Страница 20 из 58
В тот погожий июльский день 2010 года все четверо племянников Василия трое мальчиков и девочка в возрасте от тринадцати до шести лет пошли купаться на поселковый пруд. Кто-то из сердобольных стариков в числе прочих подношений подарил многодетному семейству старый детский велосипед, на котором ввиду его изношенности уже не хотели ездить их собственные внуки. Вот на этом драндулете старший из братьев по очереди катал на багажнике младших пока остальные бежали сзади. Таким образом, они доехали-добежали до пруда. Поселковый пруд представлял из себя довольно большой, но уже давно не чистившийся водоем. В жаркие дни он буквально кишел купавшейся детворой, и местными, и приезжими. Старый велосипед и сопровождавшие его, одетые в обноски вновьприбывшие дети вызвали ухмылки и презрительные комментарии. Местные, и тем более дети дачников на таких позорных велосипедах ездить бы просто постеснялись. Более того многие подростки из обеспеченных семей вообще с велосипедов пересели на скутеры. Именно на скутере приехали на пруд и братья Уразовы. Внешность братья унаследовали в основном материнскую, через ее русские гены, а вот что касается характера…
Сыновей Мовсар воспитывал по-чеченски: ни кому ни в чем не уступать, разве что очень большому начальнику и его родственникам, и в то же время ни перед кем не преклоняться и никого не боятся. Наоборот вас должны бояться, будут бояться – будут уважать. Эту кавказскую аксиому жизни каждый из сыновей Мовсара впитали с малых лет. Нет, они не были драчунами и забияками, но их боялись и драчуны и забияки, боялись, и сверстники, и ребята постарше. Ну, а местное хулиганье? Как и матерые русские преступники предпочитали обходить чеченцев стороной, так и их малолетняя смена предпочитала с кавказцами не связываться, а бить и унижать своих. Что еще сыновья Мовсара унаследовали от отца, это ту же тягу именно к русским девочкам, и тоже к нормальным, не шалавам. Побывав в родном ауле отца в гостях у бабушки и дедушки… Им там буквально все не понравилось и особенно девчонки. Правда братьям было 14 и 12 лет, и вроде бы какой там у них интерес. Но не забывайте этнические кавказцы рано созревают, оттого и интерес к противоположному полу у них просыпается, когда те же их русские сверстники еще в войнушку играют.
На пруду братья как раз этим и занимались, рассматривали купающихся и загорающих девочек и девушек. Старшему, Апти особенно нравились москвички, дочери дачников из расположенного рядом дачного кооператива, которые приезжали сюда на лето. Да московские девчонки выделялись на фоне местных. Те и внешне выглядели погрубее, да и купальники на них не столь эффектные. Именно когда старший брат во все глаза наблюдал за одной такой москвичкой лет 13-14-ти, в модном купальнике с плавками-стрингами, ему обзор вдруг загородил армяно-молдаванский драндулет.
- Эй вы, лавашники-мамалыжники, валите отсюда!- решительно потребовал Апти, наградив помешавших ему презрительным прозвищем, которое не раз слышал от отца, который именно так отзывался об этом семействе.
Но потомки любителей лаваша и мамалыги замешкались, ибо у них что-то случилось с велосипедом, а точнее заклинило колесо. Старший армяно-молдаванин ровесник и одноклассник Апти, неоднократно им пуганый… Так вот он пытался сдвинуть велосипед но не мог, а все его братья и сестра сгрудились рядом. То есть, они полностью перекрыли обзор и старший Уразов не мог более наблюдать за вызывающе открытыми бедрами девочки в стрингах. Прошла минута-другая – ничего не менялось. Озлоблению старшего брата Уразова не было предела.
- Эй вы уроды позорные!…. Руслан пойдем ввалим им!- крикнул он брату, тут же с готовностью последовавшего за ним.
Первым делом Апти схватил злосчастный велосипед, вырвав его из рук одноклассника, и с размаху забросил в кусты. Тут же он отвесил ему звонкую оплеуху, а Руслан начал пинать младших, имея целью выгнать их с пляжа. Они бы и сами убежали, ведь не кто-нибудь, а сами страшные братья Уразовы их о том недвусмысленно «просили»… если бы не велосипед. Несчастным детям стало жалко их драндулета, и они не желали уходить без него. До братьев же никак не доходило, что можно так упираться из-за этой позорной рухляди, годной разве что на металлолом. Они их гнали, пинали, а те вопили в голос, требуя отдать им велосипед…
Этот плач и крики племянников услышал Василий, оказавшийся неподалеку после очередного похоронного застолья. Надо отметить, что к детям сестры он относился почти как к родным, во всяком случае к ним был куда более внимателен, чем родной отец. Когда он прибежал племянница, увидев его, заорала:
- Дядя Вася, они выбросили наш велосипед и не отдают нам его!
Василий увидел как двое крепких пацанов в добротных спортивных костюмах, бейсболках и кроссовках лупят и гонят его любимых племянников. Он подбежал и сразу же схватил старшего агрессора, нещадно тузившего его старшего племянника… схватил за ухо.
- Ты что делаешь бандюга, я тебе за это уши оборву!
- Ай… больно…пусти козел… мамалыжник вонючий… мой отец тебе башку отрежет!!!- верещал от боли Апти.
Если бы Василий знал, с чьими детьми он имеет дело. Но за полтора года, пребывания в поселке он как-то не удосужился выяснить, что кроме в основном пожилых и смирных русских в поселке проживает семья чеченца, который всех «заставил себя уважать» и его сыновей трогать весьма небезопасно. Нет, Василий не сомневался, что на его племянников напало обыкновенное русское малолетнее хулиганье, тем более братья Уразовы внешне на кавказцев никак не походили. Потому услышав от этого хулигана оскорбительное для всех молдаван прозвище, Василий еще сильнее дернул его за ухо:
- Что ты там вякаешь щенок!? А ну проси прощения, а потом доставай велосипед!
Гордый Апти буквально выл от боли, но терпел, не просил прощения, а Василий все тянул и тянул его за ухо. Он отпустил его только тогда, когда младший брат достал из кустов велосипед и отдал его племянникам… Но к тому времени из надорванного уха Апти уже сочилась кровь.
- Ладно хватит, пошли отсюда,- Василий вместе с племянниками с видом победителей покинули пляж.
4
Первым «оценил» поступок Василия Армен, муж сестры. Он пришел в ужас:
- Ты совсем с ума сошел! Это же… у них же отец чечен и родни рядом навалом… Они же не простят!
- Ну и что, если у них отец чечен так можно кого хочешь безнаказанно лупить?- искренне не понимал чем вызван испуг шурина Василий.
Не могла в полной степени этого осознать и Мария:
- Да что он сделает-то, неужто судиться будет? Так там на пруду народу много было, все видели, как они наших ребят обижали, а он за них вступился.
- Вы что, какой суд!? Я с вас просто угараю, это евреи судятся, а чечены… Вы что же до сих пор не знаете, что такое чечены?! Они в суд не пойдут, они просто убить тебя дурака за такое могут! В общем так, как только они придут с тобой разбираться, ты сразу на колени падай и проси прощения, тогда может живым оставят. Но морду разобьют и ребра поломают, это самое малое. Главное сейчас их сильно не разолить,- подсказывал как вести себя в создавшейся ситуации Армен.
- Да брось пугать,- отмахнулся Василий.- Если придет их отец, поговорю с ним объясню, что его парни были не правы,- упорно не врубался в слова шурина Василий.
- Ты что совсем дурак!? Он один не придет. Это русские или вы молдоване один на один разбираетесь, а потом бутылку выпиваете и все на этом, мир заключаете. А чечены, да и все кто с Кавказа, они за любую обиду мстить всю родню поднимают. А у них тут родственников немало живет, я знаю. И что ты ему станешь объяснять? Ты поднял руку на чеченского ребенка, а прав он или не прав, для них не имеет никакого значения. Они придут сюда не разговаривать, а бить тебя и моли Бога, чтобы не убили.