Страница 46 из 56
— И что, все живы? — изумился Рогволод.
— А чего с ними станется? — пожал я плечами, — Они же к нам приходят, не скрывают о себе ничего. Поэтому, выдаём их домашним амулет 'Сонник'. Как сорвался, так сразу жена или кто там, усыпит его и за жрецом отправляет. А жрецы знают, что надо делать. Потом учат управлять своим даром берсерка. Я же говорю, Яромир у нас всего два раза сорвался, потом научился по желанию это состояние берса вызывать. У других то же самое.
— Чудеса, — изумлённо проговорил Рогволод, — И долго этому учить?
— Своим хочешь поспособствовать? — понятливо кивнул я, — Нет проблем. За недельку управятся. Яромир их позлит, а жрецы полечат. Поспособствуешь, Яр?
— Конечно Князь. Да я уже начал, — ухмыльнулся Яромир, многозначительно постукивая кулаком о ладонь. И мы понимающе рассмеялись. Глядя на смотревшего на нас Рогволода, пояснил:
— Чтобы обучить берса контролировать свой дар, его нужно много раз доводить до этого состояния. Пока он к нему не привыкнет. У нас поступают просто, бьют морду берсу, он звереет, его вырубают, потом снова бьют морду, снова звереет — снова вырубают… И так много, много раз. Пока он не научится по своему желанию впадать в это состояние и выходить из него. Ну и когда он этим овладеет, он перестаёт терять разум, как это бывало до этого. Становится сильным, ловким, не чувствует боли, но жажды убийства всех подряд у него уже нет.
— Значит, этот дар можно тренировать, как обычное воинское умение? — спросил Рогволод.
— Конечно, — ответил я, — Но при одном условии. Что рядом будут те, кто сможет удержать берса — не убив его и те, кто сможет его лечить. О тех берсах, которые сами научились держать свой дар в узде, я не слышал. Слишком сильно их безумие. Их или убивают свои или они гибнут в бою. Но за своих берсов не беспокойся, вон Яромир уже начал лечение.
В этот момент, на ристалище, с рёвом бегал один из полоцких воинов, размахивая кулаками, гоняясь за хохочущим Яромиром. Изредка останавливаясь, Яр наносил воину удары кулаками по лицу или туловищу и снова начинал бегать по кругу, отпуская разные шуточки. Доктор, мать его…
Понаблюдав за ними некоторое время, Рогволод спросил:
— Он его не зашибёт?
— Кого — его? Хотя, без разницы. Нет, тут никто никого не зашибёт. У Яромира амулет Щита включен, его достать не получится. А твоего воина, он погоняет какое‑то время, потом вырубит. Потом твоего берса вылечат, накормят и снова на ристалище. Ему привыкнуть надо к своему состоянию, ну да про это я говорил. Когда привыкнет, то думать начнёт, а не безумно бросаться на всё что шевелится. Ну, тут смотреть не на что, пошли домой князь. Вон, видишь, народ тоже расходится. То дело долгое и скучное. Скоро Яромиру бегать надоест — тоже сменится, другой воин будет твоих берсов таскать по ристалищу. У нас всё это отработано давно. Да и поверь, они от этого не только дар смогут контролировать, они своё здоровье хорошо поправят. Столько лечебных заклятий получат, что как заново родятся.
Попрощавшись со всеми, мы отправились обратно домой, по пути рассказывая полоцкому князю о местной жизни, такой непривычной и такой интересной.
Дома наш разговор с берсерков и методов их обучения перекинулся на боевые возможности моей дружины вообще. Неоднократно участвующий в боях Рогволд, прекрасно осознавал, что такое наличие сорока берсерков в дружине. Но то, что обычный воин моей дружины по боевым качествам может превосходить берсерка, для него было откровением. Ценность магических амулетов, он ещё не смог оценить по достоинству, хотя понимал, что они дают огромные возможности для любого, кто ими владеет.
— Князь, купцы давно у меня покупают и растаскивают по разным княжествам мои амулеты, — объяснял я ему, — Удивлён, что до тебя они ещё не дошли, вроде недалеко от нас живёшь. Если ты чего‑то не видишь, это не значит, что этого нет. Посмотри вокруг себя. Всё в этом доме работает на магии. Она даёт и тепло и прохладу. Магия даёт свет, изгоняет насекомых, поддерживает чистоту и чистый воздух. Мы не используем дрова, печь тоже работает на магии. Этот дом, сам по себе огромный артефакт. Да что там говорить, погоди, наступит ночь, и ты увидишь, что улицы у нас освещаются магическими светильниками. Магия плотно вошла в жизнь каждого жителя нашего города.
Рогволод внимательно слушал, удивлённо, новым взглядом оглядываясь по сторонам. А толку‑то, магию обычным взглядом не увидеть. Кстати, раз он мой тесть, надо будет поработать над ним. Родня всё‑таки. Да и амулетами снабдить в достатке. Видно было, что Рогнеда отца любит, да и он с ней сюсюкается как с маленькой девочкой. А уж от внучки так и вообще, млеет. Подарков навёз кучу, Купаву не забыл и мне перепало. Хотя, нахрен мне все эти мечи и брони? Всё одно не ношу.
Наконец‑таки, под вечер, отправив женщин к себе, Рогволд перешёл к серьёзным разговорам. Выпытав подробности нашего похода в Киев, общения с князем Владимиром, Рогволд сказал:
— Чувство у меня не хорошее, Арес. Прознатчиков много появилось. Из Новгорода в основном и из Литовского княжества. Что‑то они зашевелились. Не к добру это…
— Хм… — задумался я, — Укоротить их не долго, если я сам этим займусь. Но, народ обидится.
— Народ обидится? На что? — удивлённо спросил Рогволод.
— Как на что? А трофеи? Добыча? Да и не унесу я много один, придётся не спеша, двумя дружинами идти.
— Почему двумя? И куда идти?!
— Так одна дружина пойдёт литовцев грабить, а мы с тобой Новгород навестим. Ты же не против?
— Хм… Я‑то не против, — обалдело смотрел на меня Рогволд, — Но вообще‑то я хотел попросить помощи, чтобы помог отбиться, если кто нападёт.
— Отбиться? Нет, князь, мы не отбиваться будем. Мы сами нападём!
Глава 19
Полоцк горел. Не так чтобы сильно, но дымил изрядно. Дым стлался над землёй, плачь и крики доносились со стороны, где в город успели втянуться новгородские дружины. Судя по всему, новгородская вольница не сильно утруждала себя сохранением города. Пришли, ограбили — сожгли, обычная тактика разбойников. Как скажет однажды один из французских королей — после нас хоть потоп. Вот и тут так же.
Местная столица не отличалась не размерами, не количеством населения. Как сказал Рогволод, населения насчитывалось тысяч пятьдесят от силы, а то и всего сорок. По этим меркам, наша бывшая деревня, скоро превратится в один из крупнейших городов всех княжеств. А года через два или три, так и Киев переплюнет. Может быть… Если темпы роста не снизятся. В Киеве, по моим подсчётам, максимум тысяч сто пятьдесят.
Проведя разведку, мы с моим штабом решили не сильно мудрить с тактикой. Возможности позволяли, поэтому повиснем на хвосте и войдём в город вслед за новгородцами. Количественно нас было меньше, наши четыре тысячи — против их семи тысяч. Войско большое, если учитывать, что Новгород не уступает Киеву не размерами не населением. Но учитывая нашу магию, противника у нас считай, что и не было. Да и подготовка отличалась. Наставники семь мотов и десять шкур с моих дружинников снимали на тренировках. И это не в переносном смысле, а в прямом. Через кровь, через боль, вбивая воинскую науку и дисциплину. А что им шкуры‑то не снимать, если всё равно вылечат?
После быстрого обмена информацией, наш походный воевода отдал команду и дружина, разделившись на несколько отрядов, ворвалась в горящий город.
На сборы, у нас ушло всего два дня. По сравнению с прошлым походом, это был рекорд. Да и по всем меркам, это было нечто нереальное. Рогволод только головой покачал, типа — невозможно! Однако всё оказалось, возможным. Еруслан, Радомир и другие военачальники, на пинках гоняли своих подчинённых, хотя особо подгонять никого не надо было. Всё было давно готово, и народ с энтузиазмом воспринял моё решение пойти и немного поразвлечься. Воспоминание о добыче после похода на Киев грели душу дружинников и вызывали нешуточную зависть тех, кто не ходил с нами.