Страница 48 из 67
Интересный рассказ о фараоне Рамсините, то есть Рамзесе II, оставил «отец истории» Геродот(ок. 484–425 гг. до н. э.): «Рамсинит, по рассказам жрецов, был очень богат, и никто из царей не мог превзойти его богатством или хоть как-то сравниться с ним. Желая хранить свои сокровища в самом безопасном месте, царь повелел построить каменное здание так, чтобы одна стена примыкала к царскому дворцу, а другие были сплошными каменными без окон и дверей. Но старый архитектор, отец двоих сыновей, схитрил и устроил следующее: он сложил камни так, что один из них при желании можно было с легкостью вынуть даже слабому человеку, а перед смертью поделился с сыновьями тайной: нарисовал план и рассказал, как добраться им до фараонова золота, чтобы стать „казначеями“ царских сокровищ. Похоронив отца, сыновья сразу же приступили к делу: пробрались ночью к золоту и унесли часть его. Так они делали несколько раз, и фараон, приходивший любоваться по утрам на свои богатства, с удивлением обнаружил, что кто-то посещает его кладовые… Однако печати на дверях были целы: пройдет год-другой, а может, чуть больше, и он останется вообще без золота».
Тогда он сделал вот что, пишет Геродот: «Приказал изготовить капканов и поставить их по всему помещению, у сосудов с сокровищами и корзин с драгоценностями, приковав капканы к полу прочными цепями. Через какое-то время братья снова отправились в свою „казну“, и младший из них попал ногою в ловушку. Ничто не помогло, сломался нож, но капкан был намертво прикреплен к полу. Тогда младший сказал: „Я пропал, меня не спасти. Оставайся с матерью. Но вначале возьми мой нож и отрежь мне голову, а затем унеси с собой, чтобы никто не узнал, кто воровал, иначе казнят и мать, и тебя“».
Брату ничего не оставалось, как решиться на это страшное дело…
Утром Рамсинит нашел только обезглавленного мертвеца, попавшего в капкан. Понял он, что противник у него умен и с ним нелегко будет бороться. По совету жрецов приказал фараон выставить труп вора на городской стене, поставить стражу и внимательных соглядатаев, чтобы они хватали всякого, кто вздумает оплакивать покойника. Вор и здесь оказался на высоте: хитростью ему удалось под вечер напоить стражу вином и увезти труп своего брата. Но не успел он предать тело покойного земле на попечение бога мертвых Анубиса, как новая весть собрала жителей города в одном из «Веселых кварталов» по соседству с дворцом.
Фараон, рассердившийся не на шутку, решил любым путем узнать, что же это за ловкий плут, взявший на себя смелость вступить в единоборство с владыкой Верхнего и Нижнего Египта. Для этого будто бы фараон разрешил своей дочери выбрать жениха по своему вкусу, приказав ей принимать на свидания всех без разбора, невзирая на чины и звания, не обращая внимания на происхождение. Но прежде она должна заставлять каждого входящего к ней рассказать свой самый хитрый, дерзкий и нечестный в жизни поступок. А кто расскажет историю об ограблении фараона и последствиях оного, того пусть схватит за руку и даст знать стражникам, которые будут спрятаны поблизости.
Брат разгадал хитрый маневр своего противника. Он пришел на свидание к царевне, рассказал ей об ограблении сокровищницы, о гибели брата и о том, как он выкрал его тело. Царевна подняла крик, схватила грабителя за руку. Увы, когда с факелами и обнаженными мечами в комнату ворвалась стража, царевна держала в руках… отрубленную по самое плечо руку. Не теплую, живую руку, а холодную руку мертвеца, которую брат взял у своего непогребенного брата…
Когда фараону сообщили об этой новой проделке дерзкого грабителя сокровищ, тот поразился ловкости и отваге этого человека, обещая ему полную амнистию и… руку своей дочери.
Если живой фараон, имея под рукой огромный полицейский аппарат, не мог справиться с грабителями; то после отхода его в мир иной гробнице угрожало полное разграбление.
Опыт военных походов заставил Рамзеса обратить особое внимание на имперскую разведывательную службу. Фараон превратил ее в широко разветвленную систему шпионажа. Позже она перешла к его преемнику Меренптаху. Время правления этого фараона оставило нам два документа, датированных 1220 г. до н. э. Эти документы подтверждают наличие в Египте того периода прекрасно поставленной разведслужбы. Речь идет о большой карнакской надписи и надписях на Каирской колонне, которые рассказывают о подавлении мятежа ливийцев и их союзников, вторгшихся в Египет. Надпись в Каире фиксирует даже дату, когда фараон получил секретное сообщение об угрозе со стороны ливийцев: «Год 5-й, второй месяц третьего времени года (10-й месяц). Пришли и сказали его величеству… Злосчастный предводитель Ливии… вторгся».
Многие сыновья Рамзеса II стали важными сановниками, занимали высокие государственные посты. Трон унаследовал тридцатый сын фараона Меренптах.
Несомненной заслугой Рамзеса II было то, что он свою столицу Пер-Рамзес основал в Дельте. Наверное, и не могло быть иначе, ведь он здесь родился. Фасады домов были облицованы голубой глазурованной черепицей, которая отражала солнечный свет, переливаясь под лучами солнца. В одном тексте говорится: «Каким счастливым был тот день твоей жизни, как нежен был твой голос, когда ты приказал возвести Пер-Рамзес». Воды в этой местности было очень много. Столица Рамзеса II защищала рукав Нила, — открывавший путь в Азию. Здесь, на стыке египетского мира с миром азиатским, фараон мог держать руку на пульсе международной жизни. В городе располагались значительные силы войск, находились большие арсеналы оружия. В столице проходили боевую выучку колесничие, пехотинцы, лучники, проходили учения и военные парады.
Пер-Рамзес был значительным религиозным центром. На западе возвышался храм Амона, на юге — Сетха, на севере — Уаджета, на востоке — храм сирийской богини. Как видим, в официальном религиозном пантеоне нашли место и азиатской богине.
Рамзес II обожал, чтобы его изображали. Сохранилось много статуй.
В Туринском музее хранится статуя, которая считается настоящим шедевром искусства. На ней Рамзес II изображен спокойным, утонченным, с синим венцом на голове и скипетром-хека в руке.
Знаменитые колоссальные статуи Рамзеса II — воплощение божественности фараона, воплощение идеи монархии. Рамзес-человек отдает великую дань почтения Рамзесу-богу. Необходимо сказать, что статуи-колоссы играли существенную экономическую роль. В военных колониях солдатам давали земли в честь гигантских статуй.
Даже рухнувшая монолитная статуя Рамзеса II из гранита произвела волнующее впечатление на английского поэта Шелли (1792–1822 гг.). Поэт считал, что на цоколе поверженного гиганта могли быть написаны такие слова: «Мое имя Осимандий, царь царей. Глядя на мое творение, о всемогущий, скорби! Ничто не вечно».
Рамзес II постоянно следил за ведением работ в карьерах и оказывал своевременную помощь. На одной стеле сохранилась надпись: «В восьмой год, второй месяц зимнего сезона, на восьмой день правления царя Верхнего и Нижнего Египта Рамзеса. В этот день его величество пребывал в Гелиополе, занимаясь делом, которое было угодно его отцу Хорахтн-Атуму, владыке обеих земель и Гелиополя. Его величество объезжал пустыню Гелиополя к югу от храма Ра, к северу от храма Эннеады перед владением Хатхор, владычицы Красной Горы. Здесь его величество обнаружил огромную глыбу кварцита, подобной коей не находили со времен царствования Ра. Она была выше гранитного обелиска».
Свою находку фараон отдал мастерам, чтобы они создали из нее прекрасное творение искусства. За хорошую работу фараон обещает: «Закрома будут ломиться от зерна для вас, чтобы вы ни дня не проводили без пищи… Я наполню для вас склады всевозможными вещами: хлебом, мясом, сладкими пирожками, (я дам) для вас сандалии, мази в избытке, чтобы вы умащали головы ваши каждые десять дней… Я дам (вам) множество людей, чтобы вы ни в чем не знали нужды: рыбаков, чтобы приносили дары Нила, садовников, чтобы возделывать огороды, горшечников, чтобы делали сосуды, чтобы была свежа вода в летнее время».