Страница 46 из 65
Ничего не подозревавший Рамсес спокойно разбил лагерь у стен Кадеша. В центре поставили палатку для царя, вокруг расположилась стража, а дальше отдыхали воины. Только что подъехал обоз и привезли провиант, поэтому лошадей и колесниц в лагере было много. Рамсес распорядился устроить баррикаду из колесниц, поставив их плотным кольцом вокруг лагеря и повернув дышлами внутрь. Сторожевые посты были все на местах.
Вдруг один из часовых заметил, как к лагерю тихо подползли два шпиона. Он незаметно дал знать воину, находящемуся внутри лагеря; неожиданным ударом они оглушили врагов, обезоружили их, связали им руки сзади крепкой верёвкой я кривели к начальнику. Сначала пленники хранили молчание, но когда начальник приказал дать им сто палочных ударов и египетские воины начали их избивать, они признались, что Муваталла и вся его армия спрятаны позади города.
Немедленно об этом донесли фараону, и он, обеспокоенный тяжёлым положением своей армии, срочно созвал военный совет. Горько упрекал Рамсес своих начальников в неспособности вовремя обнаружить врага и велел самому визирю ускорить приближение отряда Пта. Царь знал, что отряды Амона и Ра находятся всего лишь в нескольких километрах от Кадеша, а отряд Сутеха отстал так далеко, что не было надежды на его приближение. Перепуганный вельможа лично отправился исполнять приказание фараона.
Пока Рамсес Совещался со своими вельможами и упрекал их в нерадении, многочисленные хеттские колесницы тихо перешли реку вброд и неожиданно появились с южной стороны от Кадеша. Они прорвали центр отряда Ра в то время, как он двигался вперёд в походном порядке. Хеттские колесницы врезались в ряды пехоты, и началось избиение. Командир отряда послал гонца, чтобы уведомить царя, но воины, бежавшие от преследования хеттов, прибежали раньше гонцов. Два сына Рамсеса, находившиеся в отряде Ра, первыми добежали до лагеря и в панике перескочили через баррикаду, а за ними по пятам неслись хеттские колесницы. Тяжело вооружённая личная стража Рамсеса отбросила первый натиск колесниц, но за ними на лагерь обрушился новый шквал — 2 500 боевых колесниц. Они быстро развернули фланги и окружили лагерь кольцом. Отряд Амона, усталый после форсированного перехода? без оружия и без военачальников, которые были на совете у царя, был настигнут лавиной врагов. Ошеломлённые неожиданным нападением, воины разбежались, многие кинулись в лагерь, где уже в панике метались бегущие остатки отряда Ра, А свежие силы отрядов Пта и Сутеха были ещё далеко, отрезанные массой вражеских колесниц. Казалось, для египтян не было спасения.
Терять было нечего, и Рамсес решился на отчаянный шаг: прорваться через кольцо и соединиться со своими южными колоннами. Он вскочил, — на свою боевую колесницу и при поддержке свиты и дворцового войска смело бросился навстречу хеттским колесницам. Неожиданная атака на мгновение задержала нападение хеттов и позволила Рамсесу продвинуться вперёд на запад. Но на прорыв с этой стороны не было надежды, слишком большие силы неприятеля были стянуты в этом месте. Всё-таки Рамсес заметил слабое место у противника: восточное крыло, расположенное вдоль реки, ещё не успело укрепить свою линию, и Рамсес неожиданно повернул туда. С мужеством отчаяния кинулись египетские войска на врагов, смяли их, и, застигнутые врасплох, хеттские воины были сброшены в реку.
Муваталла стоял на другом берегу во главе своей восьмитысячной пехоты и видел, как у него на глазах погибли его личный писец, телохранитель и родной брат. Царь города Алеппо был сброшен в воду, его вытащили воины уже наполовину захлебнувшимся и, раскачивая его за ноги вниз головой, еле привели в чувство. Но всё-таки у египтян надежд на спасение было мало. Помощь пришла совсем неожиданно с той стороны, откуда её меньше всего ожидали. Ворвавшиеся с запада хеттские колесницы неожиданно очутились перед царской палаткой, и воины, ослеплённые великолепием и богатством царя и его вельмож, бросились грабить. В это самое время небольшой отряд египетских войск, пришедший со стороны моря, проник в лагерь и со свежими силами накинулся, на грабителей. Почти все они были уничтожены. Новоприбывшие воины вместе с уцелевшими беглецами из рассеянного отряда Амона настолько увеличили силы Рамсеса, что у него явилась надежда продержаться до прибытия отряда Пта.
Шесть раз возобновлял свои атаки Рамсес и, наконец, заставил Муваталлу ввести в бой даже резерв из 1 000 колесниц. Только пехоту Муваталла держал в резерве на противоположном берегу Оронта.
Три часа продержались египтяне, отбиваясь от натиска хеттских колесниц. Наконец, к исходу дня, когда солнце уже склонилось к западу, показались штандарты отряда Пта, и хеттские колесницы, попавшие между двух вражеских линий, должны были отступить. С наступлением ночи хетты укрылись в городе, а Рамсес стал собирать своё рассеянное войско.
Велики были потер» Рамсеса в этой битве, и города Кадеша он взять не смог. Много и хеттских воинов легло на подступах к крепости. Много хеттов утонуло в реке, немало было перебито в египетском лагере, но прогнать Рамсеса им так и, не удалось.
Так вничью кончилась знаменитая битва при Кадеше, которая подробно записана в летописи Рамсеса.
Но война только началась. В Сирии и Палестине вспыхнули восстания, и долгих 15 лет продолжались военные действия между хеттами и египтянами, а конца им не было видно. В начале 16-го года войны умер Муваталла. На престол вступил его брат Хаттушиль III. Он был полон решимости продолжать войну с Египтом. Но для хеттов наступили тяжёлые времена. С севера на них напали воинственные горцы, на востоке их стала теснить Ассирия, и Хаттушиль вынужден был отправить в Египет послов с предложением заключить мир.
В 1296 г. до н. э. в Египет прибыло хеттское посольство с серебряной табличкой, на которой были выгравированы 18 параграфов мирного договора между «великим и доблестным вождём хеттов Хаттушилем» и «великим и доблестным правителем Египта Рамсесом». Цари клялись друг другу в верности, обещали оказывать один другому помощь в войнах с другими государствами и никогда не воевать между собой.
Серебряная табличка не сохранилась до наших дней. Но копия договора была высечена иероглифами на стене египетского храма в Карнаке, а клинописные копии на Глиняных табличках дошли до нас в нескольких экземплярах. Одна из таких табличек хранится в Государственном Эрмитаже в Ленинграде.
Финикия
Финикийские мореплаватели[66]
На восточном берегу Верхнего моря[67] протянулась сплошной стеной цепь Ливанских гор, покрытых от подножия до вершин могучими зелёными кедрами. Кое-где горы выдвигались вперёд, врезаясь в морские волны острыми мысами; в других местах они отступали, образовывая небольшие долины, покрытые свежей высокой травой, пестреющей белыми лилиями и лиловыми фиалками.
Давным-давно поселился на этом берегу народ, который сам себя называл хананеями. Египтяне называли их фенеху, а греки — финикиянами. Они пришли с берегов далёкого Нижнего моря[68]. На их родине было мало места — с юга и севера наступали другие племена. Пройдя через пустыни и степи, перевалив через Ливанский хребет, переселенцы оказались на берегу нового, незнакомого моря. Здесь солнце не восходило из морских вод, а, наоборот, опускалось каждый вечер в глубины моря. Здесь морские берега были не отлогими, а крутыми, и долго приходилось искать удобного спуска к морю.
Финикияне быстро освоились на новом месте. Они перемешались с малочисленным туземным населением и научили его своему языку[69]. Пропитания на новом месте было достаточно. Морские воды изобиловали рыбой. Из кедровых брёвен финикияне выдалбливали лёгкие челноки, выплывали, из маленьких бухт и опускали в морскую глубину сети, острогами били дельфинов, мелкую рыбу ловили удочками. В прибрежных лесах водилось много зверей. Смелые охотники с копьями в руках углублялись в чащу, поражали бурых медведей, свирепых кабанов и легконогих газелей.
66
Д. Г. Редер.
67
Так называлось в древности Средиземное море.
68
Персидский залив и Аравийское море.
69
Финикийский язык относится к группе семитических языков и очень близок к ассиро-вавилонскому, арабскому и особенно древнееврейскому.