Бархатный капкан

Девушка скрылась, но впечатление осталось, и оно отразилось на лице у Глеба. Рудольф Автандилович это заметил.

— Аллочка, моя секретарша. Понравилась?

Он правильно все понял, но Глебу не хотелось признаваться в своих симпатиях.

— Ну, таких много…

— Видел бы ты, как она «гоу-гоу» танцует!..

— Она еще и у шеста зажигает?

— По настроению. Девочка она веселая, разогреть ее нетрудно, — загадочно улыбнулся Казаян.

Заинтригованный Глеб кивнул. Аллочка действительно занятная штучка, и он хотел бы видеть ее своей секретаршей. А еще у него в штате будут администраторши, официантки, стриптизерши.

А с бандитами Глеб разберется. Если надо будет за крышу заплатить, сопротивляться не станет. Раз уж так заведено, то без проблем. Но если у него попытаются отобрать клуб, то пусть Роберт пеняет на себя. С беспредельщиками у Глеба разговор короткий.

Глава 4

Договора купли, продажи, выписки из кадастрового реестра, доверенности, разрешения — все это уже не имело особого значения. Ключевым фактором были свидетельства на право владения землей, постройками. Свидетельства, выданные регистрационной палатой.

— Спрячь это все так, чтобы ни одна живая душа не нашла, — сказал юрист, передавая Глебу закрытую на замок кожаную папку.

Глеб не стал пускать дело на самотек и обратился в юридическую контору. Сергей Протас энергично взялся за дело, проверил законность основания сделки, взялся за оформление и регистрацию документов. И так ловко у него все это получилось, что Глеб нисколько не жалел о выплаченных комиссионных.

— А чего так?

— Да так, — Протас подал плечами и отвел в сторону взгляд.

— Ты что-то знаешь? — Глеб впился в него взглядом.

— Что я знаю?

— Что ты знаешь про клуб?

Глеб кивнул на закрытое кафе с яркой стильной вывеской. Холодно на улице, ветер с гор ледяной. Сейчас бы в тепло и горячего чего-нибудь бы похлебать. Можно было бы и в клубе перекусить, но Глеб туда пока не торопился. Вдруг там уже братва его ждет, а сейчас ему не хотелось портить себе настроение.

— Да так, есть одна проблемка, — переступая порог, невесело сказал Сергей.

— Поговорим.

Глеб хлопнул по плечу своего армейского друга, пропуская его вперед.

С Левой Саватеевым он тянул солдатскую лямку полтора года. Как запряглись с ним после учебки, так и тащили службу до самого дембеля. Лева и пригласил его к себе на побывку, с тех пор Глеб и грезил Лазурным. Но дембельнулись они уже давно, четыре года назад. С тех пор Глеб и повоевать успел, и на приисках побывал, а Лева за это время женился, дочь у него маленькая. Брюшко он отпустил, но с его комплекцией это можно. Мощный он парень — рослый, косая сажень в плечах. Глеб с ним в армии никаких дедов не боялся, хотя и за его спину никогда не прятался. Вместе отбивались…

Глеб заявил себя представителем далекой братвы, и ему нужно было держать рамку, поэтому он и попросил Саватеева о содействии. А тот еще человека привел, такой же фактурной внешности. Глеб не пожалел денег на дорогие кожаные плащи, в которых и щеголяли сейчас его ребята. Может, здесь и не Чикаго, но вид у них как у классических гангстеров, и это им, судя по всему, нравится.

Витя Петыгин был одного роста с Левой, но хотя и уступал ему в объемах, смотрелся более брутально. И плащ ему очень шел.

Симпатичный он — правильные черты лица, но на вшивого интеллигента не смахивает: склад лица у него для этого слишком жесткий и взгляд сильный. Молчаливый парень, но какой он в драке или в другой экстренной ситуации, Глеб не знал. Так вроде бы он держался неплохо, но вдруг струхнет, когда запахнет жареным. А ему сейчас очень нужны надежные люди. А Леве и Вите нужна работа, и Глеб готов был ее предоставить.

И у Сергея черты лица правильные, даже аристократические, но какие-то мягковатые. И во взгляде жесткости не хватает, зато хитромудрости через край. Но так он и не пытался выглядеть крутым, а хитрость для юриста — профессиональная черта.

Глеб велел Саватею сделать заказ на четыре персоны, а сам впился взглядом в Протаса.

— Так что там за проблема?

— Братва глаз на клуб положила, — замялся юрист.

— Роберт?

— Да. Он хотел в долю войти, а ему не дали. Он зуб заточил. Казаян же не зря клуб тебе продал. Как бы теперь братва на тебе не отыгралась.

— Почему сразу не сказал?

— Э-э… Ну-у…

— Понятно, — криво усмехнулся Глеб.

Если бы он отказался от сделки, юрист остался бы без комиссионных. С работой в поселке сейчас туго, а деньги всем нужны… Пройдоха сорвал свой куш, деньги у него в кармане, теперь можно и облегчить душу.

Впрочем, Америку он для Глеба не открыл.

— И что теперь?

— Не знаю. Может, Роберт захочет в долю войти… У него тут все в доле с ним работают. Он свой процент от бизнеса берет, ему дивиденды платят. Если разобраться, то никакого криминала.

— А в долю он как входит? С вазелином или без? — мрачно усмехнулся Глеб.

— Я не знаю…

— За деньги или как?

— Вроде бы за деньги.

— А Казаян, значит, в долю его не взял?

— Выходит, что так.

Глеб пристально посмотрел на Петыгина.

— Роберта боишься?

— Ну да… — с заметной растерянностью кивнул тот. — Он тут реально все держит.

— Знаешь, кого-нибудь из его… э-э… команды?

— Одного знаю, но мы с ним не кенты, — пожал плечами Витя.

— А ты? — Глеб обратился к Леве.

— Да нет, не знаю никого.

— Я знаю, — произнес Сергей. — Если надо, могу сказать про вас. Ну, мол, вы без понятия были. Теперь вот в курсе, но не знаете, как быть… Может, и не тронут вас. Ну а если тронут, то не сильно…

— В долю войдут?

— Ну, так все здесь живут. И нормально все, никто не жалуется.

Глеб кивнул. В принципе, он мог бы уступить десять-пятнадцать процентов от своей собственности. Не велика потеря, если учитывать цену, по которой он взял клуб. А он его взял, в этом у него не было никаких сомнений. Но мало взять добычу, нужно еще защитить ее от шакалов. А безопасность удовольствие не из дешевых.

— И с кем ты хочешь поговорить?

— Есть один человек. Очень важный! — Сергей с многозначительным видом закатил глаза.

— И сколько ты хочешь?

— Я бы не отказался от вознаграждения, — заюлил юрист. — Тем более об этом рано еще говорить. Дело-то неофициальное, утвержденного прайса нет. Но если я договорюсь о приемлемых условиях, то вознаграждение будет кстати.

— Сколько?

— Пятьдесят тысяч… — выдавил из себя Протас. — Нет, не долларов, конечно.

Глеб кивнул. Он готов был раскошелиться за приемлемые условия. Но что это такое само по себе? Приемлемые условия — понятие растяжимое. Если разобраться, то и пять процентов от общей доли — слишком много. Не хотел он раскошеливаться на этого прощелыгу, но все-таки сделает это, если тот реально принесет ему пальмовую ветвь мира…

Если у мужчины маленькие глаза, то это вовсе не значит, что у него и душа такая же. С этим у Дика как раз все в порядке. Он и щедрый, и великодушный, и слова от него грубого не услышишь. И душа у него широкая, и как любовник он Яну устраивал. Вот и сейчас он так потрудился, что Яне кроме отдыха ничего и не нужно. И в клуб не хочется, и по бутикам не тянет. Лежать бы в постели, счастливо глядя в потолок, потом подняться и приготовить ужин для любимого мужчины.

— Тебя сегодня ждать? — спросила она, в приятном изнеможении глядя на Дика.

Маленькие у него глаза, зато глубокие. Эти черные густые брови, объемные глазницы с блестящими в них антрацитами. Не сказать, что Яна была влюблена, но Дик ей очень нравился. Даже Серж рядом с ним не стоял.

И еще Дик был мужиком от корней волос до кончиков ногтей. Брутальная внешность, тестостероновая начинка, а как он дрался. И смелый он, за Яну хоть в огонь, хоть в воду, хоть во все разом.

— Ну, если я тебе не надоел, — застегивая свою любимую черную рубашку, сказал он.