Страница 4 из 17
Из машины вышел человек в берете, поглядел на всех «борзых» и вдруг сказал:
— Вот какой Трамвайчик! Садись в кабину.
Пёс догадался, что это его новое имя и что это его новый хозяин.
Из разговоров человека в берете с разными людьми пёс ещё понял, что вечером они приедут на день рождения к его сыновьям и что он будет жить с ними. И что один из сыновей почему-то острижен под машинку, а другой носит чуб. И поэтому сыновья неодинаковые. Но что сегодня тот, который острижен, получит в подарок тоже чуб. Ему разрешат его отпустить. И тогда сыновья сделаются одинаковыми.
А потом пёс устал и ездил по городу уже сонный. И все разговоры слышал сквозь сон.
Трамвайчик был счастлив, что стоял на проезжей части и что его увидел этот человек и купил — простую собаку на рынке.
4
За учительским столом сидит Екатерина Сергеевна. На столе стоит кофейник и лежит бублик.
Это новый натюрморт. Ребята рисуют.
Слава сидит на четвёртой парте в третьем ряду, а Стаська — во втором ряду на первой парте.
Славка сидит с Марусей. Её недавно к нему посадили. Маруся совершенно не поддерживает Славку, но её всё-таки посадили. Из педагогических принципов: она должна влиять на Славку положительно. Она ведь уже влияет положительно на своего брата в коляске. Но как только между братьями затевается сражение, Маруся немедленно оказывается на стороне Стаськи.
Симпатизирует — вот и всё. Славка понимает. И Таня Фуфаева симпатизирует Стаське. А могла бы держать нейтралитет, потому что спокойная и выдержанная. Это Клавдия Васильевна так считает, что она спокойная и выдержанная. И вообще самая сознательная в классе.
И Лёлька Горбачёва могла бы держать нейтралитет, и Женя Евдокимова.
А как Стаське не симпатизировать, когда он красуется своим чубом. Причёсывает его или нарочно разворошит и ходит, корчит из себя битника вроде Чернушина из седьмого «В», пока того не выпороли настольной лампой.
Джавад говорит, что он со Стаськи скальп снимет. И волосы долой. Навеки! Если только потом нейлоновые не приделают.
Клавдия Васильевна шум большой затеяла, когда про скальп узнала. Портфели ребят пересмотрела, которые за Славку. Чтобы никаких острых предметов. А то учительница ботаники Нина Игнатьевна велела приносить на уроки ножики и делать в классе срезы древесной коры.
Клавдия Васильевна по этому поводу разговаривала с Ниной Игнатьевной, советовалась. И тогда Нина Игнатьевна сама приготовила срезы.
И на сельхозпрактику в городской парк Нина Игнатьевна временно перестала водить ребят, чтобы не давать им в руки лопаты и грабли.
Сзади Славки и Маруси сидят Ковылкин и Дима. Помогают Славке справляться с Марусей, если она уж очень начинает его воспитывать. Они в Славкиной партии, его люди.
Правда, сзади Ковылкина и Димы сидит Батурин Вадька. Он немедленно заступится за Марусю, потому что принципиальный. Когда идёт к доске отвечать, незаметно стучит Славку по макушке. Макушка у Славки лысая и стучать — одно сплошное удовольствие.
Где же его принципиальность в тот момент? Справедливость?
Вадька говорит — удержаться нет сил.
Что Вадька, Дима иногда стучит и Ковылкин! Им, видите ли, спросить что-нибудь у Славки надо. Так нет, чтобы шёпотом окликнуть, а они по макушке пальцем. Славка однажды с ними чуть не подрался. Но потом подумал, что это будет полная междоусобица: свои со своими.
Ребята сидят, рисуют кофейник с бубликом.
Екатерина Сергеевна вызывает к себе по одному ученику с альбомом и проверяет домашнее задание. Надо было сделать рисунок. Любой. Произвольная композиция.
— Евдокимова Женя, — говорит Екатерина Сергеевна.
Женя поднимается из-за парты и подходит к учительскому столу. Показывает альбом.
Екатерина Сергеевна рассматривает её рисунок.
— Моряк в лодке… Но почему он прозрачный, моряк твой?
Женя молчит.
— А это что на берегу? Камни?
Женя молчит.
— Камни должны быть нарисованы не чёрточками, а в объёме. — Екатерина Сергеевна карандашом рисует на берегу новые камни в объёме. — Поняла?
Женя кивает — она поняла. Женя никогда не скажет лишнего слова.
— Иди на место, — говорит Екатерина Сергеевна и вызывает Искру.
— У меня новый альбом, Екатерина Сергеевна. Рисунок в старом остался.
Искра всегда что-нибудь придумает, выкрутится. Рисунок не сделала и вот придумала, выкрутилась.
— Следующий раз принесёшь.
Екатерина Сергеевна вызвала Диму.
— У тебя небо не в цвете, — сказала Екатерина Сергеевна, разглядывая рисунок Димы. — Проваливается. Взгляни в окно.
Дима взглянул.
— Разве оно такое?
— Какое?
— Не в цвете?
— Что-то есть.
— А у тебя ничего нет.
— Дорисовывать всё до точки — скучно и не современно, — сказал Вовка Зюликов.
Он тоже в своё время считал себя битником и даже создал картину методом поп-искусства (как рисуют где-то в Европе): на большую тряпку прилепил обрывки старых тетрадей, газет, этикетки от консервных банок и просто консервную банку. А бывает, что в Европе возьмут матрац, обольют краской и говорят: картина. Или дверь украсят помидорами.
Вот что такое поп-искусство.
Славка сидел и думал: скоро его вызовут. Очень хорошо. И он устроит нечто вполне современное. Стаська потешался сегодня в классе, что вот какой Славка расцарапанный. Ладно, поглядим ещё.
У Маруси Славка попросил пузырёк с зелёнкой. Она всегда носит зелёнку для брата.
Маруся зелёнку дала: попросил человек раненый, расцарапанный, побеждённый, так сказать, лежачий. А лежачего не бьют.
— Шустиков Станислав, — вызвала Екатерина Сергеевна.
Она близнецов называет полными именами: Стаську — Станиславом, Славку — Вячеславом.
Стаська протянул с первой парты свой альбом.
В классном журнале Стаська записан раньше Славки, потому что считается старшим. И у него все преимущества. А Славка считается младшим, и поэтому у него никаких преимуществ, а одни потери. Кому надо было Средиземное море, кому в Англии что-то ещё, а Славка добивался только равенства и братства!
Екатерина Сергеевна долго разглядывала Стаськин рисунок. Не поняла, для чего нарисован на табуретке вроде бы мальчик и по нему вроде бы ударяют молотком.
Стаська встал с места и разъяснил:
— Это Славка. Его портрет.
— Тогда при чём тут молоток? — Екатерина Сергеевна подозревала, что столкнулась с поп-искусством.
— Это врач стучит по Славке молотком. По ногам и рукам.
— Наверное, не молотком, а молоточком, — сказала Екатерина Сергеевна и обратилась к Славе: — Не такой же он огромный. Правда, Вячеслав?
Но Славка (Вячеслав) не успел ответить, как Стаська (Станислав) перебил его:
— Иголкой ещё кололи. Проверяли, психопат он или нет.
— А тебя не кололи? — Славку даже затрясло от негодования. — И ты психопат!
— Меня не специально, а за компанию.
— Психопат за компанию! — крикнул Джавад. Он заступился за Славку. Его человек.
— Сами вы все психопаты за компанию! — крикнула Таня, хотя спокойная и выдержанная. Она заступилась за Стаську. Потому что она Стаськин человек.
Женя молча кивнула, согласилась. Ещё один Стаськин человек.
— Что такое, дети! Вы оскорбляете друг друга.
Стаська стоял и загораживал кофейник с бубликом. Поэтому с задних рядов закричали, чтобы сел и не загораживал натюрморт.
Искра громче всех кричала, делала вид, что старается, рисует в новом альбоме.
Когда все немного успокоились и снова начали рисовать кофейник с бубликом, Екатерина Сергеевна наконец вызвала к себе Славку:
— Шустиков Вячеслав.
Он уже давно приготовился, ждал. Схватил альбом в одну руку, а другую руку опустил в карман.
Быстро пошёл к учительскому столу. Поравнявшись с первой партой, где сидел брат, выдернул руку из кармана. И не успел Стаська и рта раскрыть, как ему на голову опрокинулся пузырёк зелёнки.