Страница 44 из 47
Зеландра посмотрела на свои ноги, и по ее высокому лбу пробежали морщины. Как случилось, что ее некогда прекрасные туфли превратились в грязные, стоптанные обноски? Когда она успела так сбить дорогую обувь? А ненавистный голос продолжал гудеть в ее голове. Зеландра, наконец, разобрала, кто стоит возле ее ложа.
— Вам лучше? Очень рад, что Вы вернулись к нам. Поверьте, для меня большая честь и удовольствие принимать в этом дворце такую желанную гостю. Но, прежде всего, Вы должны удовлетворить мое любопытство. Скажите, как Вам удалось продержаться столько времени, почти не употребляя мой лотос? Вот, например, бедный глупый Шакар околел через два дня после последнего приема. А у Вас, напротив, еще остался значительный запас от моей поставки!
Зеландра приподнялась и пригладила рукой спутанные волосы. Она уже вполне пришла в себя, хотя и не все помнила относительно минувших событий. Волшебница молча оглядела огромный зал. Свое ложе, являющее собой грубую каменную скамью. Черного истукана в центре. И связанное тело Нисы, лежащее на алтаре. Ее взгляд на миг пересекся с умоляющим взглядом помощницы. Зеландра пыталась припомнить, когда она в последний раз видела Энг Шиха или киммерийца. Неужели они погибли? И что теперь будет? Ее губы приоткрылись и голос, больше похожий на скрип ржавых петель, произнес:
— Шакару, должно быть, было неведомо, что лотос — это яд и запихивал его в себя горстями, а потом не смог снизить дозировку. Я же пошла другим путем. Испытав однажды мощь снадобья, я постепенно уменьшала следующие порции и увеличивала время очередного приема. Вероятно, ты сам поступал так же.
— Ах! — неподдельно восхитился Этрам-Фал.
Его тонкие губы искривились в мерзкой улыбке, обнажив запятнанные зеленью зубы, что придавало ему сходство с иссушенным черепом.
— Вы сделали все правильно, госпожа. И все же Вы не смогли полностью отказаться от него. Несмотря на все усилия, без приема Лотоса Вас все равно ждет болезненная смерть. Что, собственно, недавно чуть не произошло. А раз так, то думаю, что пришло самое время для заключения определенной сделки между нами.
— Сделка? — веки Зеландры дрогнули, и она потерла левую бровь.
Ей было необходимо выиграть время, чтобы окончательно все вспомнить и попытаться выработать план противодействия стигийского колдуна. Притворившись совсем слабой, волшебница устало прикрыла глаза и обхватила ладонями виски.
— Да, конечно, — сказал Этрам-Фал с плохо скрываемым нетерпением. — Вспоминайте скорее, о чем мы говорили ранее.
— Так ты действительно — Элдред Торговец?
— Да, да, я считал, что Вы давно все поняли. Я предстал в этом облике перед Шакаром — кешанцем и Вами, чтобы проверить на вас обоих действие моего Лотоса.
— Как же тебе удалось обвести нас вокруг пальца? Это был хитрый трюк?
— Ха! Едва! — маленький чародей надулся как прихорашивающийся воробей. — Я в совершенстве владею мастерством создания иллюзий и готов сейчас его продемонстрировать. Вот, смотрите!
Тщедушная фигура Этрам-Фала начала мерцать, словно мираж в пустыне. Его контуры размылись, чтобы через миг обрести четкость. С телом стигийца произошли удивительные превращения. Там, где раньше находился невзрачный маг в сером балахоне, теперь стоял упитанный, богато одетый в шелка, шемит. Его густая черная борода разошлась в широкой улыбке. Иллюзия в виде торговца лукаво подмигнула.
— Вы видите? Такой фокус мне ничего не стоит.
— Ты ведешь себя как балаганный шут, — выдавила Зеландра.
Она была подавлена собственной слабостью. Несколько крупинок Изумрудного Лотоса поддержали в ней жизнь, но их было явно недостаточно для восстановления волшебной силы. Пути к бегству для нее и Нисы в нынешнем состоянии были отрезаны. И, кроме того, сейчас она чувствовала, что действие проклятого порошка ослабевает с каждым мгновением.
— Зря Вы так. Не разочаровывайте меня, госпожа. Либо лотос, который использовался Вами экономно, не прибавил Вам ума. Либо Вы изначально менее проницательны, чем я раньше думал. Изумрудный Лотос дал мне мощь, несопоставимую с потугами любого из высокомерных свиней Черного Круга!
Глаза Зеландры широко раскрылись.
— Неужели?! — ее хорошо сыгранное испуганное удивление достигло цели.
Этрам-Фала прямо распирало от гордости, и он принял игру за чистую монету.
— Разумеется! А Вы знакомы с таким явлением, называемым Рукой Йимша? Если владеть этой штукой, то с ее помощью даже желторотый ученик будет способен передвигать предметы и, более того, переносить их на значительные расстояния. Я когда-то прочитал, что создатели Руки Йимша использовали ее как оружие. По слухам сам Тот-Амон применял ее для строительства дворца в Оазисе Хаджар. Так вот. Запомните хорошенько, уважаемая Зеландра. Мне не нужно больше заниматься подобным колдовством. Я сам и есть — колдовство! В настоящее время не существует предела моей силы, подаренной Изумрудным Лотосом. Чем больше я него погружаюсь, тем могущественнее становлюсь. Если Вы присоединитесь ко мне, то весь мир падет к Вашим ногам. Вы хотя бы понимаете, что я предлагаю? — стигиец наклонился вперед и вперился в лицо Зеландры — глаза его горели как у кота. — Мы вместе способны сравняться с богами!
Вдруг Зеландра резко поднялась со скамьи и простерла руки в сторону колдуна. Тонкие струйки белого дыма возникли из неоткуда и обвили хрупкие плечи женщины.
— Тираног Дар Андерра! — слова заклинания прозвучали в зале, как щелчок бича.
Туман быстро окутал фигуру волшебницы. Из ее открытых ладоней вырвались два сероватых сгустка.
Этрам-Фал растерянно отпрянул, успев все же увернуться от дымного шара. Ату повезло меньше. Хотя капитан наемников и находился дальше, но неожиданный выпад Зеландры застал стигийца врасплох. Подобно плевку кобры, сгусток тумана попал ему в лицо. Упав на колени, высокий воин схватился обеими руками за глаза и закричал от боли. На алтаре билась Ниса, пытаясь освободиться от пут. А руки Зеландры порождали все новые снаряды. Ее пальцы складывались в замысловатые фигуры, словно волшебница общалась на языке Энг Шиха.
Этрам-Фал отпрыгнул с обезьяньей ловкостью к алтарю, избегая шаров Зеландры. Бормоча что-то невнятное, он попытался спрятаться за спиной черного сфинкса, но туманный силуэт продолжал надвигаться. Маг, никак не ожидавший таких действий от, казалось сломленной жертвы, был вынужден отступать. Только оказавшись у самых дверей храма, колдун, наконец, вернул себе самообладание.
Теперь он больше не избегал дымных щупальцев. Лицо его приняло спокойное выражение. Мрачная ухмылка пробежала по его губам. Огромный зал заполнился завываниями урагана. Неистовые порывы ветра в мгновение ока рассеяли, разорвали в клочья зыбкую ткань волшебного тумана.
Зеландре оставалось лишь наблюдать, как с каждым вздохом тают надежды на свободу. Последние остатки дымного покрывала истончались, растворялись, словно капля крови в чане воды, оставляя фигуру женщины беззащитной. Она в отчаянии заломила руки. Седеющие волосы, будто живые, трепетали на ветру, забиваясь в глаза и рот.
— Какая умница! — в исступлении вопил Этрам-Фал. — Сумела отвести мне глаза. Но наказание за предательство будет соответствующее. Почувствуйте Руку Йимша, госпожа!
Зеландре показалось, что кулак невидимого гиганта с размаху врезался в ее тело. Слезы ручьем хлынули из глаз. Легкие сдавило с чудовищной силой. Она захрипела, тщетно пытаясь поймать открытым ртом хотя бы глоток воздуха.
— Вини только себя, Зеландра! — бесновался стигиец. — Ты могла бы разделить этот мир со мной, но отвергла мои лучшие чувства! — эмоции переполняли мага, его, обтянутое сухой кожей, лицо искажала ненависть. — Будь ты проклята, тварь! Ты думаешь, что я не найду тебе замену? Ты просто пыль под ногами! Ничто, поняла!
Зеландра была на грани потери сознания и не сопротивлялась, когда ее волокли к алтарю и бросали рядом с Нисой перед гладким овалом лица идола. Через толщу боли она все же ощутила волны жадного вожделения, исходящие от статуи. Более черное, чем безлунная ночь, древнее божество замерло в предвкушении жертвы.