Страница 30 из 64
- Вико, вы остолоп, каких свет не видывал, - злобно прошипела я в ответ. - Неужто вам не пришло в голову, что я пытаюсь спасти свою жизнь от Ремо, а вовсе не пробираюсь к вашей постели? Всего несколько часов назад я наблюдала своими собственными глазами за тем, как Гако Эттани продает меня господину Ремо Альмасио, в придачу к Флорэн, и обещает не вмешиваться, что бы господин Ремо с нами не сотворил.
- Ах, вот как! - процедил сквозь зубы Вико.
- Именно так, - огрызнулась я. - А вы, я вижу, снова недовольны. Охотно уличаете меня в низости, а стоит мне поступить честь по чести - злитесь, что я не столь подла, как вам казалось. Не отрицайте, что вас неприятно удивила моя внезапная помолвка на свадьбе сестры - ведь вам хотелось, чтобы я оказалась не столь уж благородна по отношению к ней, не так ли? Спасая свою жизнь, я решаюсь на другой недостойный поступок - и вновь заслуживаю лишь оскорбления из ваших уст всего лишь потому, что пытаюсь не пасть еще ниже.
Вико глубоко вздохнул и закрыл глаза, видимо, пытаясь взять себя в руки.
- Годэ, - наконец произнес он, пристально глядя на меня. - Я, Вико Брана, прошу у вас прощения за свою грубость. Мне тяжело даются разговоры с вами, каюсь. Скажите одно: вы пришли сюда лишь потому, что ненавидите Ремо?
Конечно, мне следовало соврать, и ответить на его вопрос утвердительно. Ведь если бы я призналась, что меня волнует его судьба, Вико бы уверился в том, что я извожу его глупым жеманством, не желая поступиться сразу из пустого женского тщеславия. Но я не могла обмануть его, ведь и впрямь испытывала странную привязанность к этому человеку. То была хитрая ловушка, состоящая из сложного переплетения моих же собственных чувств, и я не знала, как из нее выбраться.
- Вы сделали все, Вико, чтобы я не смогла признаться в каких-либо теплых чувствах к вам, - промолвила я, сделав над собой усилие. - Помните, вы спрашивали, что такого было в моем покойном муже, чего я не могу найти в других мужчинах? Так вот, весь секрет заключался в том, что вверившись ему, я не чувствовала себя униженной или проигравшей. В вашей же игре есть только охотник и добыча. Стоит жертве замедлить бег, как она становится трофеем, которым охотник хвастается перед друзьями да множит свою гордость. Для меня любовь - это союз равных, для вас - свидетельство слабости женщины перед мужчиной. Даже сейчас, когда я пришла к вам как друг, вы сразу же унизили меня, начав искать игривое притворство в моих словах. Что следовало мне сделать, по вашему мнению - отдаться вам на диване, который еще хранит тепло тела другой женщины?.. Как я могу сблизиться с вами - человеком, чья репутация чернее, чем эта ночь за окном? Вы никогда не дадите мне того, что я ищу, Вико, оттого я никогда не отвечу вам "да". Лишь еще раз повторю - вы в опасности, постарайтесь сохранить свою жизнь, и тем самым помочь мне.
Вико выслушал меня молча, лица его я не видела, ведь каждое слово давалось мне с таким трудом, что я предпочла не подымать на него глаз. Затем я почувствовала, как ослабела его хватка, и смогла освободить руки. Так же молча он отступил от меня на несколько шагов и отвернулся, о чем-то задумавшись.
Я, неловко вернув берет на голову, переступила с ноги на ногу и неуверенно произнесла:
- Мне давно уж пора возвращаться... Простите, что нарушила ваши планы на сегодняшнюю ночь.
От мысли, что мне придется вновь пересечь зал, переполненный разгоряченными и полубезумными людьми, я ощутила, как моя спина взмокла. Вряд ли мне повезло бы во второй раз, ведь за то время, что я разговаривала с Вико, было выпито немало бутылок вина. Даже сейчас я слышала отголоски пьяных криков и истошного женского визга. Но выхода у меня не оставалось, Вико все так же безмолвно стоял в стороне, словно забыв о моем существовании, а перед глазами у меня был маятник часов, отсчитывающих минуты до рассвета. Опустошенная и подавленная, я шагнула к дверям.
- Дьявол вас побери, - пробормотал Вико. - Подождите, я оденусь и провожу вас. Я не могу взять в толк, как вы вообще сюда смогли добраться, а ведь вернуться вам будет куда сложнее.
И он принялся искать свою куртку.
- ...И не вздумайте в испуге цепляться за мою руку, - напутствовал он меня напоследок. - Да, репутация моя уж давно смердит точно навозная куча, но если я у всех на глазах буду миловаться со столь омерзительно выглядящим юношей, то это ее доконает. Сделайте милость - никогда больше не носите мужскую одежду. Есть дамы, которые в подобном виде приобретают некоторую пикантность, но вы - совсем другое дело.
Я с благодарностью кивнула, не решаясь произнести ни слова. Мне казалось, что любой изданный мной звук может вновь вывести Вико из себя, и он пинками выгонит меня из комнаты, как давешнюю девку, тут же выкинув из головы все мысли о моей дальнейшей судьбе.
Ступая за ним след в след, я шла по залу, вжав голову в плечи от страха. Вико несколько раз окликнули, он отмахнулся с пренебрежением. Затем женщина, в которой я узнала ту самую, чьим забавам с Вико я помешала, метнула в меня обглоданную кость, злобно выкрикнув: "Что б тебе провалиться, мелкий ублюдок! Откуда тебя черти принесли?.." Вико коротко велел ей заткнуться, потом подозвал к себе какого-то человека из числа прислуги и сказал, что вынужден отлучиться на некоторое время из дворца. Тот кивнул и ответил, что найдет господину коня, если удастся растолкать конюхов.
- Я... я не умею ездить верхом, - пискнула я, когда Вико уселся в седле и протянул мне руку.
Вико только скорбно покачал головой, помогая мне взобраться на коня. Я очутилась позади него, вцепившись в куртку. К счастью, конь трусил по улицам Иллирии неторопливо, и мне удалось даже ни разу не свалиться, хоть я и отчаянно ерзала, не в силах найти удобное положение.
Один раз нам навстречу из темной подворотни вышло несколько человек, чье недоброе молчание явно указывало на суть их намерений. Вико, ни слова не говоря, наполовину вытащил из ножен свою шпагу. Звук обнажающегося оружия был знаком грабителям, один из которых, сплюнув себе под ноги, наградил нас потоком глухой брани и вместе со своими спутниками скрылся в ночной тьме, явно не желая связываться с вооруженным человеком.
- Я слышала, вы не особо ловки в обращении с оружием и избегаете драк, - брякнула я, сама не зная зачем.
- Да уж, совершенно никчемный человечишка, - отозвался Вико. - То ли дело Ремо Альмасио!..
Я виновато вздохнула, понимая, что и в самом деле носиться со мной вовсе не было долгом Вико, и он мог отнестись к моим затруднениям куда равнодушнее, так что мне не стоило искушать судьбу.
- Простите за бестактность, - сказала я, когда поняла, что больше Вико ничего говорить не намерен. - Вы все же духовное лицо, вам ведь вообще оружие носить не положено...
- О, благодарю вас за снисходительность, госпожа Годэ, - откликнулся Вико.
- Вико, - взмолилась я, - я и в самом деле не желала вас никогда обидеть. Если какие-то мои слова показались вам несправедливыми, я прошу прощения, но ведь вы видите, что я всего лишь пыталась быть честной с вами...
- Да вы еще и необычайно щедры, одаривая меня своей честностью сверх меры! - еще более едким тоном произнес мой спутник.
Коня Вико оставил неподалеку от дома Эттани, пробормотав: "Непременно уведут. Хорошо, что эту клячу не так уж жаль". Вместе мы подошли к старому ореху, растущему под моим окном. Вряд ли у меня получилось бы самой взобраться обратно. Если бы Вико не вызвался меня проводить, боюсь, поутру мне пришлось бы стучаться в двери собственного дома, что было равносильно самоубийству.
- Ну и как вы собирались вернуться? - спросил Вико. В голосе его звучали нотки, свидетельствующие о том, как он утомился удивляться моей бестолковости.
- Не знаю, - призналась я. - В тот момент мне казалось самым важным вас предупредить, об остальном я не думала. Вико, я очень прошу вас - не появляйтесь в храме! Сообщите своей семье о заговоре, не позвольте Ремо Альмасио причинить вам вред!..