Страница 34 из 75
Урегулирование (улаживание) может выступать как первая ступень на пути к окончательному разрешению противоречий. Однако для того, чтобы урегулирование было эффективным, параллельно должна идти работа на уровне враждующих общин, затрагивающая различные их слои и направленная на изменение их ценностей и установок по отношению к конфликту, а также на предупреждение военных действий там, где они еще не начались.
Занимаясь практической работой по урегулированию конфликтов, необходимо иметь в виду, что их специфика, предполагает в большей или меньшей степени ориентацию на конкретный поход. Так, длительные этнические конфликты, имеющие глубокие исторические корни скорее требуют технологий, разрабатываемых в рамках «миростроительства». Большое значение здесь имеет и работа по предупреждению вооруженных столкновений.
Глава 9. Оказание посреднических услуг
Одна из наиболее значительных сфер деятельности третьей стороны — посредничество, упоминания о котором можно найти в Библии, в «Илиаде» Гомера и других источниках, относящихся к глубокой древности. Широко использовалось оно в Древней Греции при урегулировании споров между греческими городами, а также в Древнем Китае. К посредничеству нередко прибегали и в более позднее время. Например, окончание русско-японской войны 1905 г. проходило при посредничестве США, которые предоставили свою территорию для проведения переговоров — город Портсмут, где и был подписан мирный договор между Россией и Японией.
В мировой практике к посредническим услугам особенно интенсивно стали прибегать после второй мировой войны. По данным американских исследователей Л. Сасскинда и Г. Баббитта, с 1945 г. по начало 90-х годов посредничество использовалось примерно в 2/3 конфликтных ситуаций в Африке и Латинской Америке: в 4/5 конфликтов на Ближнем Востоке.
Сегодня практически во всех конфликтах в той или иной форме участвуют посредники. Это обусловлено прежде всего тем, что в нынешних условиях выход из конфликта путем переговоров является жизненно важным не только для непосредственных ею участников, но и для других членов мирового сообщества.
Посредничество — относительно дешевый (по сравнению, например, с введением миротворческих сил) и достаточно гибкий способ воздействия на конфликт с целью его урегулирования мирными средствами. Оно в большинстве случаев принимается населением и не вызывает негативных реакций, которые порождает, к примеру, применение санкций или введение миротворческих войск. Это также способствует развитию посредничества.
И еще один очень важный момент: несмотря на то, что посредничество не исключает использования средств давления (угрозы, отказ в предоставлении экономической помощи в случае продолжения конфликта и т. п.), в целом оно все же ориентировано на диалог конфликтующих сторон между собой и каждой из них с посредником. Это выгодно отличает посредничество отодносторонних шагов третьей стороны в отношении участников конфликта (ее своеобразных «монологов») при вводе миротворческих сил или использовании инструмента санкций.
Всегда ли нужен посредник? В принципе даже очень острый конфликт может быть самостоятельно урегулирован участниками, однако велика вероятность того, что они допустят значительное количество ошибок, а процесс урегулирования растянется на долгий период. Посредничество необходимо в следующих случаях: если стороны вовлечены в длительное противостояние; если они не признают друг друга; если стороны связали себя множеством обязательств и им крайне сложно пойти на уступки без «потери собственного лица» и, наконец, если имеются серьезные различия в культуре, идеологии или религии, которые создают дополнительные коммуникационные барьеры.
Перечисленные условия обращения к посреднику не являются обязательными. Скажем, непризнание сторонами друг друга еще не делает посредничество необходимым. В качестве примера английский исследователь Дж. Берридж приводит прямые американо-китайские контакты в 60—70-х годах, когда отсутствовали официальные отношения между этими двумя странами, но все же посредник им не понадобился — переговоры шли напрямую.
Не исключено, что даже в том случае, когда есть основания для обращения к посреднику, стороны все же будут стремиться сами решить свои проблемы, опасаясь вмешательства третьего лица в их внутренние дела, стремясь сохранить конфиденциальность отношений или полагая, что, прибегнув к посреднику, они будут испытывать внешнее давление.
Если силы сторон не равны, то обычно более слабая сторона склонна вступать в переговоры через посредника, надеясь усилить свои позиции, а побеждающая — стремится к прямым переговорам.
В целом же наиболее типичными мотивами обращения к посреднику являются следующие:
• участники конфликта рассматривают урегулирование с помощью третьей стороны как путь наименьшего риска и наиболее гибкую форму разрешения конфликта;
• один или каждый участник конфликта надеется, что третья сторона повлияет на его противника в благоприятную для него сторону;
• обе стороны рассматривают участие третьей в разрешении конфликта как возможность публично сформулировать обязательства по урегулированию, а значит потом заставить соперника их выполнять;
• в случае неудачи при урегулировании вину можно будет возложить на третью сторону;
• надежда, что третья сторона в качестве посредника может оказать реальную помощь в процессе поиска решения и гарантировать выполнение соглашений.
Порой считается, что посредник — это тот, кто помогает найти решение в конфликте. Однако такое понимание является узким. Занимаясь мирным урегулированием, посредник решает множество задач, что обусловлено сложностью ситуации, которая каждый раз различна и зависит от характера конфликта. Исследователь Дж. Уолл насчитал более 50 таких задач, или посреднических функций. И все же среди всего многообразия функций посредника можно выделить пять основных. Посредник в ходе урегулирования конфликта:
• формирует и поддерживает ориентацию участников конфликта на поиск взаимоприемлемого решения проблемы как на уровне лидеров, так и на уровне общественного сознания;
• создает условия для обмена информацией и точками зрения между участниками конфликта (обеспечивает каналы коммуникации); оказывает помощь сторонам в формировании адекватных образов относительно интересов, и целей друг друга, а также «общего» языка;
• обеспечивает помощь в диагностике ситуации и поиске взаимоприемлемых решений; содействует участникам в интерпретации информации, оценке предложений, выявлении возможных вариантов решений и соглашений; действует как дополнительный источник идей для участников конфликта; помогает сторонам улучшить их переговорные навыки и умения;
• помогает «сохранить лицо» обеим сторонам при выходе из конфликта;
• осуществляет регуляцию и контроль за взаимодействием сторон, а также выполнением ими договоренностей; выступает гарантом выполнения соглашения.
Формирование ориентации сторон, находящихся в конфликте, на поиск совместного решения предполагает их переход от односторонних действий к совместным. Именно этот момент является критическим в урегулировании конфликта или кризиса мирными средствами. Часто решение данной задачи занимает длительное время и требует от посредника терпения. Нередки случаи, когда, казалось бы, стороны согласились совместными усилиями решать проблему, но потом вдруг вновь переходят к односторонним действиям. Задача посредника свести возможность таких ситуаций к минимуму.
Занимаясь формированием ориентации на поиск взаимоприемлемого решения, посредник должен учитывать, что внутри политической элиты каждой из сторон, как правило, существуют два полюса: те, кто согласен на поиск мирного решения («голуби») и те, кто против («ястребы»). Часто изменить отношение «ястребов» к конфликту оказывается значительно сложнее, чем достичь договоренностей между «голубями». Посредник же должен учитывать позицию не только «голубей», но и «ястребов», и работать с последними. В противном случае достигнутые договоренности могут оказаться под угрозой срыва.