Страница 12 из 73
Внезапно кто-то стукнул Кит сзади и, когда она потеряла равновесие, её отпихнули в сторону. Новый главный герой благородно встал на её место.
— Оставь мою сестру в покое! — закричал Карамон, его кулаки, не совсем похожие на кулаки пятилетнего, были странно угрожающими. В одном из них Карамон сжимал крепкую ветку почти с него ростом. Маленький брат Китиары только достиг по росту её груди, но в обхвате груди — и в храбрости — он казался старше. Его карие глаза, полускрытые непослушными золотисто-каштановыми волосами, упавшими ниже бровей, сердито сверкали.
Толпе понравилось новый поворот шоу. Они снова расхохотались, выкрикивая насмешки и колкости. Что касается Бронка, то он недоверчиво произнёс.
— Ах, ей понадобится помощь своего маленького братишки. Как ловко!
— Пст! — прошептала Китиара вполголоса. — Отойди, Карамон. Это моя битва.
— Это не было бы благородно, — торжественно пропел Карамон, пытаясь говорить баритоном и быть похожим на воина. Более сильный из братьев Маджере пробился вперёд, чтобы встретиться лицом к лицу с Бронком, который продолжал неуверенно стоять, не зная с кем или с каким количеством ему надо драться.
Получив сзади пинок, Карамон кубарем полетел прочь, врезавшись в стоящую неподалёку телегу зеленщика и пошатнув её. Хозяин, которого прервали посреди многообещающей сделки, разразился проклятиями. Он схватил мальчика за шиворот туники и поднял над землёй. Растущая толпа зрителей посчитала это событие тоже очень забавным.
— Я скажу тебе что благородно, а что нет, маленький братишка! — ругалась Китиара. — Особенно, когда задета моя честь.
Карамон отбежал от зеленщика и с достоинством отряхнулся. Затем он злобно впился в Кит взглядом.
— Я пытался вести себя по-рыс… рыц..
— По-рыцарски. — пробормотал Рейстлин почти что про себя, усаживаясь на голый камень. Его водянистые глаза не выражали такого восторга, как у остальной толпы.
— По-рыцарски! — воскликнул Карамон, благодарно взглянув на брата. Он с решительным и жестким видом подошел к Китиаре, приставив нос к её груди.
— Попытайся вести себя по-рыцарски где-нибудь в другом месте. — терпеливо сказала Китиара. Она отодвинула его.
— Неблагодарная! — сказал Карамон, снова выходя вперёд.
— Сопляк! — парировала Кит со вспышкой в глазах.
К настоящему времени толпа уже позабыла о Бронке и забияка благополучно растворился в толпе, к своему немалому облегчению. Все глаза сосредоточились на Карамоне, когда он поднял палку и, сделав шаг, сильно ударил Кит по правой руке. За этим быстрым ударом следовал другой — под колени. Кит наклонилась, сморщившись от боли.
Шум зрителей усилился — теперь тут стояло так же много взрослых, как и детей — когда они собрались полукругом, наблюдая ссору двоих родственников. Карамону как-то удалось обойти согнувшуюся Китиару, нанеся ей ещё один неожиданный удар своим любительским оружием. Для такого маленького мальчика он был внушительно проворен.
Но в тот же момент, когда Карамон, самодовольно ухмыляясь, повернулся к толпе, Кит выпрямилась и бросилась к нему, хватая мальчика за талию и вскидывая его себе на плечо, как мешок картошки. Она закрутила его, затем бросила в полёт и он приземлился в омерзительной воде рядом стоящего корыта.
Толпа зашлась в ликовании. Их крики поутихли, когда Карамон, со стекающей с него водой, выпрыгнул из корыта и бросился к сестре издавая звуки, которые, как он верил, были соламнийским военным кличем. Он когда-то где-то слышал его, но больше этот клич напоминал оскорблённый крик кендера.
На сей раз Китиара заблокировала его свинг протянутой рукой, второй удар блокировала кистью и Карамон забежал ей за спину. Где он научился этому? — успела подумать она, получая удар по спине у плеча.
Китиара уныло потёрла плечо, удивлённая достаточно сильной болью. Они много раз боролись так в лесу. Хорошо ещё, что палка не была толстой или тяжелой, подумала она. Этот Карамон становился всё более надоедливым.
— Ай! — завизжала она, когда что-то ударило её в ухо. — Это больно!
— Извини, — сказал Карамон, тяжело дыша. Он усмехался, как пьяный кендер и явно весело проводил время.
Китиара резко развернулась, нырнула к земле и схватила выскочку за ноги. Карамон, продолжая осыпать ударами её голову, через мгновение оказался на земле. Палка выпала у него из рук и Кит удалось отшвырнуть её ногой. При этом она придавила его к земле, схватила одну ногу и стала сгибать её назад, к его спине. Но в то же самое время ему удалось дотянуться до её головы. Они сцепились в что-то похожее на крендель, ворча и бормоча, она давила к спине его ногу, он тянул её за шею.
— Сдавайся! — потребовала Кит, согнув его ногу так близко к спине, что толпа застонала от сочувствия.
— Никогда! — заревел Карамон.
Толпа выразила своё одобрение сорвавшимся мирным переговорам. Кит согнула ногу Карамона ещё сильнее, она почти что уже слышала треск костей. В ответ он сильнее вцепился в её голову. В то время как его лицо уткнулось в землю, она согнулась назад, глядя в небо.
— Отпусти!
— Ты отпусти!
— Я победил!
— Нет, я!
— Пусть Рейст рассудит!
Пауза.
— Хорошо.
— Рейст? Рейст?
Китиаре удалось повернуть голову достаточно, чтобы увидеть, что Рейстлин исчез. Близнец Карамона слишком часто в своей короткой жизни наблюдал подобные захватывающие зрелища и они ему быстро надоели. Рейстлин поднялся и куда-то ушел.
Китиара вскочила на ноги.
— Рейстлин!
Карамон тоже вскочил, потирая лицо. Его туника была местами разорвана. Ухо Китиары сочилось кровью.
— Да ладно тебе, — пробормотал Карамон. — Куда он денется?
Китиара яростно повернулась к нему.
— Сколько раз я должна тебе говорить? Ты его брат! Ты ответственен за него так же, как и я!
Карамон выглядел не только несколько побитым, но и сокрушающимся.
— Ай, почему я должен заботиться о нём всё время? Вы его старшая сестра, не так ли? В любом случае, я..
Китиара практически выплюнула слова:
— Ты — его брат-близнец, его брат-близнец. Вы — две половины одного целого. И он не так же силён, как ты. Ты знаешь это. Я не собираюсь нянчить вас обоих всю свою оставшуюся жизнь. Так что пойди и найди его, и поторопись!
Она нацелила пинок на Карамона, но чуть промахнулась. Он принял её слова близко к сердцу и уже унёсся, чтобы найти своего пропавшего близнеца. Поняв, что забава окончилась, большинство зрителей смешалось в толпе. Казалось, больше на Кит никто не обращает внимания. Кит потёрла ухо и села, чтобы привести в порядок один из её ботинок, который почти что сполз с неё.
— Ты должна была позволить ему победить себя!
Она посмотрела в сторону и увидела девочку её возраста, с синими глазами и землянично-светлыми волосами, которые спадали локонами по её плечам. Аурелин Дамарк, кокетливая дочь местного мебельщика была одной из немногих подруг Китиары. Они были почти полными противоположностями, но Кит должна была признать, что Аурелин заставляла её смеяться.
— Кому, Карамону? — усмехнулась Кит, приветливо улыбаясь подруге.
— Нет, Пятнистому! — настоятельно ответила Аурелин. — Как ты думаешь, почему он всегда выбирает тебя?
— Вероятно потому, что он жалкий и тупой. — категоричным тоном сказала Кит.
Аурелин села возле Кит и вытянула свои длинные ноги.
— Ничего подобного, — проворчала Аурелин. — Хотя я и не буду спорить с тобой в том, что он тупой. — она хихикнула. — Ты ему нравишься!
Китиара серьёзно изучала глаза подруги, с трудом веря, что Аурелин не шутит.
— Пятнистый?
— На самом деле он не настолько уродлив, — решительно сказала Аурели, устраивая своё розово-белое платье так, чтобы оно распространялось вокруг неё как коралловая раковина в пыли и грязи. Со своими розовыми щечками и глазами с длинными ресницами, Аурелин была воплощением женственности. — Парни любят буйных девушек, говорит отец. Хотя, — она замолчала и на мгновение задумалась. — Мама говорит, что парни предпочитают девушек с ласковым сердцем. Бурных снаружи и ласковых внутри. А что говорит твой отец?