Страница 18 из 88
Когда бой позади, наступает такое мгновенье, когда ты понимаешь, что твоей жизни уже ничего не угрожает: исчезает напряжение, и возвращаются страхи. Руки начали дрожать, сердце продолжало бешено стучать, а я тихо сполз по стенке на пол. Так, сейчас пройдёт. Надо успокоиться. Всё уже позади.
Психофизическая подготовка — важная составляющая обучения, она резко снижает процент подверженных поствоенному синдрому солдат. Не готовые к психологическому давлению в виде лишений, смерти и необходимости убивать, обычно попадают в психушку или тюрьму. Мне не нравится убивать, но я давно уже принял необходимость этого в некоторых случаях. Жалко, что не удалось взять никого живым, но даже если бы и была такая возможность, риск был бы не оправдан. Весь план висел на волоске — слишком много если: пилоты могли поддерживать постоянную связь, раненый мог поднять тревогу, мне могло просто не хватить времени. Вся эта операция была на грани авантюризма. Вдох — выдох, всё. Успокоился. Пора подсчитать потери и оценить приобретения, а начать лучше со знакомства:
— Лика, всё закончилось. Можешь открыть дверь.
— Ты уверен?
— Да, открывай.
Когда я зашёл в рубку, моим глазам предстало милое, зеленоглазое и растрёпанное чудо. Её тёмные волосы были в полнейшем беспорядке:
— Это ты?
— Да, — коротко ответил я, снимая шлем. Она не спешила выходить из-за кресла, за которым спряталась.
— Они все… мертвы?
— Надеюсь на это, нам… — не успел я договорить, как она прижалась ко мне и расплакалась, я даже не заметил, как она переместилась, настолько быстр был её порыв.
— Я… очень… бббоялась. Они ггговорили… ччтоо…
— Всё, всё закончилось. Успокойся. Тебе больше никто не угрожает, — попытался успокоить её, обнимая одной рукой и поглаживая по спине. Надо её чем-то отвлечь. — Сколько осталось до прыжка?
— Ввосемь минут.
Спустя пару минут она совсем успокоилась, но вдруг, вспомнив о чём-то, резко отстранилась:
— Мне надо проконтролировать прыжок.
— Хорошо, только выдели мне парочку своих воинственных тех. дроидов и пустое помещение с низкой температурой, надо прибраться. Ни к чему тебе это видеть, — новички очень тяжело переносят вид мёртвых тел, да и лишние глаза мне совсем ни к чему. — Перекинь управление ими на моего искина.
— Минутку… Третий шлюз подойдёт. Он не используется, запасной.
Связался с Фаворитом, надо привыкать к мыслесвязи, надеюсь её можно натренировать, привыкнуть к использованию, ведь вещь по сути незаменимая и очень облегчает жизнь: «Фаворит, отключай запись. Бери дроидов, будешь им указывать, что и куда таскать».
Предстояла самая неприятная часть работы. Сначала, я хотел просто собрать всё самое ценное с тел, но, посмотрев на местами изуродованные, а местами целые скафы и вспомнив свои сетования об отсутствии запасного скафандра, решил не разбрасываться имуществом. Помыть, дезинфицировать, поменять расходники на новые, и можно будет, если не использовать самому, то хотя бы продать. Поэтому стал аккуратно вынимать тела из пробитых скафандров, даже из разбитых шлемов можно извлечь уцелевшие блоки электроники на запчасти. Грязная работа, но трофеи — это святое. Все заляпанные кровью и ещё непонятно чем скафандры приказал сваливать в центре трюма «Фаворита», пусть ими сначала займётся уборщик.
Чувство лёгкой дезориентации, говорящей о прыжке, появилось, когда я разбирался с первой парой абордажников. Прыжок… Из личных вещей у них было немного: несколько инъекторов с бустерами, наркотиками запрещёнными к распространению, которые производят некоторые пиратские картели в газовых облаках, где находится необходимое для них сырьё; пара дисков; оружие и какие-то личные мелочи. Более подробно разберу у себя на «Фаворите», пока же я только складывал мелочь в «мародёрку» на поясе, а оружие и боеприпасы велел стаскивать к себе в трюм. Освобождённые от всего ценного тела бандитов под присмотром Фаворита аккуратно укладывались в шлюз дроидами. В голове крутилась какая-то мысль, которую никак не мог ухватить. Что-то в этом нападении показалось странным, и я стал жалеть, что даже не попытался взять «языка» для расспросов.
Вторая пара у другой двери рубки ничем необычным меня не обрадовала. Наркотики, оружие, а из личных вещей только необычный кулон, который больше подходил девушке. Вот когда я перешёл к патрульной паре, меня ждал сюрприз. Один из них был жив! Тот, которому я проткнул сердце! Аккуратно, стараясь не потревожить раненого, снял скафандр и моим глазам предстал человек… А человек ли? Среднего роста, волос на голове не было, ушные раковины странной формы, а кожа — жёсткая, с чётко выраженным зеленоватым оттенком. Я на миг впал в ступор. Первый раз вижу нечеловека! До этого все, встреченные мной, были людьми или выглядели таковыми. Проверил рану и заметил, что разрез почти закрылся, а кровь свернулась и образовала корку.
— Лика! У тебя есть медицинская камера? Срочно! Один ещё жив!
— Фаворит. Быстро! Дроидов ко мне!
— Что?! Есть. В рубке. Но я не умею её настраивать, могу запустить только стандартную программу диагностики и лечения.
— Подойдёт. Подготовь всё что надо, я сейчас буду! — быстро сказал я, кляня себя в том, что не озаботился заранее выучить базу «Боевая медицина». А ведь она у меня есть!
Перенёс раненого в рубку. Лика, когда его увидела, воскликнула:
— Это же хишианин! Его нельзя оставлять в живых!
— Что за зверь?
— Хишиане — просто жестокие твари, получающие удовольствие, истязая разумных. Их мир даже не приняли в «Содружество»! — прошипела она, понижая голос.
— Не беспокойся, в капсуле он будет спать. А мне нужны ответы! Слишком много накопилось вопросов, да и твоему начальству, думается, захочется многое выяснить, — попытался её успокоить.
— Ладно, делай, как хочешь, но если он выберется и всех нас убьёт, я тебе этого не прощу! Так и знай! — отвернулась и махнула рукой на медкамеру. — Всё готово.
Уложив хишианина в медицинскую камеру, вернулся к последнему абордажнику. Он оказался ещё совсем молодым парнем — лет восемнадцати на вид. Что его потянуло закончить свою, ещё толком не начавшуюся жизнь, таким образом? Захотелось лёгких денег? Острых ощущений? Сбежал от закона? Это не узнаю уже никогда.
Хабар с пилотов был более разнообразным: удалось добыть инъекторы для медикаментозного разгона обучения — легальный вид «бустеров», но с кучей побочных эффектов для здоровья; несколько инфо-дисков; один разрядник, как у меня и игольник, с парой запасных обойм. Электромагнитный принцип действия, иглы сделаны из биологически активного материала, способны рассасываться в организме. Не все боеприпасы у них летального действия, можно использовать обоймы с парализующими иглами, лекарствами или маркерами. Универсальное оружие, а отсутствие отдачи даёт возможность применять его даже в невесомости. Удачное приобретение, жаль, что поздно. Вот что мне надо было купить! И плевать, что безумно дорого, в сравнении с разрядником. Можно было одним игольником обойтись, без покупки стоппера.
Осмотрел штурмовики. У первого рубка была разбита взрывом, осколками посекло всё управление. Второй оказался практически неповреждённым. Вышел осмотреть снаружи. Штурмовик просто врезал свой шлюз в обшивку транспорта, а щели автоматически залил монтажной пеной. Интересная конструкция. Судя по тому, что я могу видеть отсюда, штурмовик имеет конструкцию в форме буквы «Э», по бокам — крылья, между ними — кабина, толще и не так сильно выдаётся вперёд как они. Маршевые двигатели расположены сзади, в полукруглой части, целых две штуки, не очень мощные, но ускорение должны развивать — будь здоров. И могут совершать внутрисистемные прыжки. Маневровые — расположены в крыльях, как и вооружение. Симпатичная машинка — хищная и очень маневренная. Хочу! Не отдам! Вот только отдадут ли мне их вояки? Моих знаний не хватало для прояснения этих юридических нюансов.
С последней партией барахла, подхватив по дороге рюкзак, вернулся на «Фаворит». В центре трюма была свалена груда вещей, вокруг которой суетился уборщик, заливая всё разлагающей органику и дезинфицирующей пеной. После активной фазы действия пена превратится в порошок с крупными гранулами, которые легко стряхнуть и пропылесосить. Дал ему команду, чтобы, когда закончит, убрал все очищенные скафы в контейнер. Сам же перенёс всё оружие и мелочь на склад, разложив на верстаке. Достал наборы для чистки и принялся за привычное дело: разбирать и чистить оружие. Из полноразмерного мне достались два лучевых карабина и ионная винтовка. Начал с них, в процессе сверяясь с базой по оружию о разных технических нюансах. У обоих лучевых карабинов оказалась одна и та же проблема с фокусировкой луча, кристалл почти сдох. Его, видимо, никогда не обслуживали. Надо будет купить специальный регенерирующий раствор для фокусирующих кристаллов и восстановить перед продажей. Себе решил их не оставлять. Дальность карабинов — всего двести метров, и батареи быстро разряжаются при непрерывной стрельбе. Ионная же винтовка, хоть и была относительно новой и с гораздо большей дальностью стрельбы, но имела один большой недостаток: отсутствие режима автоматической стрельбы или непрерывного луча, как в лучевом. Использовался конденсатор, и на зарядку нужно было время. Вот! То же самое! Калибровкой кристалла никто не озаботился, и на нём уже появились дефекты, пока небольшие, но… И боезапаса осталось с гулькин нос! Не… точно не надо. Мой штурмовой карабин — более универсальный и уже показал себя в бою. Далее разобрал и почистил пистолеты. К игольнику нашлось всего две обоймы. Одна — с синей, другая — с красной полоской: парализация и яд. Немного подумав, решил сменить свой разрядник на игольник, вставив парализующие заряды. Подогнал кобуру по новым размерам. Непривычно, он — легче разрядника. Ненамного, но существенно, чтобы вызвать дискомфорт. Надо привыкать.