Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 24 из 27

Таким образом, RFC способствовала сохранению неплатежеспособных банков, обанкротившихся железных дорог, фермеров, получавших скудные урожаи на неплодородных землях, и предприятий, выпускавших продукцию, которую никто не хотел покупать.

Экономическая политика Гувера состояла в том, чтобы с помощью денег одних граждан финансировать благосостояние других. Публика в ответ бросилась в банки изымать средства, а иностранцы – требовать погашения долларовых банкнот золотом (после финансового краха Европы в банки США хлынул поток частного золота европейцев). Что им ответили руководители американского государства мы увидим ниже.

Новый Новый курс

По выражению английского историка Пола Джонсона, если Гувер был социальным инженером, то Рузвельт – социальным психологом. Проблема состояла в том, что ни тот, ни другой не понимали смысла и не отдавали себе отчета в последствиях своей экономической политики.

После победы на выборах 1932 года выяснилось, что, кроме обаяния личности Рузвельта, администрация не располагает практически никаким значимым ресурсом. В этих условиях Рузвельт, обновив персональный состав вашингтонских ведомств, сохранил идейную составляющую политики, расширив набор применяемых средств.

Мы видели, что в норме кризис и спад означают выявление ошибок, сделанных на стадии бума. В фазе депрессии эти ошибки исправляются. Капитал и труд в ходе весьма болезненного процесса нащупывают новые сферы приложения, покидая те виды деятельности, проекты и регионы, которые оказались несостоятельными, как только спала эйфория. Депрессия переходит в оживление, подчиняясь спонтанным силам рынка. Нечто подобное начало происходить и к началу 1933 года. Прибыли, зарплата, объемы производства и занятость, неравномерно (по отраслям и регионам) падая с докризисных уровней, достигли таких значений, при которых стало рентабельным расширять производство и нанимать дополнительных работников. К началу II квартала 1933 года депрессия сменилось совершенно явным оживлением. Уровень зарплаты работающих, достигнув минимума, начал расти (выплаты зарплаты в промышленности выросли на 35%). В то же время, поскольку цены за время, прошедшее с начала кризиса, упали, началось оживление в торговле. Зарплата «отправилась за покупками» – цены тоже стали расти, а запасы непроданных товаров – таять. Падение цен на основные потребительские товары в предшествующий период привело к оживлению спроса – с марта по июль 1933 года розничные продажи в магазинах, хотя и не достигли докризисного уровня, выросли на 23%. Предприниматели получили заказы и начали расширять производство – объем промышленного производства с марта по июль 1933 года вырос на 69%.

В середине июня 1933 года президент Рузвельт подписал принятый конгрессом Закон о восстановлении национальной промышленности, или NIRA (National Industrial Recovery Act). В соответствии с этим законом Администрации общественных работ поручалось истратить по профилю своей деятельности 3,3 млрд. долларов. Напомним, что с января 1932 года работала гуверовская RFC – суммарный объем кредитов банкам достиг 6 млрд. долларов.





Инициаторами разработки NIRA выступили отраслевые организации бизнесменов, в которых доминировали представители крупных компаний. Их целью было ограничение конкуренции со стороны малого и среднего бизнеса, а также закрытие «своих» рынков от чужаков. Высокие тарифы защищали их от иностранных конкурентов, и идея состояла в том, чтобы изобрести нечто подобное для защиты от конкурентов своих, американских. Предлагая этот закон, они стремились обеспечить себе административное установление цен и условий ведения бизнеса (число рабочих мест, часов работы, производственных площадей и т.п.) на таких уровнях, которые могли бы «потянуть» только крупные компании. Идеологи Нового курса-2 с восторгом восприняли эту идею. Она отвечала их идеологической установке – привнесению в стихию рынка «планово-инженерного начала». Новый закон, как мы увидим ниже, предоставлял широчайшие возможности не только статистикам, но и массе администраторов.

Механизмом для достижения целей NIRA в этой части были выбраны так называемые отраслевые кодексы. Все компании не сельскохозяйственного и нефинансового сектора (т.е. промышленные, строительные, транспортные компании, а также торговля и услуги) были разбиты на крупные группы («отрасли»), которые, в свою очередь делились на подотрасли. Для каждой подотрасли административно устанавливались все параметры деловой активности – объемы производства, уровень рентабельности, минимально допустимые цены. Рузвельтовские эксперты вдохновлялись образцами планирования в СССР и корпоративистском государстве Муссолини. К разработке NIRA были привлечены профсоюзы, вписавшие в отраслевые кодексы максимальную продолжительность рабочей недели, максимальную продолжительность рабочего дня и минимальные ставки заработной платы. Всего было подписано около 500 таких кодексов – по числу охваченных подотраслей – в совокупности накрывающих практически весь частный бизнес Америки.

Для проведения закона в жизнь и контроля за его исполнением был создан новый государственный специализированный орган с широкими полномочиями – Администрация национального восстановления, NRA (National Recovery Administration) Фактически NRA соединяла в своей деятельности законодательную (в части принятия кодексов), судебную (законом о NRA вынесение решений по фактам нарушений и отступлений от условий кодексов было изъято из ведения обычных судов) и исполнительную власть. Полномочия NRA в этой последней части простирались от вынесения предупреждений до блокирования банковских счетов, приостановки деятельности и принудительной внесудебной ликвидации компаний. Существенная часть государственного финансирования направлялась на содержание аппарата NRA на местах – ведь органы этого необычайного учреждения создавались не только в каждом штате, но и на местном уровне. Для успеха дела законодатели решили избежать правовой коллизии и в том же законе приостановили многие статьи антитрестовского законодательства, запрещавшего компаниям ограничивать конкуренцию, согласуя цены и уровни производства.

Приведем характерный эпизод, иллюстрирующий пафос и методы работы NRA. Портной из Нью-Джерси, некто Джек Мэгид был арестован, оштрафован и отправлен в тюрьму по обвинению в том, что он, осуществляя глажку костюмов, брал по 35 центов за костюм, в то время как отраслевой кодекс портных запрещает брать менее 40 центов. Дело получило известность благодаря журналистам. Местный судья прочитал газеты, пришел в ярость, приказал освободить несчастного и распорядился отдать ему для глажки свои брюки.

По всей стране NRA столкнулась с тем, что суды, невзирая на закон NIRA, принимают к рассмотрению иски предпринимателей и выносят по ним оправдательные решения. При почти повсеместной поддержке органов местного самоуправления начал бурно развиваться черный рынок. Для реализации кодексов NRA завела собственную военизированную службу. Бизнес, особенно малый, подвергся настоящему террору. Сотрудники NRA проводили ночные рейды, взламывая двери цехов и мастерских, – они проверяли, не ведутся ли ночные работы, запрещенные кодексами. Обыски и изъятие бухгалтерии стали обычным явлением.

Между тем аппарат NRA увеличивался на 100 человек в день. Только в центральном аппарате трудилось 6 тыс. человек. Деньги текли рекой. Выпускники университета, начиная работать в NRA с зарплатой в 125 долларов в месяц, через полгода получали уже 375 доларов, не имея внятных обязанностей (средняя зарплата по стране была 117 долларов в месяц, учителя старших классов средней школы получали 97 долларов). Деятельность эмиссаров NRA парализовала бизнес. Начавшееся было оживление прекратилось. Промышленное производство с июля по декабрь 1933 года упало на 25%, рост продаж в магазинах прекратился (снижение на 1%), вновь стала расти безработица. Сенаторы (что интересно, от демократической партии), реагируя на протесты своих избирателей, подняли вопрос о расследовании деятельности NRA. Руководство NRA добилось, чтобы членов комиссии утверждал президент, а кандидатура руководителя согласовывалась с NRA.