Страница 20 из 88
— Что ты о нём беспокоишься? Он же пытался нас убить! — возмутилась Лика, направляясь к двери в душ.
— Понимаешь, есть кое-какие неувязки и в поведении, и в снаряжении бойцов. Поэтому хотел задать пару вопросов. Конечно, сомневаюсь, что он знал что-то важное, но вдруг?
— Да что может знать это абордажное мясо? Они перед каждым абордажем так накачиваются бустерами, что у них мозги давно в желе превратились! Если хочешь, возись с ним сам! — и хлопнула дверью. Как можно хлопнуть дверью, которая плавно сдвигается в стену и обратно? Только рассерженные девушки на это способны. Пока Лика занималась своими делами, доучил медицинскую базу. Оделся и пошёл проверить пациента.
Хмм… Что можно было сказать? Состояние клиента было… да не было у него уже состояния, то во что превратилось его тело, даже у меня вызвало рвотный рефлекс — одна пузырящаяся слизь. Хорошо, хоть капсула была герметичной, и запах ЭТОГО наружу не просачивался. Подключился к интерфейсу и буквально сразу нашёл сбой: диагностический модуль не сработал и лечение пошло по стандартной программе. Для человека! В результате, из-за существенных генетических отличий медицинская камера его просто убила. Очень жаль. Запустил модуль диагностики и записал все данные и логи с комментариями на нейросеть, где последним был мой приказ на очистку камеры. Здесь мне больше делать нечего.
— Лика! Хишианин мёртв, — передал по корабельной связи.
— Ну и ладно, видимо такая у него судьба. Приготовь завтрак, я скоро буду, — в голосе слышалось удовлетворение, или это опять моя паранойя?
Завтрак прошёл в тишине, каждый думал о чём-то своём. До окончания прыжка оставалось меньше двадцати минут, которые я решил провести на борту «Фаворита», чтобы подготовить послание-отчёт для «Гиркс». Пока я ещё новичок, следовательно, мне нужно себя максимально обезопасить, ибо неизвестно, что может прийти в голову нашему «доблестному» флаг-офицеру, когда он вернётся и узнает, что своими неразумными приказами подверг конвой опасности. Во время прежней, земной службы в армии, мне неоднократно приходилось видеть, как начальники делали подчинённых «козлами отпущения» за свои промахи. И знал, что ждать благодарностей за спасение от подобных личностей не стоит, скорее — наоборот. Поэтому быстро сформировал пакет для передачи в «Гиркс», куда включил протоколы всех приказов офицера Роттом и моих переговоров, отчёт о проведённом контрабордажном бое и свои комментарии ко всему этому безобразию.
Подумав, в комментариях сделал упор на пункты своего контракта, где говорилось о непривлечении меня к боевым действиям и о гарантиях обеспечения безопасности флотом. В заключение же, намекнул на отказ от всяческих претензий, но при условии, что корпорация возьмёт на себя переговоры с военными о передаче захваченных в бою трофеев в мою собственность.
Таким образом, я пытался убить сразу двух зайцев: во-первых, два штурмовика, которые можно легко продать, были сами по себе неплохой компенсацией за мои труды, а во-вторых, я избавлялся от долгих препирательств с флотскими интендантами, которые, наверняка, попытаются зажать такие замечательные трофеи.
Честно говоря, намёк на компенсацию за нарушение контракта был просто тактическим ходом, с целью сделать моих работодателей посговорчивее. На самом же деле, ничего подобного требовать я не собирался, ибо начинать свою трудовую деятельность с судебного разбирательства — далеко не самой удачный способ начала карьеры.
Осталось только получить разрешение от флотских на сеанс связи для передачи сего опуса в «Гиркс».
Переход в обычное пространство прошёл без эксцессов, только на миг появилась странная вибрация корпуса корабля. Следом возникли вспышки других выходящих из гипера кораблей. Фаворит автоматически продолжил транслировать переговоры по общему каналу связи:
— Внимание всем! Говорит лейтенант Хакаари. Всем представить отчёт о повреждениях. Ликанора, что у вас произошло?
— Лучше будет задать этот вопрос Алексу Рогову. Это он помог с отражением абордажа, — раздался голос Лики.
— Балласт? — удивился лейтенант.
— Лейтенант, после всего случившегося, называть меня так уже явно не стоит, — вклинился я в разговор. — Давайте говорить начистоту. Вы, вместе с вашим идиотом флаг-офицером, просто облажались и чуть не прос…ли транспорт. Что это — преступная халатность или предательство, решать не мне. Шутки кончились, но если будете продолжать упражняться в остроумии за мой счёт, то обещаю, что при личной встрече я вобью эти слова Вам в глотку. А сейчас, лейтенант Хакаари, я под протокол требую обеспечить мне канал зашифрованной связи с моей корпорацией!
— Связь запрещаю! Это рассекретит наше местоположение!
— А Вам не кажется, лейтенант, что о нашем местоположении и якобы секретном маршруте уже знают все пираты во фронтире. Будете упорствовать — свяжусь с корпорацией по открытому каналу. Решайте сами! — все же надеюсь, что стрелять по своему, чудом уцелевшему транспорту, он не станет.
Пауза продлилась недолго:
— Хорошо! Защищённый канал будет готов через пару минут, — связь прервалась, и тут же раздался голос Фаворита:
— Доступ к общему каналу закрыт, капитан.
— Как только предоставят связь, передавай пакет информации на «Гиркс». Я тебе его сейчас перешлю.
— Принято.
Через десять минут искин отчитался об успешном завершении сеанса связи с корпорацией. Думаю, её руководству хватит времени на разбор инцидента и вынесения решения — до прибытия подкрепления к атакованному пиратами конвою оставалось около шести часов. С базы флота нам навстречу вышла целая усиленная мобильная эскадра. Также приказом командира базы флаг-офицер Роттом был отстранён от должности, и командование пока перешло к лейтенанту Хакаари. Лика, сухо и официально проинформировала меня о запрете на посещение её транспорта. Пока же корабли висели в пространстве, и оставалось только ждать, поэтому, чтобы убить время, решил заняться чем-нибудь полезным. Учить базы не было никакой возможности, ибо состояние постоянного напряжения в ожидании развязки не давало сосредоточиться. Сначала, я переживал, не слишком ли сильно давил на лейтенанта? Хотя, фиг с ним, сам виноват, в следующий раз будет реальнее оценивать ситуацию. А пока лучше заняться трофейными скафами, возня с техникой или оружием всегда меня успокаивала.
После того как дроид-уборщик разложил их в трюме, используя свой небогатый опыт, я попытался оценить, что же мне досталось. Мда, настоящая сборная солянка. Все скафы были от разных производителей, наибольшая автономность лучшего не превышала семидесяти двух часов. Видимо, придётся их разбирать на запчасти и попытаться собрать хотя бы пару-тройку нормальных экземпляров. Хорошо, что все скафы делаются по единому стандарту, и их модули были взаимозаменяемы. Придётся сделать небольшое отступление на тему «Что из себя представляет обычный инженерный скаф».
Чаще всего — это скафандр, на спине которого находится плоский ранец с системой жизнеобеспечения замкнутого цикла и электрореактивным двигателем. Внешняя оболочка скафа может сама заращивать небольшие повреждения. Для облегчения движения применяются сервоусилители (вообще-то, это — седая древность, в современных бронескафандрах и дроидах используются искусственные мышечные волокна, управляемые всё той же нейросетью). Оборудован модулями внешней и внутренней связи, ботинки имеют магнитные подошвы для сцепления с поверхностью при невесомости.
Внутреннее абсорбирующее покрытие решил сразу выкинуть — это всего лишь расходники, которые лучше заменить на новые, как и блоки фильтрации в системе жизнеобеспечения — тем более что стоят они копейки. Остальное же стал аккуратно отделять: целое складывал в одну сторону, а разбитое относил на верстак и потрошил на запчасти. На всю груду вещей у меня ушло немногим более двух часов. Неплохой результат для новичка.
Прикинул, сколько скафов смогу собрать из получившейся у меня кучи.
Выходило, что, если использовать только модули с хорошим ресурсом, то — три, четвёртый же можно собрать из остатков, при условии, что удастся починить некоторые детали.