кругу случайных или незнакомых мне людей… Во-первых, меня туда позвали Флориан и Кристиан, а это уже две родные души…
И потом, после часа ночи там стали появляться другие знакомые физиономии…
Просто я пришёл туда в десять, а Флориан и Кристиан с Анкой и Сарой — в одиннадцать тридцать, поэтому полтора часа я и провёл… Не очень-то по-новогоднему…
Я никого там не знал, при этом в квартире Отто Лунсберга (галериста Флориана) были одни швуле[91], и вступать в контакт мне не хотелось… Во всяком случае, самому заговаривать с кем-то…
Я ничего не имею против швулей, я же не из Сибири туда пришёл… И даже не из Польши…
Но сочетание двух факторов: полное отсутствие, во-первых, женщин и, во-вторых, гетеросексуалов… заставило меня замкнуться в себе…
И на меня там нашла такая безумная тоска, что я уже думал было уходить… Когда раздался звонок, Отто открыл дверь, и в квартиру влетели Флориан, Кристиан и две… львицы полусвета, которых я, кажется, уже видел однажды…
Но мне почему-то хочется вспомнить сейчас полтора часа, проведённых мною в одиночестве — посреди однополой толпы…
Пустые мальчики с как будто пустыми бокалами — на самом деле у всех было налито белое вино, — грациозно переминающиеся с ноги на ногу…
Впрочем, очень может быть, что я неправ, расчёсывая их под одну гребёнку… Может быть, не все были «голубыми», почём я знаю… Просто Флориан сказал мне заранее, что все гости, помимо тех, кого приведут с собой они с Кристианом, будут швули… А так — я не проверял…
88
В оригинале: «Jein».
89
«Есть только две вещи: пустота и обведенное «Я»…» — строчка из стихотворения Готфрида Бена (в вольном переводе).
90
Немецкая новогодняя ночь.
91
Гомосексуалисты (нем.).