Страница 52 из 75
«Боги пучин, и вы, о моря властители, ветры,
Волны, что клоните мне слабую голову ниц, —
Что похищаете вы мои бедные юные годы?
60 Долго я простирал руки к смятенным валам.
Горе кидает меня к зимородкам на острые скалы!
Вот уж трезубец подъял бог голубой на меня.
Лишь бы волны меня к италийскому брегу примчали, —
Счастьем уж было бы мне — к матери мертвым приплыть!»
65 Водоворотом крутясь, те мольбы поглотила пучина.
Тщетные, были они словом последним его.
Вы, о сто дочерей Нерея, девы морские.
Ты, о Фетида, сама знавшая матери скорбь.
Вам бы рукой поддержать его подбородок усталый:
70 Телом своим бы не мог он ваших рук отягчить.
Ты же, о злой Аквилон, моих парусов не увидишь:
Праздным в могилу сойду возле дверей госпожи.
Сладкой мне ссора была при мерцанье вчерашних светилен.
Милым — неистовый звук злых обвинений твоих.
Что, разъярясь от вина, тебе опрокидывать столик,
Буйной рукою в меня полные кубки швырять?
5 Нет! Ты в волосы мне вцепляйся пальцами злее,
Ногтем изящным сильней мне расцарапай лицо,
Выжечь глаза мне грозись, швырнув мне в лицо головнею,
И обнажи мою грудь, платье на ней разорвав.
Этим покажешь ты мне несомненные признаки страсти:
10 Только ведь в этом видна в женщине мука любви.
Если женщина вдруг начнет бушевать и браниться, —
Та у богини любви будет валяться в ногах,
Если за милым следить подсылает она провожатых
Иль как менада за ним по переулкам бежит,
15 Если ревнивые сны постоянно терзают бедняжку
Или портреты других мучат красавиц ее, —
Я тех душевных тревог безошибочный истолкователь:
В них я нередко встречал признаки верной любви.
Верности прочной там нет, где ее не питают измены,
20 Только врагу посулю милую с вялой душой.
Пусть на шее моей укусы сверстники видят,
Пусть им докажет синяк близость любимой моей.
Мучиться сам я хочу в любви или слышать о муках,
Слезы увидеть свои или же слезы твои.
………
………
………
25 Если бровями подчас ты выскажешь тайное слово,
Или же пальцами ты скрытно беседу ведешь
Мне нестерпимо, когда мне вздохи спать не мешают:
Вечно желал бы бледнеть я перед гневом твоим.
Жарче Парис пламенел, когда, несмотря на сраженья
30 С греками, мог он внушить страсть Тиндариде своей.
Пусть данайцы громят и буйный упорствует Гектор, —
Он же, Елену обняв, большие битвы ведет.
Или с тобою самой иль с соперником буду я биться
Вечно ради тебя: мира не надобно мне.
35 Радуйся: по красоте нет равной тебе, ты страдала б,
Если б такая нашлась, ныне по праву гордись.
А у тебя, кто сплетал вкруг ложа нашего сети,
Вечно пусть в доме сидит тесть, да и теща при нем!
Если ж ночная тебе и досталась добыча, как вору, —
40 Это со зла на меня, а не от страсти к тебе.
Отпрыск царей, Меценат, из этрусского племени всадник,
Вечно желающий быть собственной ниже судьбы,
Что посылаешь меня в необъятное море писанья?
Нет, для таких парусов мал мой убогий челнок.
5 Стыдно себе возлагать непосильную на плечи тяжесть
И отступать, когда груз ноги в коленях согнет.
Каждое дело не всем в одинаковой мере подходит,
И не на всяком холме равный пылает огонь.
Слава Лисиппу477 за то, что живые ваял он фигуры,
10 Хвалится мне Каламид478 лепкой прекрасных коней;
Ликом Венеры достиг Апеллес вершины искусства,
Мелочью всякой себе место Паррасий479 снискал;
Много разных картин на сосудах Ментор480 чеканил,
И увивает аканф скромную Мия481 тропу.
15 Костью слоновой одет у Фидия вышний Юпитер,
Славу Пракситель снискал мрамором отчих Афин.482
Тот победную ветвь добывает элидской квадригой,
Резвостью бега себе славу стяжает другой.
Этот для мира рожден, а тот для военного стана:
20 Следует каждый тому, что от природы дано.
Я же твои, Меценат,483 наставления в жизни воспринял,
Твой же поможет пример мне опровергнуть тебя:
Римский сановник, ты мог бы на форуме ставить секиры,484
Властью своею в суде произносить приговор,
25 Мог бы свободно пройти сквозь копья мидян ратоборных
И украшать свой дворец пленным доспехом врага, —
Так как на подвиги те дает тебе Цезарь и силу,
И без помехи всегда льются богатства к тебе, —
Все же уходишь ты в тень, себя выставляя ничтожным,
30 Сам подбираешь края бурей надутых ветрил.
Верь мне, решеньем таким ты сравнишься с великим Камиллом,485
Имя твое у мужей будет звучать на устах;
С Цезарем вместе пойдешь единой дорогою славы:
Верность твоя, Меценат, — вот твой бессменный трофей!
35 Робкий, крылатой ладьей я моря не рассекаю.
Но безопасно плыву вдоль по реке небольшой.
Кадма твердынь не пою, упавших в отеческий пепел,
Или похода семи, равно погибших в бою.
Скейских не славлю ворот,486 ни пергамских твердынь Аполлона,
40 Ни возвращенья судов после десятой весны,
После того как прошел Паллады конь деревянный
С греческой вражьей сохой высью нептуновых стен.
Хватит с меня, если тем, кому мил Каллимах, я понравлюсь.
Песню свою на твой лад, косский поэт,487 запою.
45 Юношей пусть они жгут, и девушек жгут эти песни,
Пусть меня богом сочтут, пусть воздадут мне почет!
Будь мне вождем, воспою Юпитера битвы: как небу
Кей с Флегрейских вершин,488 Эвримедонт угрожал,
Или как римлян быки паслись на холме Палатинском,
50 Стены могу описать — гибелью Рем их скрепил, —
Или царей-близнецов,489 вскормленных грудью волчицы:
От повелений твоих да возрастет мой талант.
Вслед колесницам пойду, с двух сторон триумфы несущим,
Стрелы лукавых парфян, в бегстве забытые, петь,
55 Лагерь Пелусия петь, разрушенный римским железом,
Тяжкий Антония рок — гибель от собственных рук.490
Ты, покровитель благой, браздами направь мою юность
И при отъезде подай добрый напутственный знак.
Слава моя, Меценат, — только быть под твоим руководством;
60 Сам ты повинен, что я лишь подражаю тебе.
Я удивлялся, о чем мне поведают нынче Камены,
Встав перед ложем моим, чуть загорелся восток.
День рожденья они мне милой моей возвещают,
Рукоплесканьем тройным благостный подали знак.