Страница 45 из 59
– Для кого и с какой целью?
Этот вопрос оказался неожиданным. Веронике казалось, что всего изложенного будет достаточно, чтобы возбудить интерес у такого ведомства, как ФБР.
– Для себя и для моего государства.
– Вас кто-нибудь нанимал для этих целей? Какие-нибудь государственные или частные организации?
– Нет. Никто.
– Тогда зачем вы этим занимались?
На этот вопрос Вероника и сама не знала ответа. Доказывать этому монстру, что она просто хотела прекратить убийства людей в одной части земного шара с целью спасения людей в другой точке планеты, было бесполезно. Поэтому она просто сказала то, что скорее всего было понятно ее собеседнице:
– Для собственной выгоды.
– Какого рода? Деньги? Посольство не выплачивает деньги за информацию.
– Я не требую денег, и меня не интересует посольство. Я хочу вести переговоры с ФБР.
– Почему именно с ФБР? Почему вы не передали имеющиеся у вас сведения о российских преступных организациях в органы МВД?
– Потому что эти органы коррумпированы. Один из генералов московской милиции стоит во главе преступной группы, осуществляющей поставки.
– Откуда у вас такие сведения?
– У меня есть запись телефонного разговора этого генерала.
– С кем он разговаривал?
– Все детали я предоставлю позднее.
– Как к вам попала запись?
– Я смогу ответить на этот вопрос позднее.
– Почему не сейчас?
– Потому что мы еще не договорились об условиях.
– И что же вы хотите от ФБР?
– Чтобы эта организация начала расследование.
– На основании сведений, полученных незаконным путем? На территории государства, где ФБР не имеет юридических прав?
– Я хочу, чтобы ФБР начало расследование на территории США и затем подключило к нему своих российских коллег.
– Ну а что вы хотите для себя? Вы что-то упомянули о том, что будете выдвигать условия.
– Да. Иммунитет.
– Иммунитет, – эхом повторила женщина.
– Да. Взамен я хочу, чтобы ФБР отказалось от расследования и предъявления мне каких-либо обвинений.
– Расследования и обвинений в чем?
– Посмотрите ваши файлы!
– Это все, что вы хотели сказать?
– Нет, не все. Еще должны быть сняты аресты с моих американских счетов.
– Кто арестовал ваши счета?
– ВНС. – Налоговое управление наложило лапу на ее деньги за неуплату налогов.
– ФБР не имеет никакого отношения к ВНС.
– Без этого не будет никакого соглашения между нами.
– Кто вам сказал, что мы хотим иметь какое-либо соглашение с вами?
– Если мы не договоримся, мне придется продать имеющиеся у меня сведения какому-нибудь журналу и, таким образом, компенсировать деньги, которые были арестованы в Америке.
– Это что, шантаж? Мы не ведем переговоры с шантажистами.
«Пора заканчивать!» – устало подумала Вероника.
– Я думаю, что мы не нашли общий язык и нет смысла в продолжении разговора, – сказала она и сделала вид, что собирается встать.
В это время мужчина, изучавший рекламный проспект, отложил буклет в сторону и сказал, обращаясь к ней:
– Вы разрешите вмешаться в ваш разговор? Меня зовут Джордж. Могу я вас называть Вероника? – Он буквально излучал доброжелательность.
– Да. Конечно.
– То, что вы нам рассказали, весьма интересно, хотя, говоря откровенно, в это трудно поверить.
Добряк Джоржд помолчал, очевидно, ожидая, что она начнет доказывать свою правоту, и, не дождавшись, продолжил:
– Я хочу, чтобы вы нас правильно поняли. Поставьте себя на наше место. Мы должны начать расследование по материалам, добытым вами, скажем так, не совсем законным путем. И не только в США, но и за рубежом, где мы не имеем никаких законных прав допрашивать и привлекать к ответственности иностранных граждан. Кроме того, мы должны дать некие обязательства вам лично в обмен на непроверенную информацию. Поэтому, естественно, мы критически подходим к вашей информации и проверяем то, что вы нам предлагаете, – продолжал Джордж свою лекцию. – Это основы нашей работы. Мы не должны делать ошибок, тем более за рубежом, где у нас двойственное положение. Пусть вас это не обижает, но то, о чем вы сообщаете, вызывает у нас некоторое сомнение.
Он опять замолчал, вызывая ее на диалог. А Вероника в ответ вынула и положила на стол схему поставки двух органов в госпиталь Сент-Луиса, которую ей удалось отследить и которую она предоставила Аллену.
– Нам очень помогли бы ваши краткие комментарии к документам, – сказал Джордж, не прикасаясь к лежащим на столе бумагам.
Вероника подробно все объяснила.
– Благодарю, – произнес Джордж, когда она закончила. – Давайте представим, что все, о чем вы рассказали, правда. Что мы можем предъявить этим двум людям? То, что они продали госпиталю органы, полученные из-за границы? Они же будут отрицать, что знали об их происхождении.
– Они знали о происхождении органов, – ответила Вероника. – Вы говорите по-русски? – И она положила на стол листки с обменом электронными сообщениями об отправке и получении органов. – Эти письма зашифрованы, но я могу помочь с расшифровкой.
– Думаю, до этого не дойдет, – съязвил Джордж, как и ранее, не прикоснувшись к лежащим на столе бумагам. – Но это не доказательство. Они не были получены законным путем.
– Интернет принадлежит правительству США, и вы можете в любой момент изъять из базы данных необходимые вам письма, даже если их адресат дал команду на уничтожение, не так ли? В таком случае они станут доказательствами.
По выражению лиц обоих Вероника поняла, что ФБР навряд ли пойдет на такой шаг, так как это будет публичным признанием, что Америка шпионит за всем миром с помощью Интернета.
Эти двое играют с ней, пытаясь выудить из нее как можно больше информации. Она приняла их игру, и ее следующей заготовкой была запись разговора между Львом и американским Джоном по поводу отправки партии «товара». Как только из диктофона раздались первые слова, немногочисленные посетители офиса сразу повернули к ним головы, и испуганный Джордж возмущенно зашипел:
– Тише, тише! Мы здесь не одни.
Когда они прослушали запись, его реакция была неутешительной.
– Это не доказательство. Не мы записывали их разговор. Не было также санкции судьи. Они не могут быть предъявлены в качестве доказательства вины, поэтому мы не принимаем от вас эти записи.
– Я не хочу, чтобы вы от меня что-то принимали. Я хочу, чтобы вы начали собственное официальное расследование. Полагаю, в ваших интересах услышать все это от меня, а не из СМИ.
– Только не надо нас шантажировать! Использовать СМИ вы не сможете, так как вовсе не заинтересованы в возбуждении против вас уголовных дел в Америке. Не говоря уж о ваших проблемах с ВНС.
Вероника поняла, что пошла торговля, где каждая сторона старается запугать другую.
– Именно поэтому первой инстанцией, куда я обратилась, было ФБР. Если у нас не складываются отношения, я пойду к какому-нибудь скандальному изданию и постараюсь возместить мои деньги, потерянные в Америке.
– Мы сможем договориться только в том случае, если поймем, зачем мы это делаем. Сейчас мне ничего не ясно.
– Все абсолютно ясно. Вы должны найти общий язык со мной только из-за того, чтобы на заключительной пресс-конференции двум президентам не пришлось бы отвечать на неприятные вопросы.
Ей надоело, что к ней относятся как к назойливой идиотке. Она пришла на эту встречу, так как считала, что Америка не заинтересована в очередном скандале. Их и так было достаточно много в последние годы. Если Джордж думает, что может торговаться, надо показать ему и тем, кто за ним стоит, что она понимает ценность информации, которой располагает.
– У вас есть что-то еще, заслуживающее внимания? – с издевкой в голосе спросил Джордж.
Образ добряка Джорджа исчез. Перед ней сидел служащий конторы, где считали, что управляют людьми и всем миром. Всем своим видом он и его сотрудница изображали, что устали от ее присутствия и что им хотелось бы как можно быстрее попасть домой.