Страница 18 из 60
Вскоре, в битве при Камбрэ, англичане использовали три сотни "бесполезных" танков. Они разгромили Вторую германскую армейскую группу. Многие специалисты утверждали впоследствии, что это стало поворотным пунктом Первой мировой войны.
Доктор Шрагмюллер изобрела несколько хитроумных кодов для передачи информации из Англии в ее штаб–квартиру. Вот пара примеров. Двое ее агентов, Маринус Джансен и Ганс Рооз, работали в Англии под видом представителей табачной фирмы "Дирке и Компания". "Дело", которым они занимались в задней комнате небольшого офиса в Лондоне, было организовано доктором Шрагмюллер еще до войны.
Британские почтовые цензоры часто испытывали – подозрения относительно множества писем, которые получал этот офис, и огромных заказов на сигары. Потребность в них была немыслимой. Еще более немыслимым было количество заказов из военно–морских портов – Портсмута, Чэтама, Девенпорта и Дувра. Эти заказы поступали к Джансену и Роозу, имевшим голландские паспорта. Затем пересылались в главный офис "Дирке и Компания" в Роттердам. Британские агенты в Голландии без особого труда установили, что роттердамская фирма являлась в действительности отделением организации доктора Шрагмюллер. Код, придуманный ею, был достаточно прост. Джансен и Рооз, к примеру, направляли телеграмму, запрашивая о высылке сигар: "10000 Гаванна", "4000 Ротшильд", "3000 Коронас". Телеграмма поступала из Портсмута. Это означало, что в его гавани находятся десять миноносцев, четыре крейсера и три линкора.
Джансен и Рооз были арестованы, приговорены к смерти и расстреляны.
Другой код доктора Шрагмюллер был связан с использованием филателии. Она направила двоих своих лучших агентов, Йозефа Маркса и "Сюзетту", подлинное имя которой так и не было рассекречено, в Лондон. Они имели фальшивые голландские паспорта, большую сумму денег и альбом марок. Код, который предложила им доктор Шрагмюллер, был позднее скопирован многими спецслужбами всего мира.
Иностранные марки символизировали собой военно–морские соединения, вооружение, порты, укрепления, боеприпасы и даже людей. Перуанская марка 1897 года, изображавшая мост в Паукартамбо, представляла военно–морской порт в Фертоф–Форте, марка, выпущенная в Гаити в 1904 году, на которой были нарисованы вооруженные люди, означала военное снаряжение. Марки Британской империи и французских колоний изображали те или иные условности кода. Немецкие шпионы лишь вставляли в нейтральный текст нужные цифры или указывали их в количестве марок, которые они хотели бы купить или продать.
Все это, на взгляд непрофессионала, представляло собой набор специальных терминов и жаргонных выражений, знакомых лишь заядлым филателистам. Таким приемом Иозеф и "Сюзетта" ухищрялись направлять специфическую информацию об оборонных силах Великобритании, но в конце концов Маркс был обнаружен и арестован британской контрразведкой. Он сказал своему следователю, что английская тюрьма теперь для него – единственно безопасное место, где он может укрыться от "этой женщины из Антверпена". Маркс был осужден, а "Сюзетту", хитроумную француженку, ученицу "Фрау Доктор", так и не удалось схватить.
Какова дальнейшая судьба "Фрау Доктор"? По одной версии она в 1934 году умерла в цюрихской богадельне, в Швейцарии, по другим данным знаменитая шпионка до своей смерти, последовавшей в 1940 году, жила в Мюнхене, где была профессором университета.
Эта знаменитая Мата Хари
Маргарет Гертруда Целле родилась 7 августа 1876 года в голландском городке Лаувардене в семье шляпного мастера. Вскоре отец разорился и куда–то исчез, мать умерла. Сироту взял на воспитание дядюшка. Девушка подрастала, и убогая провинциальная жизнь все больше претила ей. Она мечтала о приключениях, о дальних странах. Как–то раз, читая брачную газету, наткнулась на предложение руки и сердца некоего капитана колониальных войск Рудольфа Маклеода. Некоторое время спустя она уже в качестве его жены постигает экзотику сначала Суматры, а затем Явы. Муж проявил себя недобрым, жестоким человеком. Доведенный им до отчаяния денщик попытался отравить детей. Сын Норман погиб, дочь Гертруду едва удалось спасти. Не избежала жестокостей мужа и Маргарет. В 1903 году она уехала в Европу. Дочку муж отсудил и оставил при себе.
В Париже она устроилась наездницей в цирк, а вскоре перешла в эстраду, используя для этого не только несколько загадочную "восточную" внешность и прекрасную пластичность, но и некоторые познания в области ритуальных танцев дикарей Явы и Суматры. Директор цирка помог организовать ей выступление в великосветских салонах. Она взяла экзотическое имя "Мата Хари", точный перевод которого никому не известен, но разными авторами трактуется как "утренний" или "пробуждающийся" взгляд, или "око утра", или "глаз утренней зари", или что–то в этом роде.
Мата Хари
Невиданное зрелище восточных танцев, к тому же со стриптизом, потрясло предвоенную
Европу. Париж, Вена, Берлин, Амстердам, Рим, Монте–Карло лежали у ее ног. Деньги сами текли в кошелек Мата Хари, она приобретала виллы, ценные бумаги, потом, правда, все это куда–то исчезло, и она оказалась в долгах,, вынужденная сбегать от кредиторов. Пыталась поступить в гастролирующую в Европе труппу Дягилева, но безуспешно.
Видимо, сочетание всех этих качеств – таинственность, красота, связи в самых высоких кругах, нужда в деньгах – и привлекли к ней внимание разведок.
Но стала ли она шпионкой, и если да, то чьей и когда, и опять же, если да, то снабжала ли своих хозяев действительно ценной информацией или только числилась по "шпионскому ведомству" и получала от него деньги?
Кем была Мата Хари в действительности – шпионкой, авантюристкой, жертвой неправедного суда, кому она служила? На вопрос гипотетического следователя: "На кого вы работаете? " – она могла бы, пожалуй, честно ответить: "На себя", и была бы недалека от истины.
Постараемся, однако, рассмотреть хотя бы несколько из многочисленных существующих версий.
По одной из них считается, что Мата Хари стала немецкой шпионкой еще задолго до войны 1914 года, сразу же после развода с капитаном Маклеодом, когда ей впервые понадобились собственные средства, хотя бы и скромные. В пользу этой версии говорит тот факт, что у германской разведки она значилась как "агент Н–21", а буквой "Н" обозначались лишь старые, довоенные агенты. Тем же, которые были приобретены после начала военных действий, присваивался индекс "AF". Других подтверждений этой версии нет, а ведь немцы, несмотря на свою педантичность, могли и сварьировать, присвоив ей, например, какой–нибудь резервный псевдоним. Во всяком случае, сведений об утечеке в Германию через Мата Хари каких–либо довоенных французских секретов обнаружено не было.
По другой версии, в июле 1914 года, за несколько недель до начала военных действий, Мата Хари выехала из Парижа в Германию, где ее и застала война. В день объявления войны танцовщицу видели завтракающей в ресторане с главой берлинской полиции. Это впоследствии и явилось основанием утверждать, что она им–то и была тогда завербована. Сама же Мата Хари дает этому факту весьма простое объяснение. На суде она показала: "В Германии полиция имеет право цензуры над театральными костюмами. Меня находили слишком обнаженной. Префект зашел осмотреть меня. Тогда же мы и познакомились".