Страница 55 из 64
Засунув руки глубоко в карманы, Зак нащупал маленький листок бумаги. Если старик и в самом деле был убит по ошибке, тогда последовательно целились в Эммануэль, Филиппа, Клер и Ярдли. Две женщины и двое мужчин, которых связывали друг с другом сложные отношения. Кто-то стремился уничтожить их – последовательно и безжалостно. У этого человека есть какая-то причина для столь жестоких действий, и он будет стремиться довести свое дело до конца.
Дойдя до самой возвышенной части набережной, Зак остановился. Дул прохладный ветер. Что-то дрогнуло в сердце майора, когда он подумал, что сегодняшней жертвой могла быть Эммануэль. Ему вдруг стало невыносимо страшно от осознания того, что он не способен защитить ее и не может поймать убийцу.
Она сказала, что не верит в любовь. Но он-то испытывал настоящее чувство. Не пустую влюбленность в приятную внешность, не внезапно вспыхнувшую похоть или сильное физиологическое желание, а то неповторимое страстное влечение, которое способно длиться долго и одухотворять человека. Возможно, длительность любовной связи говорит не столько о силе чувства, сколько о достоинствах мужчины или женщины. Потому что когда двое честны друг перед другом, принимают своего партнера таким, какой он есть, тогда и себя не боятся показать в истинном свете. И это уменьшает возможность взаимного разочарования.
Похоже, Эммануэль де Бове была с ним не до конца откровенна. Он понял это с самого начала, знал, что она прячет от него что-то важное. Но, несмотря на это, он продолжал желать ее или по крайней мере желать ту, которую хотела представить из себя Эммануэль де Бове. И все же он не переставал задавать себе вопрос: а что же она скрывала?
Он нашел ее в часовне на втором этаже больницы Сантера. Сложив руки в молитве, Эммануэль стояла на коленях у поручня перед алтарем. Ее лицо освещали золотистые лучи, падающие из высоких окон. Заметив Зака, она быстро перекрестилась и поднялась с колен.
– Ты слышала последнюю новость? – поинтересовался Зак.
Только теперь он увидел, что она плачет. Эммануэль быстро, неровно вздохнула.
– Я только что узнала об этом. – Она потерла ладонью лоб, но затем опустила руку. – Боже. Кто мог это сделать?
Заку внезапно захотелось обнять ее, чтобы как-нибудь утешить. Но вместо этого он сказал официальным сухим голосом:
– Почему ты не сказала мне, что спишь с ним?
Эммануэль откинула голову, как будто ее ударили.
– Не думаю, что это тебя касается, – взяв себя в руки, ответила Эммануэль. – Да ты и не спрашивал о том, с кем я занималась любовью последние десять лет.
– Люди вокруг тебя умирают.
– Я вижу. – Она сделала глубокий вдох. – Мой любовник является начальником военной полиции Бена Батлера. Это было моей ошибкой.
Эммануэль хотела пройти мимо него, но Зак схватил ее за руку и рывком повернул к себе.
– Почему ты не призналась мне в этом?
Эммануэль не шелохнулась.
– Я и не предполагала, что это относится к делу, – сказала она равнодушно, словно о чем-то постороннем.
– А Генри Сантер? Ты спала и с ним?
На этот раз Эммануэль с силой вырвала руку.
– Как ты мог подумать подобное? – Но ее гнев снова быстро сменился холодным пренебрежением. – Тебя не интересует, были ли любовниками я и Клер Ла Туш? – Она отвела от него взгляд, продолжая тяжело и быстро дышать. Ее лицо было спокойным. – Как ты мог это подумать? – требовательно спросила она. – О Чарлзе и обо мне?
– Из-за этого. – Он протянул ей свернутый листок бумаги. После секундного колебания Эммануэль взяла записку. Она долго читала ее, а затем негромко произнесла:
– Не похоже на то, чтобы он хранил подобные вещи.
– Думаю, он и не собирался. Это было в его кармане. – Издали донесся звон колокола. – Ты часто виделась с ним?
Отвернувшись, Эммануэль подошла к высокому узкому окну, из которого была видна улица.
– Нет, – произнесла она после паузы. – Я с тех пор его не видела.
– Почему? Что-то случилось?
Она пожала плечами:
– Ничего особого. Он нашел того, кто интересовал его больше.
Зак уже чувствовал, когда Эммануэль что-то недоговаривала. Вот и сейчас она снова пыталась усыпить его бдительность.
– А ты? – настойчиво интересовался он. Зак видел, как она замерла, подыскивая нужные слова.
– Я не убивала его в порыве ревности, если ты хочешь спросить об этом. – Какое-то время тишину нарушал только грохот едущей по улице повозки. Затем Эммануэль произнесла: – Как он умер? Ты знаешь?
– Он был задушен. По всей видимости, кто-то нашел его спящим на софе и задушил.
– Бедный Чарлз. – Эммануэль потеряла самообладание и, сложив руки, согнулась, словно от внутренней боли. Но потом она выпрямилась, сгоняя с лица следы переживаний, и повернулась к Заку. – Он говорил, что вчера хотел тебя увидеть. Ты встречался с ним?
Зак отрицательно покачал головой. Он боролся с желанием обнять ее и попытаться успокоить, сказать ей, что иногда можно дать волю своим чувствам. Похоже, эта женщина не контролировала себя только во время сна.
– Он устал, – произнес Зак, стараясь, чтобы его голос прозвучал как можно равнодушнее. – Я был у Батлера, а когда пришел к доктору домой, было слишком поздно. – Он перевел взгляд на ее лицо. – Ты знаешь, что ему было нужно?
– Он очень боялся: думал, что кто-то за ним следит.
– Он не догадывался кто?
– Нет. Ничего существенного. У него было просто ощущение. – Губы Эммануэль тронула печальная улыбка. – Чарлз не придавал большого значения таким вещам, как чувства или интуиция.
– Он дружил с Филиппом, – произнес Зак, направляясь к алтарю. – Не так ли?
– Да.
Зак обернулся.
– Твой муж знал, что ты близка с его хорошим другом и коллегой по работе?
Глядя ему в глаза, Эммануэль медленно кивнула.
– Откуда? – требовательно спросил он, снова подходя к ней.
– Чарлз ему сказал.
Боже, мысленно воскликнул Зак. Что же за брак у нее был?
– И Филипп рассердился на тебя?
– Нет.
– Почему?
Она выдохнула – тяжело и устало.
– Потому что Филипп сам изменял мне.
Зак наклонился к ней.
– С кем?
Она спокойно встретила его взгляд.
– Я не знаю.
Зак был уже достаточно опытен, чтобы понять, что ее красивые глаза сейчас лгут.
– Ты говоришь неправду, – произнес он и, отвернувшись, направился к выходу, оставив Эммануэль одну в золотистом свете пустынной часовни.
Глава 30
Полуденный бриз срывал розовые и белые лепестки с миртового дерева, гнал их по мостовым. Эммануэль откинула голову на обтрепанную спинку кресла из зеленой кожи в кабинете Генри Сантера. Она сидела со сложенными на коленях руками и, глядя на улицу из окна, тяжело вздыхала.
Все кончено. Когда-то она, ее отец, Генри Сантер и Филипп решили создать больницу. Столько часов провела она здесь, стольким пожертвовала ради нее… А теперь все пошло прахом.
Она услышала, как по деревянному полу позади нее стучит костыль. Холодные костлявые руки опустились ей на плечи.
– Увы, – произнес Антуан Ла Туш, поворачивая кресло так, чтобы Эммануэль могла на него смотреть. Сегодня у него был болезненный вид.
– Я только что узнал. Почему эти янки никак не могут найти убийцу?
Эммануэль попыталась ободряюще улыбнуться, но это ей не удалось.
– Они делают все, что в их силах, Антуан. Я искренне в это верю.
Поставив костыль, Антуан сел на край стола и наклонился, чтобы взглянуть ей в глаза.
– А ты, малышка, как поживаешь?
Она перевела взгляд на высокий потолок, а затем на выстроившиеся вдоль стен полки.
– Плохо. Эту больницу придется закрыть.
Он взял ее руку в свои.
– И ничего не удается сделать?
Она отрицательно покачала головой:
– Я сражалась много недель, но это не спасло положение. Больница не имеет права работать, когда в ней нет дипломированного врача. – Эммануэль вместе с Чарлзом Ярдли пытались найти себе помощника, но все трудоспособные доктора были призваны в армию конфедератов. Остались только очень старые или, наоборот, юные – и у тех работы было выше головы.