Страница 15 из 60
Элизабет опускала свои донесения. Прислуга, производя уборку, вынимала донесение и относила его на ферму Ван–Лью. Правда, эта театральность имела и юридический смысл: в случае провала служанка могла смело клясться на Библии, что никаких поручений от мисс Ван–Лью не имела и никаких документов от нее не получала.
Элизабет всегда считала, что нужно не уходить от опасности, а идти навстречу ей. Одно время военным комендантом заключенных военнопленных был капитан Гибс. Элизабет удалось поселить его с семьей в своем доме в качестве постояльцев и долгое время пользоваться его протекцией. Иногда поступки "Безумной Бет" действительно выходили за рамки разумного. Когда военное министерство южан с целью укрепить свою кавалерию стало конфисковать лошадей из частных конюшен, Элизабет спрятала свою последнюю лошадь в кабинете, а чтобы заглушить стук копыт, обвязала их соломой.
Однажды Ван–Лью оказалась на грани провала. Один из агентов "северян" оказался провокатором и выдал южанам всех, с кем был связан. Однако люди, которых он предал, не выдали ее.
Перед падением Ричмонда по просьбе Элизабет ей переправили федеральный флаг. Когда войска южан оставили город, на улицы вышла бушующая толпа, и одним из объектов ее ненависти стал особняк Ван–Лью. Но Элизабет смело вышла навстречу толпе, в которой были и ее разъяренные соседи.
– Я знаю вас, Том, ... и вас, Билли, ... и вас, Джон, ... и вас, ... и вас. Через час здесь будет генерал Грант, и если вы причините хоть малейший вред этому дому или кому–нибудь из проживающих в нем, то ваши собственные дома запылают еще до обеда.
Толпа образумилась и разошлась. А вскоре передовой отряд "северян" вошел в столицу южан. Его встречал развевающийся над домом Ван–Лью большой федеральный флаг.
Дальнейшая жизнь Элизабет Ван–Лью была мрачной и безотрадной, хотя генерал Грант, ставший президентом, высоко оценил ее заслуги, обратившись к ней от имени правительства и армии Севера: "Вы слали мне самые ценные сведения, какие только получались из Ричмонда во время войны". Президент Грант назначил ее почтмейстером Ричмонда. На службе ее вынуждены были терпеть, но общество, которое она "предала", до конца дней не простило ей этого.
За услуги, оказанные ею армии федералистов, она не получила ни одного цента. Более того, ей даже не возместили понесенных ею затрат. После ухода президента Гранта с поста она была понижена в должности – стала мелким чиновником министерства почт, а затем лишилась и этого скромного зарабока.
Последние годы "Безумная Бет" прожила в нищете. За ней преданно ухаживали верные негры, такие же жалкие бедняки, как и она.
Серенада в честь "южанки"
Звездой конфедератского шпионажа безусловно можно назвать мисс Белл Бойд. Американский романист Джозеф Хергесхеймер писал о ней: "Мисс Белл Бойд была поистине пленительна в кринолине".
Эта прирожденная авантюристка, для которой опасные для жизни военные приключения были хлебом насущным, родилась в семье федерального чиновника в Мартинсберге, штат Вирджиния.
В июле 1861 года, когда уже шла гражданская война, ей только исполнилось семнадцать лет. Ее родной город Мартинсберг был захвачен "северянами". Однажды солдаты пытались водрузить над домом семьи Бойд федеральный флаг. Мать Белл воспротивилась этому и пыталась захлопнуть дверь перед их носом. Тогда федеральный унтер–офицер силой распахнул дверь и наговорил матери грубостей. Белл не выдержала этого и, по ее собственным словам, "...вскипела негодованием, выхватила пистолет и выстрелила в него. Его унесли смертельно раненным, вскоре он умер".
Федеральные офицеры произвели вежливое расследование случайного убийства и, приняв во внимание возраст мисс Белл, признали его неумышленным.
Безнаказанность воодушевила мисс Белл, которая внушила себе, что она сильнее "янки". Вскоре она стала работать на разведку южан.
У корреспондента "Нью–Йорк Геральд" и федеральных офицеров, разместившихся в доме семьи Бойд, над которыми Белл явно издевалась, она без труда выуживала самые последние военные новости. Она переправила в штабы "южан" множество рапортов и донесений.
К 23 мая 1862 года она собрала чрезвычайно важные сведения о предстоящем наступлении федеральных войск: объединенные силы генералов Банкса, Майта и Фремонта должны были обрушиться на войска генерала Джексона. Эти сведения требовалось переправить срочно, не тайком, ночью, а средь бела дня. Она демонстративно нарядилась в темно–синее платье, белый чепчик и накрахмаленный передник, в таком виде прошла через боевые порядки федеральных войск и оказалась на нейтральной полосе под огнем. По ней стреляли из ружей, вокруг рвались снаряды – один из них разорвался в семи метрах от нее, сыпались осколки, но она благополучно прошла через это и призывно махнула своим белым чепчиком солдатам Первого Мэрилендского полка и Луизианской бригады, которые радостными возгласами приветствовали ее и приняли в свои объятия.
Генерал Джексон, которому немедленно доставили важное донесение, отнесся к нему со всей серьезностью: этот человек, в отличие от многих других, умел ценить усилия разведки и поступающую от нее информацию. Он сразу же принял меры – сконцентрировал на нужном направлении все свои отряды и разбил наступающие части "северян".
Вскоре девушке было вручено послание:
"Мисс Белл Бойд!
Благодарю Вас от имени моего и всей армии за огромную услугу, которую Вы оказали сегодня Вашей Родине.
Всегда Ваш друг Т. Д. Джонсон, командующий южной армией ".
После этого феноменального успеха Белл Бойд продолжала оказывать помощь армии "южан". Но вскоре она допустила роковой промах, доверив свое донесение агенту Севера. Оно было вручено военному министру Федерации Стэнтону, который тут же направил сыщика федеральной разведки Криджа для ареста Белл Бойд и ее доставки в Вашингтон. Крилж, грубый и жестокий человек, никак не поддался чарам .юной красавицы и в точности исполнил приказ.
Однако Белл повезло. Некоторое время спустя ее обменяли на арестованного на Юге шпиона "северян". Белл отправили в столицу Конфедерации Ричмонд, где для ее встречи был выстроен караул, а вечером под ее окнами городской оркестр сыграл серенаду.
Дальнейшая судьба очаровательной шпионки – это типичный хэппиэнд. Она отправилась в морское путешествие, побывала в Англии, где встретилась с федеральным морским офицером Уайльдом Хардингом. Его чувства к ней оказались столь сильными, что он, не задумываясь, вышел в отставку, и вскоре мисс Бойд стала миссис Хардинг. Она ни в коей степени не стыдилась своей славы "шпионки мятежников" и прожила многие годы в довольстве и известности, проведя ряд выгодных турне для чтения лекций о своих подвигах.
Первая мировая война
Лоуренс Аравийский
Одна из самых блестящих и романтических фигур в истории разведки – это сэр Томас Эдвард Лоуренс. Он был равнодушен к женщинам и деньгам. Он любил только себя и Британскую империю, которым верно служил. О себе он сказал: "Я в общем–то похож на пешехода, который ловко увертывается от автомобилей, движущихся по главной улице".